"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Краулет Эб - Страница 848

В Кустовой вернулись под вечер. Ну и денек сегодня. Все планы насмарку.

— Ева, мы собирались сегодня анонсировать партию РОС. А теперь когда…

— Не переживай, Кротовский. Работа запущена. В бедных районах вовсю идут митинги. Доктор с обеда с улиц не уходит.

— А, точно. Доктор-агитатор. И как? Люди его слушают?

— Док прекрасный оратор. Среди бедняков пользуется большим авторитетом. Можешь считать, что наша партия состоялась. Мне поступают звонки из оперативных штабов. Сотни горожан уже изъявили желание вступить в РОС. Ты конечно, Кротовский, тот еще брюзга, но, я считаю, у нас неплохие шансы получить большинство в парламенте.

— Ты полностью права, Ева. День сегодня хоть и нервный, но сулит перспективы.

— Вот именно, — Ева улыбается ободряюще, — Ты удержал пост правителя. Ты создал партию. Ты получил сразу двух союзных владетелей. По-моему неплохо для одного дня.

— Верно говоришь. Грех жаловаться. День вполне удачный…

— Извини, — перебивает меня Ева, — Опять звонят…

Ева приняла звонок, приложила трубку к уху и с минуту слушала, мрачнея на глазах. Потом отключила связь и швырнула мобилу на стол.

— Что там опять?

— Ты не поверишь, Кротовский. Оказывается, я до полусмерти избила человека на улице. Только за то, что тот выглядел недостаточно опрятным. На этой новости часть моих активистов, разумеется, из самых бедных слоев, уже отказались со мной работать…

Глава 20

— Куда собралась? — подтормаживаю Еву.

— У меня сегодня запланированы несколько выступлений перед избирателями. Док в одиночку всю работу не вытащит. В конце концов лицо партии — это я.

— В том и проблема. Противник пытается очернить твой образ в глазах людей. И ведь какой ловкий ход. Избила человека, потому что тот неопрятно выглядел. Тебя выставляют фанатичной поборницей чистоты без тормозов. Сейчас тебе лучше на улицах не показываться.

— Но не сидеть же, сложа руки, — возражает Ева, — Если я буду отсиживаться, люди укоренятся во мнении, что это я избила того человека.

— Согласен, сидеть, сложа руки, — не выход. Только объясняться перед людьми — еще хуже. Твои объяснения будут восприняты как оправдания. Этим ты избирателя только еще больше против себя настроишь.

— Что ты предлагаешь?

— Собери свой штаб. Тех активистов, кто в тебе сомневается, удерживать не пытайся. Сплоти вокруг себя только самых верных сторонников.

— Понимаю. Там хватает людей, чьи мотивы мне не ясны. Мутные типы.

— Именно. Подобный кризис тем и хорош, что позволяет внести ясность. Мутных гони безо всякого сожаления. Ядро партии должно быть без гнили.

— Я поняла тебя, Кротовский.

— Угу. Боюсь, мы поторопились анонсировать партию. Сперва надо было вычислить того иллюзиониста, что умеет принимать чужой облик. Он нам всю игру может поломать. Ну… теперь уже поздно. Как говорится, фарш невозможно провернуть назад. Будем искать его параллельно с агитационной работой.

— Раз уж мне придется опять уходить в тень, я сама займусь его поисками.

— Разумно. Поиск мага в приоритете.

— Как думаешь, этот маг работает на англичан?

— На англичан… а, может, на одного из владетелей, что в конечном итоге все равно означает англичан…

Проводив Еву, отправился в спальню дожидаться перехода. По-хорошему стоило бы сходить к гоблину за советом. Но, во-первых, мне нечем ему платить. Во-вторых, меня пугают его экстремальные методы. К Кроту идти тоже не вижу смысла. Он вмешивается крайне редко, только когда моей жизни угрожает реальная опасность. А так из него лишнего слова не вытянешь. Придется справляться самому.

Переношусь в Киртасу. Служебный полуофис-полуподвальчик напоминает полусонное царство. Похоже, моим компаньонам тоже поспать толком не удается.

— Кротовский, будь гуманоидом, сделай кофе, — просит Травка, — Убила бы за пару часов сна.

Ставлю кофейник. Достаю из тумбочки банку с кофе и сахар.

— Кому еще кофе?

Ниндзя дисциплинированно поднял руку, хотя глаз при этом не открыл. Гусь тоже поднял руку, хотя гузку от дивана не оторвал. Ладно. Мне не трудно. Достаю с полки четыре чашки.

— Вам еще подать? — спрашиваю, разлив кофе по чашкам.

— Да, — отвечают хором все трое.

Раздаю чашки, беру свою и подношу к губам, предвкушая обжигающий, горячий, сладкий…

— О, Кротовский, кофе сделал! — восклицает с порога инспектор Сильвего, в ее руках сверток с одеждой, — На вот. Одевайся. Тебе некогда кофе пить, мне отдай.

Со вздохом отдаю инспектору свою чашку и принимаю сверток.

— Вот не надо на меня так смотреть… правда времени нет… я тебе оставлю глоточек… — Сильвего с наслаждением отхлебывает, —…м-м, неплохо…

— И где мне переодеваться? Туалет хотя бы тут есть?

— Да брось, Кротовский, — Травка щурит один глаз, держа чашечку с кофе на отлете, — Тут все свои.

— Как скажете…

Раскладываю вечерний костюм а-ля фрак местного покроя прямо на столике и сканирую. Затем подгоняю доспех под местную оперную моду. Получается не идентично, но довольно похоже.

—…так пойдет? — спрашиваю у Сильвего.

— Пойдет, — одобряет инспектор, — Классный у тебя доспех. Он прям любую форму способен принимать?

— Почти любую.

— А ну-ка, преврати его в купальный костюм, — требует Травка, — Иначе не поверю.

— Какой еще купальный? В плавки что-ли? Обойдешься…

— Гад ты, Кротовский, — расстраивается Травка, — Почему у меня нет такого… о, слушай, подари мне свой доспех. Обещаю в офисе всегда превращать его в бикини.

— Он не сможет превратиться в бикини… и он ко мне привязан.

«облом» — посылает Гамлет сообщение из инвентаря.

«уймись» — отвечает ему Ныр.

— Все ребятки, выезжаем.

Сильвего, как и обещала, передает мне чашку, в которой осталось на пару глотков. А она мне нравится. Нос не задирает. С нами ведет себя без чванства, но и не запанибрата. Вообще питье из общей посуды — знак доверия и определенной близости. Сильвего явно дает понять, что она с нами в одной лодке.

Подъезжаем к зданию оперы. Что сказать, дорого-богато… даже покруче нашего Большого театра. На огромную площадь, выложенную разноцветными светящимися булыжниками, подкатывают кабриолеты, лимузины и прочие колесные атрибуты классового неравенства. Хорошо еще мы поехали не в нашем фургоне, а в тачке Сильвего. У нее машина бизнес-класса, так даже она на общем фоне выглядит блекло.

— Кротовский, ты должен изобразить важную персону… или как минимум того, кто привык к роскоши… на обстановку и, тем более, на людей не пялься… сможешь? — спрашивает инспектор.

— Смогу. В своем мире даже с императором встречался.

— А, ну тогда справишься… Травка останется в машине, — продолжает инструктаж Сильвего, — Я, Гусь и Ниндзя — зайдем через черный ход. В зал нас не пропустят. Но мы будем крутиться в фойе. Считай, будем рядом.

— Это все понятно, — киваю, — А мне что делать?

— Оперу слушать, что еще. Ты наживка на этой рыбалке. Твоя задача просто болтаться на крючке и изображать червячка.

— Хорошо, — выхожу из машины и неспешной походкой подгребаю ко входу.

Тут трудится целый взвод швейцаров. Открывают пассажирские двери подъезжающих машин, провожают гостей по лестнице ко входу. Пристраиваюсь в этот помпезный конвейер. Показываю пригласительный билет. Меня запускают внутрь. Ничо сложного.

Мне велено по сторонам не глазеть, ну я и не глазею… даже позевываю слегка в кулачок… м-да, главное в зале не уснуть. А то конфуз выйдет. И хорошо, что я картограф. У меня есть карта зрительного зала. Я знаю, где примерно находится мое место, и через какой вход мне в него заходить. Место у меня почти скраю, не самое козырное, зато удобное. Можно занять одним из последних, когда зал заполнится.

Прозвенел мелодичный колокольчик, люди потянулись в зал. Вперед не лезу, жду, когда пройдет основная масса. После третьего звонка тоже, наконец, захожу. Усаживаюсь. Справа от меня пожилая дама с морским биноклем. И взгляд у нее такой… всех подозревающий. Вряд ли она пособница шпиона. Ее больше интересуют сплетни.