Доводы нежных чувств (СИ) - Завгородняя Яна - Страница 2

Бьянка торопливо следовала за ним, на ходу успевая подмечать детали довольно роскошного интерьера: резная мебель светлая и очень изящная, по-видимому, служила украшением этого места — настолько нереальной казалась девушке возможность осквернять эти диваны и стулья своей персоной. Бежевые обои на стенах делали длинный коридор не таким темным и в целом антураж здания гильдии с его высоким потолком и милыми фресками с ангелочками, феями и сатирами вызывал приятные ассоциации с родной Италией. Около одной из дверей молодой человек остановился. Он постучал.

— Войдите, — раздался твёрдый женский голос. Дворецкий открыл дверь и перед взором Бьянки возникла такая же сдержанная и подтянутая невысокая фигура. Только теперь это была пожилая дама в строгом чёрном платье с седыми волосами, собранными в тугой безукоризненный пучок. — Мисс Инноченти? — женщина взглянула на девушку, слегка приподняв одну бровь, — проходите, присаживайтесь. Том, принеси нам чаю, — проговорила она, не глядя на дворецкого. Тот вежливо поклонился и поспешил удалиться.

— Здравствуйте, мадам Олсон, — тихо проговорила Бьянка, когда парень закрыл за собой дверь.

Женщина опустилась на своё место против окна и рукой пригласила гостью сделать то же самое. Интерьер этой комнаты отличался от того, что Бьянка видела минуту назад. Простая грубая мебель, пара подсвечников и множество шкафчиков с аккуратно разложенными хозяйственными принадлежностями.

— Разрешите взглянуть на ваши бумаги, — экономка не отводила от девушки оценивающего взгляда. Получив документы, она принялась внимательно их изучать, после чего отложила в сторону и заговорила. — Вы давно приехали к нам?

— Неделю назад, мадам.

— Вы планируете выйти замуж в ближайшее время? — Бьянка немного поморщилась это этого вопроса, но ответила всё с той же покорной интонацией:

— Нет, я ещё никого здесь не знаю.

От экономки не укрылись её эмоции и она пояснила:

— Часто девушки, которым посчастливится выйти замуж, работая у нас, уже не возвращаются на работу. Это во многом объяснимо, — она сделала паузу, — поэтому мне хотелось знать наверняка, к чему быть готовой. Слишком часто приходится расставаться с кем-то из девочек и нанимать новых.

— Замужество не входило в мои планы на ближайшее время.

— Все так говорят, — парировала миссис Олсон. — Что ж, вы нам подходите, и давайте для начала я введу вас в курс дела, потом познакомитесь с девочками и они уже более подробно расскажут вам о том, как тут всё устроено. Думаю, вы подружитесь. У нас хорошие девочки. Очень послушные и гильдия это ценит, — при последних словах женщина улыбнулась какой-то искусственной улыбкой, что также немного покоробило мисс. Но отогнав от себя дурные мысли, она принялась очень внимательно выслушивать инструктаж экономки.

— Подскажите, жить я тоже буду тут? — аккуратно задала злободневный для себя вопрос Бьянка, когда дворецкий поставил перед ней чашку чая.

— Конечно. Все горничные приживают в том крыле. Скоро я покажу вам вашу комнату.

Спустя четверть часа женщина и девушка оказались в крыле для прислуги. Бьянка очень удивилась узнав, что уютная небольшая комната с видом на проспект предназначена лишь ей одной. Девушка никогда не жила одна. В приюте у неё была только кровать в огромном зале на бессчетное количество воспитанников.

— Я что буду жить здесь одна? — выразила она искреннее недоумение. Экономка, казалось, добавила своему виду ещё больше чопорного высокомерия и произнесла:

— Гильдия может позволить себе содержать своих сотрудников в приемлемых условиях. Обживайтесь, милая, — подытожила дама. — Сегодня мы не станем вас сильно нагружать. Девочки уже приступили к работе. Ваша задача — отнести в прачечную белье и забрать на просушку то, что уже выстирано.

Когда экономка ушла, Бьянка переоделась в рабочее платье, критично взглянула в зеркало, поймала себя на мысли, что отсутствие оценивающих взглядов со всех сторон — ощущение очень непривычное, но безумно приятное. А ведь у кого-то всю жизнь есть комната, в которой можно укрыться и побыть наедине со своими размышлениями, печалями и радостями. Она заправила за платок светлую прядь и направилась туда, куда было велено. Девушка в несколько заходов отнесла в прачечную белье и так же не с одного раза выгрузила во внутреннем дворике несколько тазиков чистых постельных принадлежностей. В такой работе у неё уже был опыт. К концу развешивания наволочек и пододеяльников плечи ныли, но усталость от работы никогда не угнетала девушку — в такие минуты она радовалась, ощущая, что принесла пользу. Бьянка села на лавочку у колонны крыльца, прижимая к себе сложенные друг в друга тазы. Она подставила лицо мягким лучам вечернего солнца и теперь просто наслаждалась тишиной. Внезапно её выкинул из безмятежной сонливости звонкий девичий голос:

— Привет! Ты тоже новенькая? — Бьянка открыла глаза и тут же сощурилась под лучами солнечного нимба, обрамлявшего тёмно-русую головку, украшенную сияющими зелёными глазами и дружелюбной улыбкой. — Как тебя зовут? Меня Лора, — щебетала девушка, присаживаясь рядом. Бьянка выпрямилась, крепче прижимая к себе тазы.

— Приятно познакомиться. Меня зовут Бьянка.

— Ты не местная? Прости, — девушка осеклась, наблюдая смущение в глазах новой знакомой, — нечасто тут встретишь экзотические имена. Твоё очень милое. Здорово, Бьянка, что ты тоже новенькая! Ты когда пришла?

— Сегодня утром.

— А я два дня назад! Местные, кто давно здесь работают, такие снобы. Мнят о себе не весть что! Я сколько ни пыталась завязать с ними дружбу, они каждый раз норовили под разными предлогами от меня избавиться. Подумаешь, больно мне надо, — лицо Лоры исказила гримаса пренебрежения и она с обиженным видом закинула ногу на ногу. Но длилось это недолго. Секунду спустя, она снова развернулась всем телом к собеседнице и продолжила. — Где твоя комната? Вот было бы здорово, окажись мы соседками!

Продолжая щебетать, девушка подхватила часть ноши Бьянки и позвала её за собой. Она ещё долго закидывала её вопросами, пока обе шли сдавать инвентарь в хранилище и как оказалось, была права — двери их комнат располагались друг напротив друга. Лора сразу пригласила подругу в гости и постепенно Бьянка освоилась в компании этой звонкой, яркой и очень общительной девушки. Она рассказала ей о своей жизни, о приюте, но больше, конечно, слушала. Ей было приятно наконец встретить человека, который вполне мог стать ей другом, чего очень не хватало в новой чужой стране.

— Скоро ужин. Надо собираться, — прервала разговор Лора.

— В приюте мы ели в общей столовой, — вспомнила Бьянка.

— Тут также, — Лора распустила тёмные волосы и теперь интенсивно расчёсывала их у зеркала, чтобы собрать в пучок. — Ну, пошли, — подытожила она, заправляя последнюю прядь под белый головной платок.

Они направились в столовую. По пути Бьянка продолжала изучать убранство помещений, картины на стенах. Кое-что она даже узнала по копиям гравюр из книг приютской библиотеки.

— Это Рембрандт. Я уже всё тут прочитала, — прозвенело над ухом блондинки.

— Оригинал? — недоверчиво спросила она.

— Ничему не удивляйся. Они тут все очень богатые, эти торговцы.

Пока девушки проходили по коридору, с ними поравнялось несколько женщин чуть старше. Они не собирались вступать в разговор, просто молча прошествовали мимо, окинув обеих оценивающими взглядами и ускорили шаг, оставляя новичков позади себя.

— Я тебя предупреждала, — шепнула Лора, не отводя взгляда от статных фигур.

Бьянка отметила, что девушки были очень красивыми. Мельком она углядела в ушах одной из них серьги с поблёскивающими камешками. Невольно девушка порадовалась. Раз уж служанка может себе позволить золотые украшения, то сведение концов с концами перестанет быть для неё насущной проблемой.

Запах чего-то вкусного переключил внимание. Бьянка потянула носом и прикрыла глаза. Приютская еда так не пахла. Ко всему привыкаешь, но воспринимать, как данность, смесь неаппетитных ароматов той кухни она так и не научилась. Наверное, поэтому была такая худенькая. Ничего, теперь-то уж точно отъестся.