Охотничьи угодья (ЛП) - Бриггз Патриция - Страница 45

— Тогда мы должны выяснить, кто убил Шастеля, прежде чем она услышит об этом, — Чарльз говорил так, словно это не сложное дело.

— Правильно.

— Позвони своим людям и попроси их отменить шоу собак и пони на сегодня, — сказал Чарльз. — Смерть подруги Артура — достаточно хорошее оправдание на данный момент. Нам нужно осмотреть место смерти Шастеля, затем я поговорю с Мишелем.

Ангус был хорошим водителем, останавливался на желтый свет, поэтому Анне, ехавшей за ним на потрепанной «Королле», не пришлось проезжать на красный свет или гнаться за ним, чтобы не потерять.

Он сказал, что французские волки остановились в частной резиденции, арендованной в районе Королевы Анны, квартале ухоженных домов на склоне холма, недалеко от их отеля.

Анна увидела дом до того, как Ангус включил поворотник. Он был полностью современным, выделяясь на фоне своих более традиционных соседей, как больной палец. И она сразу поняла, что это тот самый дом, потому что оборотень пил пиво на переднем крыльце.

Йен, их встречающий с взлетно-посадочной полосы, сидел в металлическом кресле-качалке с банкой пива в руке. Пиво было камуфляжем, подумала Анна. Вряд ли человек сидел бы на крыльце в два тридцать утра в течение нескольких часов, а бутылка оставалась до сих пор холодной, но она отвлекала от него внимание.

Как будто его выгнали и он ждал, когда его впустят.

Анна последовала за машиной Ангуса и припарковалась на подъездной дорожке, а не на улице. Там было тесновато, потому что уже стояли две машины, но «Королла» аккуратная маленькая машина.

Анна открыла дверь и почувствовала запах крови. Взглянула на Чарльза, но тот не подал ни малейшего признака того, что заметил. Жажда сырого мяса не была для него чем-то новым. Чарльз знал, кто он такой, и, как правило, реагировал спокойно, так что он и братец волк могли работать вместе так, как ни один другой волк.

Наверху крыльца Йен придержал входную дверь открытой, стоя немного в стороне, защищая себя, насколько это возможно, от запаха убийства. Он твердо сосредоточил внимание на своем альфе.

— Сэр, — сказал он. — С тех пор как вы ушли, здесь никого не было. Мы поставили охрану спереди и сзади, как вы и просили. Другие французы устроились в отеле.

— Хорошо.

— Да, сэр. — Йен казался немного напряженным. Импульсивно Анна коснулась его руки.

Он сделал пару глубоких вдохов и уставился на нее.

Ангус нежно похлопал его по щеке.

— Она омега, мой мальчик. Распространяет мир и счастье.

Потом махнул рукой, и Анна отпустила Йена и последовала за Чарльзом в дом.

— Если Дана это подстроила, она уже должна знать, — заметила Анна, когда за ними закрылась дверь.

— Да, — ответил Чарльз. — И все же нет смысла рекламировать произошедшее, если она еще не знает. — Он остановился в коридоре и посмотрел на нее. — Ты понимаешь людей лучше, чем я. Как думаешь, Дана наняла бы вампиров? Или вампиры могли действовать сами по себе?

Он недооценил себя, подумала Анна, но все равно обдумала его слова.

— Она Серый Лорд. Ей нравится играть в игры, и она получает удовольствие от того, что выглядит непривлекательно. И это означает, что она либо ужасно уродлива, либо сногсшибательна без иллюзии. — Она закрыла глаза, пытаясь привести мысли в порядок. — Она ни за что не наняла бы вампиров и не доверила бы им свои секреты. Она была бы не против, если бы кто-то другой делал за нее грязную работу, но не за деньги. Кто-то, кто ей должен, возможно, приспешники фейри. Шантаж, да. Но не наемные убийцы.

— Согласен, — промолвил Чарльз.

— Что касается вампиров, то… Когда они пришли за нами, в них не чувствовалось никаких эмоций, никакого личного участия. Просто они выполняли работу. Но потом мы убили парочку из них, и это сделало все личным, верно? Итак, они убили Санни, искалечили ее и оставили нам на обозрение, чтобы уровнять счет.

— Ангус? — позвал Чарльз. — Дана живет здесь. Ты знаешь ее лучше, чем мы.

— Я вообще не понимаю женщин, — отмахнулся Ангус. — Добавь к этому фейри, и ты можешь на меня не рассчитывать. — Последовала небольшая пауза. — Но думаю, что кролик попала в точку. Насчет вампиров тоже звучит правильно.

— Анна, — мягко поправил Чарльз, прежде чем Анна смогла возразить. — Не кролик.

Ангус наклонил голову.

— Это выражение уважения, — сказал он Анне. — Не более. Анна.

— Если ты не против. — Чарльз не стал зацикливаться на этом, а просто перешел к следующему вопросу. — У вампиров есть какой-то способ скрывать от нас свой запах и не пускать нас в свои дневные спальные места.

Ангус замер.

— Ты думаешь, это сделал вампир? Четыре вампира против Шастеля и Мишеля?

— Зверь уже был ранен. — Чарльз обычно избегал произносить имена погибших. Но звать их по прозвищу считалось нормальным.

— Мишель гораздо менее доминантен, чем твой Том. У него доброе сердце, но он не воин. В противном случае Зверь давно бы убил его. Где были остальные французские волки?

— На ночной вечеринке в локальной сети.

— Вечеринка по локальной сети? — Анна вроде бы знала, что это такое. — Разве не там встречаются чудаки и играют в одну и ту же игру на множестве компьютеров?

Ангус кивнул.

— Алан подумал, что стоит позволить им выплеснуть свою агрессию, фактически никого не убивая. — Он помолчал мгновение. — И никто этого не сделал, по крайней мере, там. В любом случае, он и несколько членов его стаи, пара человек из моей стаи и… Думаю, что один из испанцев взял на себя смелость организовать локальную вечеринку с каким-нибудь шутером от первого лица.

— Кто мог знать, что здесь будет только два волка? — спросила Анна.

— Любой, кто прочитал регистрационные листы на нашем сайте в интернете. Это означает, что вся моя стая и любой из волков, кто пришел на конференцию и нашел время ознакомиться со списком развлечений, которые мы предоставили.

— И если вампиры работают на одного из нас, — размышлял Чарльз, — они бы тоже знали.

— Если это вампиры, то они работают ужасно быстро — заметила Анна и поняла, что все они медлили войти в дом, ближе к запаху крови. — Они напали на Тома, Мойру и меня позавчера, на Санни вчера, а на Шастеля прошлой ночью. — Она не хотела видеть тело, приближаться к свидетельствам боли и смерти. И предположила, что, возможно, другие сражаются в совершенно противоположной битве.

— Убийцы с несколькими целями убивают так быстро, как только могут, — сказал Ангус. — Нанести удар, прежде чем у врага появится шанс натянуть штаны и открыть ответный огонь. Заняты, как пчелки.

— Вопрос в том, что они делают? И почему? — задумчиво произнес Чарльз, как будто говорил об игре в шахматы, а не обсуждал убийство в уютной маленькой гостиной, где пахло смертью.

— И Дана является частью этого? Или она вообще отдельный вопрос?

Он посмотрел на Анну.

— Ты можешь остаться здесь.

— Но ты хочешь, чтобы я пошла. — Она знала, что права, и это удивило ее.

— Ты на все смотришь по-другому, — сказал он. — Мы с Ангусом можем расшифровать битву. Ты рассказываешь нам о человеке, на которого мы охотимся, и чего он пытается достичь. — Он натянуто улыбнулся ей. — Ты понимаешь мотивы людей и вампиров, которые ведут себя как волки. Я хочу, чтобы ты осталась здесь, но, боюсь, можешь понадобиться нам там.

Она глубоко вздохнула.

— Хорошо. Но если меня вырвет, буду винить тебя.

— Я не против.

Анна наклонилась, чтобы завязать шнурки на теннисной туфле, и мельком увидела лицо Ангуса.

— Чарльз очень заботливый, — заметила она. — Согласно поговорке «то, что нас не убивает, делает нас сильнее». По крайней мере, здесь не будет двадцати футов снега.

Чарльз рассмеялся.

Но никто не улыбался, когда они вошли в комнату.

Ковер пропитался кровью, и все стены были ей забрызганы. Через несколько часов от тела начнет исходить запах гнили. Стены выглядели скорее коричневыми, чем красными. Анна старалась не смотреть на две груды мяса, костей и частей тела. Она приближалась шаг за шагом. О чем ей сказала вся эта кровь?