S-T-I-K-S: Эксельсиор (СИ) - Синякова Екатерина - Страница 53

— Напугал? — спросил супруг.

— Самую малость, — устало улыбнувшись, призналась девушка.

«Жаль…» — Полоз переступил порог спальни жены, окинул наряд Таны придирчивым взглядом и поинтересовался:

— Куда собралась?

— Я хотела навестить Экса, — почему-то робко ответила Тана.

— С ним все будет в порядке. Гостю нужен покой, — мужчина поймал пальцами бегунок, болтавшийся на воротнике бесформенного комбинезона девушки, и потянул его вниз, «распаковывая» жену. — Проведаешь своего… друга завтра, если сможешь ходить.

«Что?» — Тана от действий и слов супруга впала в ступор.

— Ты изменилась, — заметил мужчина с придыханием, едва касаясь лба жены горячими губами.

— О чем ты?.. — Тана непонимающе уставилась на супруга.

— Дело в твоем даре… — Полоз самодовольно ухмыльнулся и пояснил: — Я больше его не чувствую.

Девушка напряглась: раньше супруг не вторгался в ее личное ментальное пространство и не пытался залезть жене «под кожу». Тана собралась с мыслями и сдержанно проговорила:

— Из-за стресса я временно утратила возможность управлять мужчинами.

— Временно… — повторил глава стаба, не разубеждая жену и не подтверждая озвученную щадящую аксиому.

— Почему ты не в духе? — переминаясь с ноги на ногу, сменила тему разговора девушка.

— Из-за твоей изощренной мести мои люди и наемники погибли, — лицо мужчины сделалось жестоким.

— Гадство! — в сердцах произнесла Тана: ей передалось хреновое настроение супруга.

— В живых остался только Нюхач… — Полоз задумался, вспоминая детали состоявшегося накануне разговора с предводителем отряда головорезов, и добавил: — и какой-то дезертир.

Когда жена ощутила укол совести и потупила взгляд, глава стаба едва сдержался, чтобы не осклабиться от восторга, так как теперь у него появился рычаг давления — чувство вины, которое еще долго будет угнетать миловидную блондинку, делая ее податливой и сговорчивой.

— Эту потерю тебе придется компенсировать, — предупредил супругу мужчина.

— Как? — Тана растерялась.

Глава стаба вцепился в концы воротника камуфляжа жены и развел руки в стороны. Когда молния с треском разошлась, Полоз стянул комбинезон Таны до пояса, а после сдернул с обомлевшей от неожиданности жены черный лифчик и надавил девушке на плечи, заставив ее опуститься на колени.

— Докажи мне, что твоя «шкура» стоит смерти моих лучших бойцов, — подсказал Полоз. — Сейчас ты не нимфа — ограничений больше нет: наш фиктивный брак пора сделать обычным.

***

Оказывается, у насилия в чистом виде есть вкус. Он, как тошнотворная желчь, навсегда отбивает у гурмана желание вновь пробовать «блюдо», которое дегустатору впихнули в глотку, не обращая внимания на рьяные протесты жертвы.

Полоз спустил сперму Тане в рот и прекратил прижимать жену к своему телу. Девушка закашлялась; когда приступ прекратился, блондинка вытерла губы тыльной стороной ладони и, самозабвенно попятившись, отползла от супруга. Плечи Таны уперлись в спинку кровати — девушка вздрогнула.

— Правильно. Забирайся в постель. Я с тобой еще не закончил, — похвалил жену глава стаба.

Глаза Таны расширились от животного ужаса. Девушка замотала головой, ее выбившиеся из пучка белокурые волосы разметались по плечам.

***

Ночь «любви» стала настоящим испытанием, граничащим с ожившим кошмаром. Скрип кровати вторил звону в ушах и стуку сердца Таны, зашедшегося в бешеном танце. Пальцы Полоза сдавили горло вяло сопротивляющейся в объятиях «смерти» жертвы, готовой провалиться в беспамятство. Мужчине нравилось то, как сильно жена сжимала внутри его член, пока Полоз душил девушку. Глава стаба не прекратил измываться над хрупким телом жены, даже когда она потеряла сознание.

В очередной раз кончив, мужчина громко зевнул и поднялся с постели. Перед уходом из спальни Таны Полоз лишь «заботливо» проверил, есть ли у супруги пульс, а затем направился в свою комнату, так как не хотел спать на мокрых от пота и спермы сбившихся простынях рядом с потерявшей прежний лоск и утонченность изможденной женой.

***

— А-а-ай… — тихо простонала медленно поднявшаяся с постели Тана; теперь блондинка понимала, что имел в виду сомневавшийся в том, что в ближайшем будущем девушка сможет нормально передвигаться, Полоз.

На ватных ногах Тана доковыляла до ванной комнаты, закрылась в ней и уставилась на свое запечатленное в висевшем над умывальником зеркале отражение. Тело девушки превратилось в один большой синяк, особенно притягивали взгляд безобразные полосы на шее.

— Что-то меня уже воротит от семейной жизни, — с раздражением в окрепшем голосе произнесла Тана: невольно примеренная роль жертвы ей совсем не понравилась.

***

Пересекая витиеватый коридор больницы, Тана держалась прямо и, как профессиональная манекенщица, плавно покачивалась на девятисантиметровых каблуках, несмотря на то что девушке хотелось выть от боли. Искусно нанесенный макияж освежал лицо и заострял скулы Таны, он подчеркивал опасную красоту жены главы стаба. Искрящиеся светлые волосы девушка завила и собрала на затылке в, казалось бы, простую, но изысканную прическу, из которой Тана вытянула несколько локонов; обрамляя овал лица, свободные пряди походили на отросшую челку. Черная водолазка и узкие темные джинсы скрывали от глаз посторонних поврежденную во время нежеланной близости с Полозом кожу блондинки.

Двери палат были распахнуты; знакомый силуэт сидящего на подоконнике бойца привлек внимание Таны. Девушка застыла на пороге комнаты в нерешительности. Если трепетное отношение супруга к блондинке скатилось до проявления животных инстинктов и удовлетворения низменных потребностей, как только Тана утратила возможность подчинять мужчин, то и привязанность верного «пса» нимфы могла превратиться в прах.

— Тана!.. — взволнованно прошептал заметивший девушку Нюхач.

Боец выпрямился и почти подбежал к блондинке. Он взял ее здоровой рукой под локоть и завел Тану в палату, а потом прикрыл створку, чтобы уединиться с девушкой.

«Нюхач смотрит на меня влюбленными глазами, как и прежде: его ко мне чувства настоящие…» — подумала Тана, непроизвольно касаясь пальчиками перечеркнутой глубоким рассечением и мелкими ссадинами щеки охотника за головами. Сначала девушка решила, что бойцу досталось от членов отряда Гамбита, но после небольшой заминки супруга главы стаба осознала: раны свежие. Блондинка возмущенно прошипела:

— Это Полоз сделал?!

— Твоего мужа огорчила потеря наших лучших бойцов. Я, как предводитель невернувшегося отряда, понес наказание за свой проступок, — спокойно произнес Нюхач.

— Какой же Полоз — ублюдок! — в сердцах выпалила Тана. — Если кто и виноват в произошедшем с нашими людьми и наемниками, то это я, ведь вы отправились на поиски Гамбита, чтобы воплотить в жизнь мой план мести.

— Не говори так, — попросил боец. — Рейдеры и охотники за головами рискнули жизнями из-за своей жадности: бойцы «соблазнились» обещанным вознаграждением, а я возглавил отряд, потому что ненавижу того, кто совершил на тебя покушение и заставил страдать.

Теплые слова собеседника смутили девушку. Она притихла, а затем, решительно вздернув подбородок, заявила:

— Раз мой муж причинил тебе вред, я просто обязана «зализать» твои раны.

Тана поманила Нюхача в ванную комнату. Боец послушно последовал за блондинкой. Девушка села на закрытую крышку унитаза; когда Тана вцепилась руками в пояс брюк Нюхача и сдвинула их и трусы бойца до колен, охотник за головами предусмотрительно захлопнул дверь. Блондинка погладила горячей ладонью член бойца, орган практически сразу затвердел. Тана лизнула кончик, а затем вобрала в себя головку. Нюхач часто задышал; блондинка задвигала головой, поглощая его член и создавая во рту вакуум. Тана притянула бойца еще ближе, ногти девушки впились в ягодицы Нюхача, оставляя на коже охотника за головами вмятины в виде полумесяцев. Боец сдавленно простонал, зажмурился на мгновение и кончил. Блондинка рефлекторно проглотила сперму и, наградив Нюхача томным взглядом, отстранилась от него.