Жестокие клятвы (ЛП) - Макколл Джо - Страница 7

Чтобы добраться до окраины моего города, где меня терпеливо ждут мои люди, требуется двадцать минут. Им было поручено найти и задержать двух мужчин из одной из конкурирующих банд в городе. Мое сообщение должно было сообщить им, что пришло время допроса.

— Босс, — приветствует меня Саша, один из моих силовиков, когда я выхожу из машины.

— Они здесь? — спрашиваю я его, снимая куртку и кладя ее на сиденье, которое только что покинул. Он кивает.

— Их обоих поймал с поличным Меса.

Антон издает тихий свист. Меса — это не тот человек, с которым стоит связываться. Он занимается этим бизнесом с тех пор, как мой отец унаследовал власть от старой династии. Меса — беспощадный гангстер, который управляет несколькими моими борделями недалеко от Стрипа. Мужчины называют его «Грязным Югом», потому что именно сюда приезжают трахаться все скряги. Женщинам, хотя все и согласны, часто нужно напоминать о правилах.

Никаких наркотиков. Никаких ЗППП. Никаких съемок. Никаких дополнительных денег на стороне.

Девушки, которых мы используем в наших отелях на Стрипе, более утончены. Избалованные, вот как я это называю. Они обслуживают наших самых уважаемых и богатых клиентов и гостей.

— Они от чего-нибудь отказались? — спрашиваю я. Саша качает головой.

— Но мы в них не вникали, — говорит он. — Слишком большой риск там, где мы их связали.

Хорошо. Мне не нравится, когда мои люди рискуют, когда в этом нет необходимости. Они знают, что я выручу их в любой момент, если что-то пойдет не так, но они также знают, когда рискнуть, а когда подождать. Саша всегда был в здравом уме, когда нужно было переступить черту.

Эти мешки с грязью не стоят тюремного заключения.

— Тогда пойдем посмотрим, что нам дают, ладно? — Саша ухмыляется, хрустя костяшками пальцев. Он один из самых крупных мужчин в моем отряде. Родился в России и вырос в Америке. Большинство моих людей — первое поколение. Их родители приехали служить моему отцу, когда он сбежал из Братвы Ткаченко и переехал в Америку вместе с Томасом Иваньковым, еще одним перебежчиком.

Как только операция на восточном побережье была завершена и территории отведены, мой отец взял своих людей и прибыл в Вегас, распространив свое влияние на Неваду, Аризону, Нью-Мексико, Техас и Луизиану. Наши операции были слишком рассредоточены, и мы потеряли территорию. Когда я занял место своего отца, я стал одной третью Суверенного Братства. Остальными членами триады были люди, которым я доверял свою жизнь. Мужчины, которые поддерживали меня всю мою жизнь.

Виталий Де Лука и Кензо Накамура.

Вместе мы управляем всем, от Невады и до юга до Флориды. Здесь не нужно срезать углы и не приходится часто иметь дело с посторонними. У каждого из нас есть своя ниша, и мы помогаем друг другу вести бизнес друг друга. Все наши мужчины общаются и работают вместе для достижения общей цели.

Зарабатывать деньги.

Виталий ненавидит общаться с людьми, поэтому он занимается отмыванием денег через наш законный бизнес. Казино, клубы, рестораны и бордели, которыми мы легально управляем здесь, в Вегасе. Он всегда лучше справлялся с цифрами. Кензо предпочитает пачкать руки, поэтому он управляет нашими нелегальными борделями и эскорт-услугами, а также нашими сделками с оружием и наркотиками. Его дела связаны с встречами с сомнительными личностями. Тем временем я управляю казино, открываю новые бизнес-проекты и забочусь о юридической стороне нашего бизнеса. Мои люди также оказывают поддержку и действуют как наша группа реагирования.

Наше единство делает нас тремя самыми влиятельными людьми в Америке.

— Ты знаешь, почему ты здесь? — спрашиваю я двух мужчин, стоящих передо мной на коленях.

Конечно, они это знают. Я вижу их страх, когда они смотрят на меня опухшими, налитыми кровью глазами. Вопрос несколько риторический. Им не обязательно отвечать.

Их зубы так сильно стучат, что я сомневаюсь, что они вообще могли бы это сделать.

Сохраняя голос, я спокойно приседаю перед ними.

— Кто из вас скажет мне, на кого вы работаете? Кто посмел продавать на моей территории?

Простые вопросы, на самом деле.

Тишина.

Я жду.

Они знают последствия сделок на моей территории. Если вы хотите торговать в Вегасе, вам придется обратиться ко мне, и есть несколько вещей, которые я не разрешаю продавать на своих улицах. У этих придурков было достаточно ангельской пыли, чтобы начать эпидемию.

Мы здесь этого не делаем.

Мой рот кривится, голова покачивается, когда они молчат. Я поджимаю губы и вынимаю пистолет из кобуры. Взводя курок, я кладу ствол на промежность первого жалкого придурка передо мной. Его тело трясется, зубы продолжают стучать от страха. Его пульс бьется в шее, как пылкий барабан, глаза округляются.

— Ты хочешь сказать мне то, что я хочу знать? — спрашиваю я, прижимая дуло еще дальше к его маленькой сосиске в джинсах. — Или ты прощаешься с единственным, что делает тебя мужчиной?

Он заметно сглатывает.

— Не убивайте нас… — он замолкает, слезы текут по его щекам. Жалкий. Количество раз, когда я видел, как плачут взрослые мужчины, поразит большинство людей. Они думают, что непобедимы, пока не оказываются в логове дьявола.

— Скажи мне то, что я хочу знать, и я не убью, — обещаю я ему. — Я просто хочу знать, у кого, черт возьми, хватило смелости послать тебя продавать это дерьмо на мою территорию. Они здесь виноваты. Не вы. Ты… ну, ты просто делаешь то, что тебе говорят. Верно?

Оба мужчины с энтузиазмом кивают.

— Э-это верно, — тот, который у меня на прицеле заикается. — Мы просто выполняем приказы, — их тела расслабляются, когда я дружелюбно улыбаюсь им. Как будто у них все будет хорошо.

— Именно, — говорю я им. — Зачем мне убивать посланников? Если, конечно, ты не скажешь мне то, что я хочу знать.

Это их заводит.

— Мы не знаем, кто им управляет… — заявляет человек, чьи яйца я готов оторвать.

— Но мы получаем приказы от Тео Калогераса, — закончил второй.

Я узнаю это имя. Тео Калогерас — двоюродный брат Петра Спиридакоса. Это интересное развитие событий. Тем более, что семья Спиридакос наркотиками не занимается. Это я знаю.

— Кто поставщик?

Оба мужчины качают головами. Отлично.

— Ну… — мужчина вздыхает с облегчением, когда я убираю пистолет из его промежности. — Большое спасибо за сотрудничество.

Второй мужчина кричит, когда тело его друга отскакивает назад и приземляется на пол рядом с ним с пулей между глазами. Саша потрясающий стрелок.

— Подожди. Подожди, — второй мужчина паникует. — Ты сказал, что не убьешь нас, если мы предоставим тебе информацию.

— Ты прав, — говорю я ему с мрачной улыбкой. — Я говорил тебе, что не убью тебя. Я ничего не говорил о своих людях.

— Нет… — еще один выстрел. Еще один мертвец.

Почему они всегда умоляют? Они знали последствия продажи на моей территории.

Смерть.

Беря в кобуру пистолет, я иду к машине. У Антона он уже работает на холостом ходу.

— Калогерас работает на Спиридакоса, — ублюдок утверждает очевидное.

— Да, — киваю я, садясь на пассажирское сиденье.

— Какого черта Спиридакосы делают в фармацевтической промышленности?

Вздохнув, я достаю сотовый телефон и нажимаю кнопку быстрого набора номер пять.

— Черт, если я знал, — линия звонит.

— Да? — отвечает голос на другом конце провода.

— Матиас, — приветствую я его. — Как вой, брат?

— Хорошо. Ава беременная.

— Поздравляю, — говорю я ему по-английски. — Как давно?

— Восемь недель.

— Я обязательно сообщу Братству, — говорю я. — Ждите тонны подарков.

Матиас смеется.

— Тебе стоит посмотреть, что мои люди уже купили для ребенка. Я предлагаю отправлять предметы, предназначенные для пяти- или шестилетнего ребенка.

Еще один смех.

Меня это не удивляет. Люди Матиаса преданы ему и как семья. Когда Томас отправил его стать доном в Сиэтле, мы предложили ему место в наших рядах. Он вежливо отказался. Меня это не удивило. Матиас провел всю свою жизнь в чужой организации или в ее составе. Он хотел сделать всю работу сам.