"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Краулет Эб - Страница 472

Марио Сан-Донато не понравился мне с самого первого взгляда. Такое бывает, когда человек просто вызывает неприязнь одним своим видом. Так случилось и тут. Низкий, толстенький, с нелепыми усиками и в не менее нелепой шапке этот маг пытался произвести на меня впечатление как минимум многомудрого дона.

— Это вы — Никита Державин? — спросил он меня с таким видом, словно я ему чем-то обязан, выплёвывая каждое слово через губу. — Что за угрозы от тебя исходят? Тебе разве не пояснили, на каких условиях тебя приняли в Пять семей?

— Уважаемый, посмотрите, пожалуйста, на это, — я показал Марио фотографию останков Скуратова, которую тайно успел сделать на свой телефон. — И скажите мне, какими такими условиями подобное оговорено?

Сан-Донато, кажется, даже не посмотрел на экран. Его глаза покраснели, а ноздри раздулись от ярости.

— Знаешь что, юнец-полукровка! Я не позволю…

— Что? — спросил я тихо, но так, что перебил весь его пыл. — Полукровка? И что же из этого выходит? У меня какие-то урезанные права, или что?

— Полукровки — слабаки, — буквально прошипел Марио, отчего мои брови моментально взлетели вверх. — Вы ничего не можете!

— Да? — я гипертрофированно отыграл удивление. — Вообще ничего?

При этих словах я поднял руку и повернул её ладонью вверх. На ней закрутился совсем небольшой смерчик, не выше пятнадцати сантиметров, но в нём нашли себе место все четыре стихии, причём, некоторые в разных ипостасях. Вода у меня была и жидкая, и в виде льда. И всё это не смешивалось.

— Фокусы, — снова прошипел Сан-Донато, и в этот же момент я почувствовал, что кто-то пытается проникнуть в моё сознание.

Толстые, как сосиски, пальцы пытались вторгнутся в мой разум.

Я слегка наклонил голову и уставился на Сан-Донато в упор. Мне доставляло удовольствие видеть, как менялось его лицо. Сначала ленивая уверенность, затем недоумение, потом упорство и попытка хоть чего-нибудь добиться, а затем боль и детская обида, когда Архос на пару со Штопором надавали ему по рукам. Если бы я попросил, они бы могли и прикусить его ментальные пальцы своими жвалами.

— Что?.. — Марио не сразу смог сформулировать свой вопрос. — Кто у вас там сидит? Мне показалось, что по мне пробежались паучьи лапки!

«Не будете ручки свои шаловливые совать куда ни попадя», — хотел ответить я, но сдержался.

— Они и есть, — сказал я почти доброжелательно. — Попробуете ещё раз нечто подобное и останетесь вообще без пальцев.

Я буквально видел, как внутри Сан-Донато происходит борьба. С одной стороны, его уязвлённое самолюбие приказывало ему всё бросить и прервать встречу. А вот природное любопытство, наоборот, настаивало узнать, что же за тип стоит перед ним.

— Я… — начал он, и вдруг лицо его сморщилось, как засыхающий фрукт. — Прошу прощения за свои действия. Дело в том, что вас взяли под протекцию Пяти семей без моего ведома, но в качестве потомка Сан-Донато. Я был фар арабьяре… раздосадован. Пытался отыграться на вас. Но теперь я вижу, что вы — достойный сын Сан-Донато.

— А сразу было сложно с этого начать? — поинтересовался я. — Мы же столько времени потеряли, жуть.

— Согласен с вами, — Марио совершенно искренне раскаивался, я это видел, и теперь он стал мне гораздо симпатичнее. — Покажите, пожалуйста, ещё раз фотографию, — я показал, и Сан-Донато потребовалось совсем немного времени, чтобы поставить свой диагноз. — Отравление эфиром.

— Разумеется, — кивнул я. — Они подсадили ему сразу четырёх паразитов, которые и сожрали молодого человека за считанные часы.

— Это уже не совсем паразиты, — проговорил Марио, глядя в окно на раскинувшееся под нами поле огней. — Это искусственные приспособления, выглядящие как магические паразиты.

О чём-то таком я догадывался, но сейчас мне было странно, что Сан-Донато ничуть не стесняется говорить напрямую.

— Я повесил над нами купол отрицания, — проговорил Марио, словно услышав мои мысли. — Все в радиусе километра слышат, как мы с вами восхищаемся открывающимся перед нами видом.

— Хитро, — что и говорить, такая технология мне бы пригодилась во время массы разных не очень простых переговоров. — Хочется верить, что действительно никто не сможет прослушать.

— Никто, кроме эфирников, — пожал плечами Марио. — А их я не боюсь. Даже Стивена.

— Что за Стивен? — уточнил я, и тут же острый взгляд итальянца вонзился в меня. — Это он людей высасывает до капли, да?

— Да, — кивнул мне Сан-Донато и тяжело вздохнул. — Он одержим местью. Хотя, именно Батори приложили максимум усилий, чтобы эфирников запретили как вид.

«Батори», — повторил я про себя, поняв, что эта фамилия мне определённо знакома. И тут же вспомнил парапет башни и знамёна с гербами далеко внизу. Это Батори напали на замок Сан-Донато. Так-так, чем дальше, тем интереснее.

Я взглянул на Марио и увидел уставшего человека далеко за пятьдесят, который вынужден лететь чёрт его знает куда, чтобы поставить на место выскочку, введённого под защиту его организации без его ведома. И тут я решил, что и мне надо немного пойти ему навстречу.

— Давайте всё начнём сначала, — предложил я, протягивая руку. — Никита Державин, потомок Антонио Сан-Донато. Рад встретить родню.

Марио сначала смотрел на меня с непониманием, а затем расплылся в улыбке.

— Марио Сан-Донато, потомок Антонио, глава рода Сан-Донато, точнее, его остатков на сегодняшний день.

Глава 12

— Расскажи мне всё с самого начала, — попросил я. — Можно, по возможности, кратко. Если что-то будет непонятно, я дам знать, хорошо?

— Идёт, — ответил Марио и снял, наконец, свою нелепую шапку. — С чего бы начать?

— Что за Пять семей? Почему меня взяли под защиту без твоего ведома? Чего на самом деле хочет Стивен? — я перечислял вопросы, но полагал, что нужные придут ко мне непосредственно во время беседы.

— Что ж, — ответил Марио. — Начнём с того, что Пять семей — организация трусов.

— Мне казалось, что так о них думают только радикалы, — заметил я с определённым удивлением.

— Негодяи не обязательно должны ошибаться, — развёл руками Сан-Донато. — Но давай начнём хотя бы с того, почему тебя вообще приняли под защиту. Ты же не знаешь? Хочешь, расскажу?

Я кивнул.

— Так вот, — проговорил Марио, нацепив столь суровое выражение лица, что стал практически другим человеком. — Тебя приняли под защиту Пяти семей из-за трусости. Они побоялись, что тебя убьют и этим самым появится прецедент убийства члена одного из пяти родов. А где один — там и все. Вот так они рассуждали. Мол, смогут защитить тебя, и других не тронут. Ты думаешь, почему они нейтралитет держат? Да потому, что боятся, что их передушат, как слепых котят!

Для меня подобное заявление не то чтобы явилось откровением, что-то такое я подозревал после разговора в конференц-зале. Но что всё настолько плохо, я не думал.

— А вы? — спросил я и тут же решил расширить свой вопрос, чтобы было понятнее. — Вы не хотите нейтралитета с радикалами?

— А ты бы захотел нейтралитет со зверем, который уже сожрал твоих предков и вот-вот примется за потомков? — вопросом на вопрос ответил мне Марио.

— Вряд ли, — ответил я, представляя себе то, что описал собеседник. — Скорее всего, я бы попытался уничтожить зверя. А если и пошёл бы на какие-то уступки вроде нейтралитета, то только для того, чтобы усыпить внимание, и в итоге всё равно уничтожить.

— Вот именно, — медленно проговорил Сан-Донато. — Уничтожить… Увы, о таком можно только мечтать, — грустно продолжил Марио, опустив плечи. Складывалось впечатление, что из него выпустили воздух. — Расстановка сил совершенно не в нашу пользу. Суццо и Мурузи открыто симпатизируют Стивену Батори. Ипсиланти — тайно. Маврокордато, как всегда, колеблется. Кажется, это их родовая суперспособность. А Сан-Донато уже давным-давно не тот, что во времена великого Антонио.

— У вас не хватит сил, чтобы победить этого самого Стивена Батори? — уточнил я, пытаясь уяснить себе расстановку сил.