"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Краулет Эб - Страница 322

— Ты выглядишь так, словно всю ночь вагоны с углём разгружал, — сказал мне Державин-старший, когда я открыл глаза. — Поднимайся, у нас совсем нет времени.

В отличие от меня, Игорь Всеволодович выглядел бодрым, отдохнувшим, но крайне обеспокоенным.

— Через пять минут буду полностью готов, — ответил я, предпочтя не акцентировать внимание на недосыпе. — Что-то случилось?

— Да, и всё очень серьёзно, — дед, казалось, не собирался выходить из комнаты, чтобы дать мне одеться наедине с самим собой. — Поэтому я смогу тебя лишь закинуть в Пушкинский аэропорт, а оттуда уже водитель подхватит.

Я быстро умылся, почистил зубы и надел рубашку. Оставалось лишь натянуть брюки и накинуть пиджак.

— Если сильно торопишься, давай я сам доберусь, — сказал я, видя, что министр заметно нервничает из-за каждой секунды ожидания.

— Во-первых, это небезопасно, а, во-вторых, я обещал, — отрезал он, скосив взгляд на часы.

А я прикинул, что приземление в Москве даже при условии попутного курса украдёт у деда лишних минут сорок, а то и полный час. Там же жёсткая очередь на взлёт и посадку.

— Ты очень сильно торопишься? — решил я уточнить для лучшего понимания ситуации.

— Не поверишь, но за много-много лет я впервые опаздываю, — признался мне Державин-старший. — И хуже всего то, что я не понимаю, что там происходит.

— Знакомо, — ответил я. — Давай тогда ты просто возьмёшь меня с собой. Обещаю слушаться беспрекословно, под ногами не путаться.

На раздумье у деда ушло всего несколько секунд. Я буквально увидел на его лице облегчение и знал ответ ещё до того момента, как он его озвучил.

— Хорошо, по рукам, — быстро проговорил он и, выходя из моей комнаты, достал телефон. — Вадим, я лечу напрямую, со мной быстрее получится. Хорошо, через пять минут будем внизу.

— С нами ещё кто-то полетит? — поинтересовался я, подхватывая дипломат, с которым прибыл.

— Да, Громов. Вадим Давыдович. Дед твоей однокурсницы.

Несмотря на то, что оба старика заметно нервничали, всю дорогу они перебрасывались довольно смешными шутками, от которых хохотал даже Архос. Лишь на подлёте к Сахалину они замолчали и стали предельно серьёзными. Из их разговоров я понял, что надвигается какой-то невиданный ураган со стороны Тихого океана, с которым они должны что-то сделать.

Я смотрел в иллюминатор, так как никогда не видел землю с такого ракурса. Под нами раскинулась бесконечная осенняя охра лесов с вкраплениями хвойной зелени, прорезанная узкими и извилистыми руслами рек, украшенная зеркалами озёр. На далёких горных хребтах белели снежные шапки.

А вот когда мы начали снижаться, я увидел, что не всё так тихо и спокойно, как это казалось сверху. Все мосты, соединяющие остров с континентом, были буквально забиты машинами. Чем ближе мы подлетали, тем меньше становилось гражданского транспорта и больше военного. Совсем скоро я мог разглядеть лишь армейские грузовики, машины «скорой помощи» и пожарные. Также в эвакуации принимали участие и местные полицаи, но их автомобили специфической мышиной раскраски встречались гораздо реже.

Открыв новости, я увидел, что, кроме Сахалина, полная эвакуация объявлена в Хабаровске и Амурске. Но все источники в один голос сообщали, что времени слишком мало и всех вывезти всё равно не сумеют, поэтому нужно готовиться к огромным жертвам.

Оторвавшись от экрана, я посмотрел на двух стариков, сидящих в белых кожаных креслах и попивающих янтарную жидкость из квадратных стаканов. И понял, что они прилетели сюда с одной единственной целью, чтобы всех этих жертв не было. Чтобы вообще никаких не было. Мне предстояло увидеть, как два безусловно сильнейших мага в империи будут тягаться с разбушевавшейся сверх всяких мер стихией.

К Южно-Сахалинску мы подлетали совсем низко. Тут хорошо были видны целые гроздья поездов, мчащихся поближе к сердцу империи. Самолёты с местного аэродрома взлетали с максимально возможной частотой. Это завораживало взгляд человека, не привыкшего видеть в воздухе сразу несколько судов рядом.

Сам город уже заканчивали эвакуировать. Повсюду были армейские посты, людей организованно сажали в автобусы с минимумом вещей и спешно везли подальше отсюда.

Я мысленно прикинул известную мне скорость продвижений ураганов и тайфунов, затем прикинул максимально возможную скорость автобусов и понял, что люди, едущие в них и не поддающиеся панике, — настоящие герои. Если Державин и Громов не удержат природу в узде, уезжающие сейчас из города будут застигнуты бедствием прямо в этих самых автобусах.

А вообще меня поразила эта абсолютно рутинная эвакуация. Спокойные ряды военных, спешащие, но не паникующие ручейки гражданских, полный порядок во всём от начала до конца. Вот в чём на деле проявляется мощь империи: контроль, чёткая организация, подавление паники и оперативность реакций на угрозы любого масштаба.

— Они их в горы везут, — словно угадав мои мысли, сказал дед. Видимо, проследил за моим взглядом. — Там оборудованы обширные бункеры на случай непогоды.

— Бункеры и эту бурю выдержат? — спросил я, понимая, сколько сил и времени затрачено, чтобы справиться с гипотетической угрозой.

— Не знаю, — честно ответил дед. — И даже проверять не хочу, — затем он сверился с некоторыми записями и добавил: — Сейчас, как только сядем, нас заберёт местный вертолёт и отвезёт на гору Крузенштерна. Ты останешься там в специальном наблюдательном пункте. Не переживай, он выдержит десять таких ураганов.

— А вы?

— А мы пойдём чуть дальше и заглянем этому голодному чудищу в пасть.

От его слов меня бросило в дрожь. А затем я посмотрел в том направлении, откуда ждали прибытия нарушителя спокойствия, ничего. Солнце, заливающее практически гладкое море. Лишь на самом горизонте темнела какая-то полоса.

На месте прямо у трапа нас встречал начальник аэропорта: низенький человечек, сгорбленный последними событиями.

— Игорь Всеволодович, — он поклонился, обращаясь к деду. — Я понимаю, что самолёт министерский и не предназначен для такого, но у нас тут форс-мажор.

— Говорите прямо, что вам требуется, — сказал Державин-старший, не терпевший лишних расшаркиваний.

— Дело в том, что не успели эвакуировать беременных с крайним сроком, а в горах нет необходимых условий для обеспечения безопасных родов. Срочно нужно их перевезти на материк.

— Забирайте, — кивнул дед. — Сейчас отдам распоряжения экипажу.

Фактически наблюдательный пункт оказался метеорологической станцией. В нём было скучно, но тревожно. Особенно с тех пор, как небо заволокло сначала дымкой, а затем и бойко бегущими тучами. Панорамные окна дополнили гнетущую атмосферу. Пока небо ещё было ясным, обзор из них поражал воображение, но сейчас круговая серость допекала.

По совместительству в этом здании решили соорудить координационный центр. Несколько военных в постоянном режиме прослушивали все новости, бесконечным потоком лившиеся со всех сторон.

— Южно-Сахалинск полностью очищен, всё гражданское население вывезено в горы.

— Корсаков полностью очищен…

— Николаевск-на-Амуре полностью очищен…

— Хабаровск очищен на шестьдесят пять процентов, эвакуация продолжается в штатном режиме. Имеется недостаток в транспорте и заслонной технике

— Амурск очищен на пятьдесят пять процентов…

И так далее, и тому подобное без конца. Навевало грусть. Особенно понимание того, что все собравшиеся тут имеют лишь одну-единственную настоящую цель. Сообщить об удаче или провале Державина и Громова, двух престарелых магов, которые решились бросить вызов стихии.

Их отсюда было видно отчётливо: две небольшие точки на песке возле самой воды. Глазами мне не удалось рассмотреть их позы, поэтому я задействовал магическое зрение. Оба стояли и, непринуждённо посматривая на небо, о чём-то увлечённо беседовали. Длинные плащи, накинутые ими при выходе из самолёта, развевались на усиливающемся ветру.