"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Краулет Эб - Страница 891

— Понимаю.

Даже на уровне глав государств шпионы охотятся за любыми, казалось бы, самыми незначительными мелочами. А тут верховные боги. Не удивлюсь, если Крот задорого загонит сведения про свару в пантеоне.

— Вот и молодец, что понимаешь, — Крот сложил пальцы в щепотку с явным намерением выкинуть меня из своей норы, но замер с ехидной усмешкой, — Кротовский, я тебя не узнаю… сейчас ты должен задать мучающий тебя вопрос…

— Какой вопрос?

— Не разочаровывай меня…

— Слушай, Крот. Я устал как собака. Может, подскажешь…

— Ты передвинул статую Горыныча… и… ты должен задаться вопросом…

— А, точно… Баклажан как-то связан с Горынычем? Я имею ввиду, откатчик времени, который Белкину украл.

— Я понял, кто такой Баклажан… — Крот хмыкнул, — Вопрос не совсем тот, но… ладно, расскажу, особой тайны в этом нет… это довольно старая раса синекожих существ… и довольно странная раса. Эти Баклажаны, как ты их называешь, почти не развились технологически… даже не освоили простейших орудий… даже одежды никакой не носят.

— Типа как снежные человеки?

— Типа того. Зато эти Баклажаны научились использовать накатывающую силу времени…

— Чего они научились?

— Ну, представь временной поток.

— Ну, представил, — отвечаю не очень уверенно.

— Ну вот. Баклажаны не плывут в этом потоке, как все остальные существа вселенной, а скользят на волне времени, словно серфингисты.

— И что им это дает?

— То, что они опережают остальных. Это дает определенные преимущества. Что для нас с тобой неизвестное будущее, для них уже настоящее или даже прошедшее.

— Согласен, преимущество неслабое. Сам убедился… ну а как это связывает их с Горынычем?

— Вот этого я не знаю. Возможно, у них общие цели.

— Общие цели у Баклажанов с Горынычем?

— Ага.

— Это какие?

— Ну, все стремятся к вершине мирового древа.

— Знаешь, Крот. Чем дальше ты объясняешь, тем меньше я понимаю. С какого перепуга все стремятся к вершине мирового древа? Там медом намазано?

— Можно и так сказать, — усмехается Крот, — Там самые легкие райские миры. Все хотят попасть в рай. Не только люди… Баклажаны и боги не исключение.

— Так… ты мне скажи, Баклажаны в сговоре с Горынычем?

— Возможно.

— И какой практический вывод я могу из этого сделать?

— Вывод очень простой, Кротовский, мог и сам догадаться. Недостаточно просто убрать статую Горыныча с алтаря. Надо поставить храм «на нейтралку»

— Крот, объясни толком.

— Ты должен еще раз придти в храм и провести обряд, закрывающий доступ к алтарю.

— Так, а почему мне этого еще в храме другие боги не посоветовали? Они вроде в этом заинтересованы.

— Боги жадные. Любой храм приносит им очки веры.

— Ну, блин, нормально. Ты хочешь, чтоб меня возненавидели все боги пантеона?

— Ой, да ладно, — Крот отмахнулся и сморщился, — Я не предлагаю уничтожать храм. Просто заблокируешь на неопределенное время.

— Ну хорошо, что я должен сделать?

— Тебе понадобится черный макр. Не обязательно очень крупный. Положи его на алтарь и провозгласи временный нейтралитет храма.

— Понял. Сделаю…

На этот раз Крот не стал сдерживаться, щелкнул пальцами, как кастаньетами. Громко так, гад, щелкнул. Меня из его норы будто ветром сдуло. Шутник, блин… добрался до спальни и перед тем, как упасть лицом на подушку, отключил звук на мобиле. До утра потерпят.

Как ни странно, за ночь ничего страшного не случилось. Мне дали спокойно проснуться, спокойно умыться и даже спокойно позавтракать без нервотрепки. Зато после завтрака Анюта пришла в кабинет с финансовым отчетом. Не представлял, что на подготовку к войне требуется такая прорва денег. А ведь война еще не началась.

— Сережка, даже с учетом того, что патроны мы изготавливаем на своем производстве, закупка всего необходимого съедает слишком много средств. Мы так разоримся. Что делать?

— А что тут поделаешь… останавливать производство нельзя. И Тульские карабины надо еще докупать. Их нужны не сотни, а тысячи.

— Да где мы столько денег возьмем? — Анюта выудила из папочки листок с расчетами, — Наши расходы существенно превышают доходы. Пришлось запустить руку в резервы, но резервы тоже не бесконечные.

— Понятно, что не бесконечные… идеи есть?

— Можно попробовать занять у купечества. Поговори с Милой. Она как раз в приемной дожидается. Ждет согласования по речному казино.

— Зови Милу, — вздыхаю, — Но что-то я сильно сомневаюсь, что Мила даст денег на войну.

Когда появляется Мила, ее рыжая грива сразу становится центром внимания и чуть не центром мироздания… как ночной костер в степи во время привала. Волей-неволей все взгляды сосредотачиваются на источнике тепла и света.

Анюте пришлось двигаться вместе со стулом. Мне пришлось выходить из-за стола, чтобы встретить, чмокнуть в подставленную щечку, усадить, предложить чай, кофе…

— Кротовский, — заговорила Мила, устроившись, — Долго ты собираешься меня мурыжить бюрократическими проволочками?

— Мила, помилуй. Даже в мыслях не было.

— А почему до сих пор нет согласования по участку? — Мила очень артистично изобразила страдание человека, обделенного судьбою.

Умница Анюта тут же достала из папочки пакет документов.

— Все уже согласовано… вот… и вот… место самое лучшее… удобный пологий склон, живописный берег…

— Другое дело, — Мила благосклонно улыбнулась, — Кротовский, вкладываемся пятьдесят на пятьдесят? Как договаривались?

— Разумеется. Уговор дороже денег… кстати о деньгах… Мила, ты сможешь дать денег в долг?

— Сколько? — Мила мгновенно перестала играть и сделалась серьезной.

— Два миллиона, — вместо меня ответила Анюта.

— Ого. Что хоть за предприятие?

— Не на предприятие. Нам нужно на оборону.

— Ну знаешь, Кротовский… вот зачем ты так со мной поступаешь?… посуди сам. Я должна буду звонить папеньке и просить просто так два миллиона для Кротовского?

— Как-то так я это и представляю.

— Ты неверную картину себе представляешь. Купец первой гильдии не может давать деньги просто так… ты же папеньке не родственник… не зять в конце концов…

Мы с Анютой вытаращились на Милу. Мы оба знаем, что при всем ее внешнем напускном легкомыслии, Мила не относится к людям, способным ляпнуть не подумавши. Сто процентов уверен, заявка на «зятя» согласована с самим купчиной.

— Кротовский, — Мила сделала вид, будто готова потерять терпение, — Чего замер, как соляной столб? Скажи что-нибудь.

Глава 16

— Эм-м… Мила, как-то неожиданно это…

— Чего напряглись? — Мила прыснула от смеха, — Я пошутила. Знаю, что у тебя побогаче невеста имеется.

— Какая еще невеста? — офигеваю, — Нет у меня никаких невест…

— Да? — Мила изобразила удивление, — Тогда у тебя еще есть шанс получить от папеньки два миллиона приданого…

— Ох.

— Ладно, Кротовский, выдохни… поговорю с папенькой, но ничего не обещаю.

Посмеиваясь, Мила вышла из кабинета.

— Сережка, — когда мы остались одни, Анюта тоже усмехнулась, — У тебя такой дурацкий вид… видимо, ты один не в курсе.

— Не в курсе чего?

— Народная молва давно тебя с Белкиной обженила.

— А… с Белкиной… Белкину еще найти надо… обожди, Анюта, Кнышский звонит… отвечу… слушаю вас, владетель.

— Здравствуйте, граф. У меня тревожные новости. Мартын и Каханат стягивают войска к моей границе. Что мне делать, граф?

— Ждите меня, Владетель. Выезжаю… — отключаю мобилу, — …Анюта, мне надо срочно ехать.

— Я позвоню деде, он тебя отвезет.

— Не надо. Не будем дергать Матвей Филиппыча, у него важная миссия. Сам съезжу. Водить умею.

Взяв у Анюты ключи от новой тачки, спускаюсь вниз. Машина у меня — зверь, ничего не скажешь. Мощи в ней, как в носороге, что в общем оправдано. Это не тонкая максимально облегченная жестянка двадцать первого века. Здесь толстый листовой металл и просторный салон с широкими креслами. Здесь слово экономия звучит неуместно и нелепо.