Дурман (СИ) - Данина Дарья - Страница 53

— Спасибо, Михаил Алексеевич, но я откажусь! — громко произнёс, вытягивая шею, — мне здесь привычнее!

— Жаль, — педагог покачал головой, ухмыляясь, — уверен, пересядьте вы поближе — ваши оценки стали бы выше…

Я сглотнула вязкий и противный ком в горле и скосила взгляд на Машку. Она, хихикнув, опустила голову и прикрыла лицо волосами. Ну, конечно… она-то всё прекрасно понимает.

— Держи свои руки при себе, — прорычала я, когда лекция продолжилась и на нас больше никто не пялился.

— Иначе, что? — ему всё ещё было весело…

— Иначе я безвылазно буду сидеть дома и штудировать то, что ты не дал мне послушать на парах! Тогда ты точно забудешь как я выгляжу!

Клянусь, я сделаю это… и мои угрозы воплотятся в жизнь. Ведь уже не впервые проделывает подобные номера. И это, мягко говоря, не помогает мне в учёбе.

Отодвинув свой стул подальше от Макса, я услышала его недовольный вздох. И, наконец, собравшись, я зафиксировала всё своё внимание на преподавателе и лекции. Время от времени косилась на Макса, отмечая его старания. Он тоже старался. Взяв в руки ручку, наверняка для вида, он смотрел на Михаила Алексеевича и время от времени кивал. В мою сторону показательно не смотрел.

И так даже лучше.

— Не хочешь прогулять следующую пару? — поинтересовался как только прозвенел звонок.

— Серьёзно? — мои брови сошлись на переносице.

— Почему нет? — хмыкнув, он встал со своего места и сложил в рюкзак свои принадлежности. — Ну, разок? Что тебе стоит?

— Нет, Макс! — поднявшись, я засунула в сумку тетрадь и ручку, — я и так летаю в облаках… это была плохая затея: сидеть на парах вместе.

— Ну ты и зануда, Осина, — обиженно.

— Ты знал с кем связываешься, — подчёркнуто произнесла, застёгивая сумку.

Конечно, он знал на что подписывается. Он прекрасно осознавал, что учёба для меня в приоритете. Всегда была. И последний курс не станет исключением. Тем более, последний курс. И, откровенно говоря, я не зануда. Это слегка кольнуло, но я сделала вид, что это меня ни капли не задело.

Спустившись на пару ступенек, я почувствовала его руку. Перехватив меня за локоть, Князев стянул с моего плеча сумку и, водрузив её на своё плечо, переплёл наши пальцы. Я моментально напряглась. По привычке хотела избежать этой близости. Но косые взгляды одногруппников прекратились спустя неделю после нашего появления в университете.

— У тебя ладошка взмокла, Осина, — Макс склонился к моему плечу, и губами коснулся уха, вызывая полчища мурашек по всему телу.

Я поёжилась и слегка отстранилась. Щёки снова заполнились огнём. Когда-нибудь это закончится? Настанет тот день, когда моё тело не будет так резко реагировать на его близость?

— Сейчас большая перемена, — проигнорировав его слова, я посмотрела на наручные часы, — есть время перекусить. Ты голоден?

Без задней мысли я задрала голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Но… кажется, его мысли были далеки от столовой.

— Лично я — очень. А ты?

Остановившись посреди длинного коридора, он многозначительно посмотрел на мои губы. Облизнулся.

— Что ты задумал? — нервно стискивая его пальцы своими, я нехотя причинила самой себе боль. Шикнула, и попыталась снова освободить свою руку. Но нет.

— У нас целых полчаса, Осина, — снова опустился к моему уху.

— И что? — делая вид, что не понимаю его намёков.

— В столовку идёте?! — подоспевший Пашка одарил Князева увесистым хлопком по спине.

— Бля, — сорвалось с его губ, и он перевёл испепеляющий взгляд на своего друга, — нет.

— А чего так?

— У нас дела… — криво улыбнувшись, Макс притянул меня к себе и обхватил за талию.

— А-а-а, — Паша мгновенно понял намёк и, подняв руки вверх, усмехнулся, — тогда не мешаю, — заржал в голос, отступая, — потом увидимся!

Я всё ещё растерянно смотрела в спину уходящему Князевскому другу, в то время как его губы в очередной раз коснулись моей ушной раковины.

— Полчаса, Осина. Это же охренеть как много…

— Ты ненормальный, — подкатив глаза, я отпрянула от него. Эти мурашки… просто невыносимо!

— Ну-ну…

Резкий рывок, и мы оказываемся в тёмной комнате. Я даже не успела сообразить, каким образом мы очутились в кладовой!

— Макс! — я ухватилась за его руку, ничего не видя перед собой. — Что ты творишь?!

— Напомни мне, чтобы я вернул ключи от кладовки на место. Хорошо?

— Ты стащил ключи?! — вздрогнула, когда услышала щелчок, запираемого замка.

— Одолжил, — прохрипел, сбрасывая нам под ноги наши сумки.

— Когда ты успел?!

— Много вопросов, Лид, — произнёс и тут же впился в мои губы своими.

Судорожно соображая, что мы творим, я распахнула рот, поддаваясь и теряя голову.

Боже… он стащил ключи. Мы в кладовке. А за дверью толпа студентов. И преподаватели… люди… а мы здесь…

Сдавленно выдохнув ему в рот, я закрыла глаза. Его губы сместились, а зык прочертил дорожку к моей шее. Влажно. Жадно… Ахнув, почувствовала его руки на своей талии. Сжав ткань блузки, он забрался прохладными пальцами под тонкую ткань, вытаскивая ту из моей юбки. Сгребая кожу слегка шершавыми ладонями.

Воздух в маленькой и тёмной комнатке почти звенит от напряжения. Я едва могу совладать с дыханием. Мои руки обвили мужскую шею, а пальцы зарылись в тёмные и жесткие волосы. Запрокинув голову, вжимаюсь затылком в дверь и тихо ахаю, когда Макс, добравшись до моего бюстгальтера, спускает чашечки и спивается горячими губами в мою грудь. Ведёт языком по ореоле, а затем втягивает в рот набухший сосок. Всхлип. Отчаянное рычание. Вдох.

— Я так скучал, Осина, — бормочет, когда отрывается от одного соска и прижимается ртом ко второму. Втягивает и покусывает, вырывая сквозь стиснутые мной зубы шипение. — Скучал… как ненормальный.

Точно… ненормальный…

Тяжело дыша, я зажмуриваюсь, отдаваясь ощущениям. Его рукам. Хаотичным касаниям, обжигающим кожу. Руки… его руки были везде. Они не оставляли на мне ни единого живого места. Я вдыхала его. Всем своим нутром чувствовала запах его тела, его кожи… до безумия сладкой и неповторимой.

Одурманенное сознание раскрывало во мне все потаённые двери. Всё то, чего я так боялась и стыдилась, сейчас стало для меня самым важным. И желанным.

Макс задрал мою узкую юбку до талии. Проворными пальцами зацепил резинку чёрных капроновых колготок, а вместе с ними и трусиков. Спустил по ногам, оголяя ягодицы, и, дёрнув меня на себя, развернул лицом к двери. Я снова ахнула. Я едва ли могла это контролировать. Дыша как загнанная лошадь, щекой прижалась к двери, отдаваясь ощущениям. Его рукам, поглаживающим и сминающим мою попку…

Вслушиваясь в его собственное дыхание, я пыталась представить нас со стороны. И… возбуждалась ещё больше. Горячая спираль в нижней части живота готова была вот-вот лопнуть. Я стиснула бёдра, чувствуя пульсацию там, где уже были его пальцы. Мягко поглаживая мой лобок, он носом зарылся в мои волосы на затылке. Тяжело дышал и тихо рычал.

— Макс, — прерывисто. Его имя дрожало на корне языка, отдавая слабой горечью и… опьянением.

— Сейчас, — хрипло произнёс.

Нашёл пульсирующий клитор и обвёл его, слегка нажимая и срывая с моих губ глухой стон. Мои бёдра машинально повело назад. Оттопыривая попку, я наткнулась ею на мягкую ткань его боксеров. Похоже, брюки он спустил раньше, чем я успела это понять.

Мои пальцы царапнули дверь. Рот приоткрылся, когда он снова сделал несколько кругов вокруг клитора. И ещё… заставляя меня ловить дрожащими губами чёрный воздух в крошечном пространстве.

— Сейчас, моя девочка… дай мне пять секунд.

Судя по заминке, он достал презерватив. Отстранился не надолго, а уже через пару мгновений его рука вновь погладила ягодицы. Словно успокаивая меня. Затем ногой расставил мои ноги шире. Горячая ладонь легла на мой живот, притягивая ближе к себе и вынуждая сильнее отвести бёдра.

Я хотела обернуться. Хотела взглянуть на его лицо. И, хоть здесь была кромешная тьма, я надеялась увидеть хоть что-то. Его лицо в тот момент, когда я принимаю его… когда он оказывается одним целым со мной.