"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Краулет Эб - Страница 794

— Ты что ж творишь, Гадюка? — возмутился он, — Будто каленым железом к ране.

— Противоядие так действует. Терпите, Матвей Филиппыч. Заодно и прижгем… Иглу с ниткой несите мне…

Фемка убежал за иглой и ниткой. А я не удержался от вопроса.

— Ева, а ты целить умеешь?

— Я же мастер ядов, — она начала сводить пальцами разошедшиеся края раны, — Любой яд может быть лекарством, а лекарство — ядом. Наш род всегда был целительским.

Вот уж удивила меня баронесса Гадюкина. Не знал, что она еще и целитель. И тем не менее. Управлялась она очень ловко. Глядя, как она провела обеззараживание иглы просто обтерев ее пальцами, как зашивала рану точными, уверенными и безжалостными движениями профессионального хирурга, я невольно перешел на тонкое видение и… обалдел.

Ева задействовала те области своего магического силового состава, которые в прошлый раз остались для меня загадкой. А теперь я видел свечение каналов, что раньше по всей видимости никогда не использовались.

— А скажи мне Ева, — спросил я, когда она закончила, — Как часто тебе раньше приходилось заниматься целительством?

— Никогда не приходилось, — ответила она жестко, — Однажды мой род отказался от этой практики. Мы стали культивировать только яды.

— Тогда я тебя наверное сейчас удивлю. Твой магический уровень только что подрос на одну десятую. Ты перешла за тройку.

— Правда? — поразилась она.

— Я это вижу. Это ваша Гадюкинская напасть 3:7, случайно не совпала по времени с тем решением, когда ваш род отказался от целительства?

— Это позже было, — немного подумав, ответила баронесса, — Но какая разница? Кротовский, ты нашел способ избавить меня от проклятья. Кого бы еще срочно исцелить?

Фемка побледнел и спрятался за мою спину. Горящие глаза новой работницы его и раньше пугали, а теперь ввергли в мистический ужас.

— Успокойся, Фемка. Ева тебя не тронет.

— Ну а что? — Гадюкина улыбнулась по-змеиному, — Печень расширена. Желудок не в порядке. Алкоголь — это тоже яд. Иди ко мне Фемка, я тебя подлечу.

Однако Фемка просто сбежал.

— Оставь его. Он тебя боится до дрожи.

— Ладно уж, — Ева провела ладонью по моей щеке, — Мне пора… а то Крысючиха скоро хватится… базлать начнет… я и так с трудом удерживаюсь, чтоб ее не прибить… может ее тоже подлечить? Нервы у нее ни к черту…

Задумавшись над перспективными пациентами, баронесса, к огромному облегчению сторожа… да и не только сторожа, покинула особняк. Проводив баронессу взглядом, Анюта покачала головой:

— Всегда чувствую себя неуютно, когда нахожусь в одной комнате с этой женщиной, — призналась она.

— Зато мне помогла, — деда неожиданно встал на сторону Гадюкиной, — Поразительно. Рана затянулась… только голову чуток подкруживает…

Я еще не вернул себе обычное видение, а потому увидел причину, по которой подкруживает голову у деды. Сегодня прямо день откровений.

— Матвей Филиппыч. Ева пробудила у вас энергетические каналы, — сообщаю удивленно, — Может, дело в ране, может, в яде, может еще в чем-то… но я вижу, как сила по ним протекает… а ну-ка, лежите смирно.

— Сергей Николаич, — попытался вразумить меня деда, — Я нулевка… какие там могут быть каналы?

— Вы-таки удивитесь, но полных нулевок не бывает. Ваш потенциал раньше колебался на ноль-семи… а теперь подрос как будто…

Я и раньше видел в Филиппыче какую-то особую силу. И дело не только в его физической крепости… там было нечто большее. И вот теперь я четко увидел затор, мешающий ему накапливать эту силу. И я просто взял и провел рукой, будто выправил канал: «порая сила; уровень 1; потенциал 1; особая способность — начальное богатырство»

— Что это было сейчас, Сергей Николаич? — завороженно спросил меня деда. Он явно что-то почувствовал.

— Вы только что стали богатырем первого уровня, — отвечаю, — И не спрашивайте меня, что это значит…

В дом вернулись казаки. Взгляды их полны угрюмой решимостью.

— Сергей Николаич, — обратился ко мне старший, — Англичане наглеют и наглеют. Знаете, кого они подослали?

— Пока нет.

— Это были наемные убийцы. Мы должны отвечать.

— Ну что ж. Значит, будем отвечать. Вы правы. Хватит играть вторым номером. Пора перехватывать инициативу.

Ближе к восьми часам вечера в сопровождении десятка казаков я толкнул дверь мануфактурного склада. Чтобы не светиться большой компанией, мы быстро зашли за стеллажи, к прилавку подошел только один из наших. Чекер только что выпроводил последнего посетителя и переглянуся со складским менеджером. Наконец-то можно закончить рабочий день, пойти в паб и выпить кружку темного…

— Любезный, — слободский казак грубо оборвал его теплые грезы, — Ружжо хочу приобрести.

— Слободским рассрочки не даем, — раздраженно ответил чекер, — Мы закрываемся.

— Как это не даете? Объявление висит. Можно взять без первого взноса.

— Кому-то можно без взноса, а кому-то нет, — устало сказал чекер, — Вот накопишь денег на винчестер, тогда приходи, а пока…

— Хотя бы патронов продай, — не отступается казак.

— Патроны продаем только тем, кто купил оружие. Купишь винчестер, покупай и патроны. А так не продаем… на выход, пожалуйста. Выход вон там…

— О, я слышал, объявили мой выход, — я выхожу из-за стеллажа с видом артиста разговорного жанра и приближаюсь к прилавку, — Любезный, неси свои винчестеры…

— Да сколько можно повторять… — начинает сердится служащий, но я выкладываю перед ним пачку денег…

— Неси свои чертовы винчестеры, — на прилавок шлепается еще одна пачка денег, — О рассрочках речь не идет. Шевели булками, англичанин. Держи свое слово джентльмена.

Третья пачка денег ложится поверх двух первых. Уж что-что, а выкупить весь запас оружия на этом пыльном складе граф Кротовский в состоянии.

Глава 19

— Мы закрыты, — припертый к стене англичанин, как последний аргумент, принимает надменный вид, — Я не обязан вам ничего продавать.

— Вы работаете до последнего покупателя. На этот счет у вас тоже висит табличка.

Англичанин оскалился, вытащил из-под прилавка винчестер и перещелкнул затвор. Из-за стеллажа вышли вооруженные казаки. Я одним движением выхватил из инвентаря лук и натянул тетиву. Наконечник премиальной стрелы с огненным заклятием тут же начал раскаляться, набирая жгучую красноту.

— Не надо Бил, — одернул менеджер товарища, — Отдай им винчестеры. Я уже подал сигнал. Сейчас сюда сбежится много вооруженных людей. Они пожалеют.

Англичан быстро уложили мордой в пол и связали за спиной руки, чтоб больше не подавали никаких сигналов.

— Если он и вправду вызвал охрану, то много вынести не успеем, — озабоченно сказал казак.

— Успеем…

Подхожу к черному автомибилю, открываю и сажусь на водительское сидение. Ключ торчит в замке зажигания. Горючки на несколько километров пробега должно хватит.

— … грузите все в машину. Тут место много. Все войдет…

Винчестеры покидали в салон. Ящики с патронами загрузили во вместительный багажник. Напоследок я швырнул лежащему на полу англичанину еще две пачки с купюрами.

— Сдачу оставьте себе.

Я выехал из склада, выбив дверь массивным бампером. Казаки повскакивали на коней и с гиканьем помчались следом. Я видел в зеркало заднего вида, как бегут к складу какие-то люди, но за нашим конно-моторизованным отрядом никто не погнался. Вероятно, у них просто не было времени, чтоб организовать погоню.

Казачья слободка превратилась в укрепленный военный лагерь. Казаки не только решили проблему с нехваткой боеприпаса, но и пополнили оружейный арсенал. Слободка ощетинилась: дулами, валами, глухими бревенчатыми стенами с бойницами. Только совсем безмозглый дурак теперь попытается устроить здесь погром.

В избе старшего Осадчего я сидел за столом вместе с другими казачьими старшинами, обсуждая вероятные сценарии дальнейшего развития событий.

— Как думаете, — спрашиваю, — Какой следующий ход предпримут англичане? Откажутся от запланированной провокации? По идее смысла в ней уже нет.