Братья Хоторны - Барнс Дженнифер Линн - Страница 14

– Мы оба должны вступить в клуб.

– Вам никто ничего не должен, лапочка, – в голосе посыльного зазвучало предупреждение. – Неужели вы не понимаете, сколь редки такого рода предложения? Сколько людей убили бы за это?

– Отсюда возникает вопрос, – небрежным тоном вмешался Джеймсон.

– Я бы так не сказал, – последовал ехидный ответ, – но продолжай.

Глаза Джеймсона сузились.

– Полагаю, проприетар «Милости дьявола» не нуждается в деньгах. Зачем ему предлагать что-то Эйвери за какие-то жалкие двести тысяч?

– Ты не так понял. – Посыльный заговорил низким, вкрадчивым голосом: – Это не членский взнос. Плата за вступление в «Милость дьявола» намного выше. Но вы, – он перевел взгляд обратно на Эйвери, – не станете его членом и не будете платить сбор. Вы будете посетителем, и фактотум [8] хочет, чтобы вы играли за столами. – Последовала рассчитанная пауза. – Он хочет, чтобы вы проигрывали.

– Фактотум, – Джеймсон ухватился за титул, – не проприетар.

– Боюсь, ни один из вас недостоин внимания проприетара. Фактотум – заместитель проприетара. День за днем он управляет «Милостью».

– Ты отчитываешься перед ним? – спросила Эйвери.

– И это он, – добавил Джеймс, – хочет, чтобы мы проиграли.

– Хочет, чтобы она проиграла, – поправил его посыльный. – Однако фактотум предвосхитил ваш запрос относительно мистера Хоторна, мисс Грэмбс. Если вы хотите, чтобы ваш статус временного приглашенного участника распространился на другое лицо, это станет вам в копеечку. В течение трех вечеров проиграйте за столами «Милости» пятьсот тысяч фунтов.

Такую сумму не мог проигнорировать даже Джеймсон.

– С чего бы ей соглашаться на это?

Хамелеон улыбнулся.

– Действительно, с чего бы?

Его тон словно говорил, что ему известно – они хотят большего, у них есть скрытые мотивы и они не раскрывают свои карты.

– Ты говоришь, что мне придется потерять деньги в течение трех дней, – сказала Эйвери. Она говорила медленно, но Джеймсон буквально видел, как быстро работает ее мозг, – но у нас будет недельный доступ в «Милость дьявола».

Джеймсон понял, что она имела в виду на самом деле.

– Мы можем выиграть их обратно.

Эта фраза не получила ни опровержения, ни поправок, и Джеймсон прокрутил в голове весь сценарий: «Вступить в клуб. Потерять деньги. Отыграться. Обратить на себя внимание проприетара – и получить приглашение на игру».

– Что все это дает фактотуму? – Джеймсона с детства учили задавать правильные вопросы.

– Понятия не имею.

Джеймсон всматривался в каменное лицо посыльного, но ничего не смог увидеть.

– Но если бы я строил догадки, – небрежным тоном продолжил парень, – то предположил, что фактотум охотится.

– За кем охотится? – спросила Эйвери.

– За новым членом, – сообразил Джеймсон, провоцируя их гостя сказать ему, что он неправ. – Ты приманка, Наследница.

Было несложно прийти к такому выводу.

– Богатая. Молодая.

– Нахальная, слишком самоуверенная девчонка. – Эйвери прищурилась. – А если нам нужно больше, чем неделя?

– «Нужно» – интересный выбор слова. – Посыльный выразительно помолчал, затем кивнул на конверт с платиновым тиснением. – Внутри соглашение о неразглашении. Подпишите его.

Он снова полез в свой плащ и вытащил ручку. Как и конверт, она, похоже, была сделана из платины и украшена затейливым рисунком, смысл которого был так же непонятен Джеймсону, как и иероглифы.

Эйвери вскрыла конверт и прочитала документ, уместившийся на одной лишь странице.

– Здесь все только про неразглашение. Как насчет остальных условий?

– В течение трех вечеров проиграйте за столами пятьсот тысяч фунтов в обмен на недельный доступ в клуб – это условия. Под ваше честное слово – и его.

«Его» – на этом слове он сделал особое ударение, словно фактотум значил для этого мальчика на побегушках не меньше, чем Тобиас Хоторн значил для своих внуков. «Если фактотум требует к себе такого уважения… насколько тогда могуществен проприетар?»

Джеймсон решил отложить этот вопрос и задал другой:

– У тебя есть имя?

– Рохан, – ответил он с сардоническим выражением лица, – хотя это не так уж важно.

– Что ж, Рохан, – произнесла Эйвери, – можешь передать своему боссу, что я согласна.

Она взяла ручку и поставила подпись.

Рохан перевел взгляд на Джеймсона.

– Ты тоже должен подписать, если хочешь играть.

Эйвери передала ручку Джеймсону. Он повертел ее в пальцах, внимательно рассматривая рисунок и запоминая его, а затем подписал документ.

Глава 17

Грэйсон

Грэйсон знал, что у каждой проблемы есть несколько решений. Предположив, что существует только одно, можно попасть в ловушку и не увидеть оптимальную комбинацию. Сложные проблемы изменчивы, динамичны.

Джиджи была сложной проблемой.

Прошло двадцать четыре часа с тех пор, как он высадил ее у дома. Грэйсон не стал торопиться, тщательно продумал все варианты и пришел к выводу, что самое очевидное решение – позаботиться, чтобы она потеряла ключ, который носила на шее. Тогда не будет доступа к банковской ячейке, а значит, никаких неудобных улик или разоблачений. Но были и другие возможные варианты действий, ведь Джиджи понятия не имела, какая именно из банковских ячеек принадлежала ее отцу.

Не спускай с нее глаз. Выбери наилучшую стратегию, чтобы выкрасть у нее ключ. Не дай ей выяснить, на какое имя зарегистрирована ячейка. Для этих действий требовалось связаться с девушкой. К счастью, с интернетом это оказалось несложно. Он легко отыскал социальную сеть, где Джиджи Грэйсон активна, создал свою учетную запись и начал писать ей личное сообщение.

@OMGiGi. Грэйсон смотрел на ее имя пользователя и раздумывал, как лучше начать. «Мне необходимо снова увидеться с тобой». Прямо, коротко и ясно, – но что, если она увидит в этом романтический подтекст? Грэйсона передернуло. «Кофе уже перестал действовать?» – это тоже казалось неплохим началом, но вдруг оно тоже будет расценено как флирт.

На деле получалось не так легко, как казалось в самом начале.

«Есть новости от Кента Троубриджа?» – Грэйсон напечатал эти слова, – точно не имеющие настораживающего подтекста, и нажал кнопку «Отправить». В ожидании ответа от Джиджи он решил поискать информацию о человеке, которому она звонила с просьбой о помощи.

О человеке, который оставил ее в полицейском участке на ночь и бóльшую часть следующего дня, по-видимому, даже не удосужившись сообщить ее матери, что она задержана.

Со свойственной ему практичностью Грэйсон просматривал результаты поиска. Как и говорила Джиджи, Кент Троубридж действительно был адвокатом, довольно известным. Но прежде чем Грэйсон успел копнуть глубже, Джиджи ответила на его сообщение.

Грэйсон открыл его и уставился на экран. Она прислала ему… фотографию кошки? Толстый рыжий кот лежал на спине и прижимал лапы к морде. Внизу жирными буквами было написано: «Кто это?»

Грэйсон напечатал в ответ только свое имя.

Джиджи ответила: «Так до сих пор не придумал ничего другого?»

Но только он снова начал печатать, как на него обрушился целый шквал сообщений от Джиджи.

@OMGiGi: Спроси меня о моем суперплане, «Грэйсон».

@OMGiGi: А впрочем, расскажу тебе сама при личной встрече.

@OMGiGi: Ты ведь приедешь, да?

@OMGiGi: Мой папа хотел бы этого.

Грэйсон сосредоточился на приглашении, а не на упоминании об их отце. Прежде чем он смог ответить, она отправила ему фотографию другого кота: белого, пушистого и орущего.

@OMGiGi: Этот кот хочет, чтобы ты приехал.

@OMGiGi: Честно предупреждаю: у меня неограниченный запас котов.

Грэйсон фыркнул и напечатал: «Надеюсь, ты имела в виду фотографии с котами».