"Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Горохов Александр Викторович - Страница 210

Пришлось поднять лапки вверх и пообещать, что Николай позвонит домой, когда свежеиспечённый генерал-лейтенант объявится в «НИИ ЧаВо», чтобы она сама могла зазвать гостя на ужин. Который, разумеется, пройдёт в присутствии дочери и зятя, который такого низкого мнения о добродетелях тёщи.

Теперь она недовольна тем, что понравившегося ей мужчину должна зазывать сама. Значит, зятёк драгоценный и впрямь её считает настолько распущенной, что она на такое способна! Ну, вот что тут поделаешь?

— Да поймите вы, Анастасия Кирилловна: мне просто по статусу не положено столь запросто зазывать в гости целого генерал-лейтенанта. Кто я в его глазах? Какой-то чекист-капитан, подполковник в переводе на армейские чины.

— Но этот капитан уже приглашал целого генерала, да ещё и ночевать у себя оставил.

В общем, как Николай ни отбрыкивался, а пришлось появиться в кабинете Филиппова буквально на минутку и попросить Рокоссовского принять приглашение. Но «сдать» при этом тёщу: мол, не корысти ради, а токмо волею пославшей меня матери горячо любимой супруги… Константин Константинович посмеялся, но приглашение принял.

Нужно ли рассказывать, что к визиту гостя, всё-таки уехавшего после ужина в гостиницу, Анастасия Кирилловна и принарядилась, и замысловатую причёску соорудила?

Но всё равно поговорили с генералом неплохо. Не о дополнениях в Уставы, которые Рокоссовский уже передал на ознакомление полковнику. О будущей войне. И поводом послужила информация о назначении, которое прочат будущему маршалу: всё тот же 9-й механизированный корпус в составе Киевского Особого военного округа.

— Значит, бои в треугольнике Луцк — Дубно — Броды…

Пришлось объяснять удивлённому генерал-лейтенанту такое «пророчество».

— Немецкая концепция «Блицкрига», «молниеносной войны», подразумевает удар танкового кулака вдоль так называемых «панцерштрассе», шоссейных дорог, по которым их танки могут продвигаться с большой скоростью, чтобы охватить менее подвижные пехотные части противника. Порой, даже в значительном отрыве от собственной пехоты. Охват, за которым следует разгром тылов и линий снабжения. По данным нашей разведки, по этим самым «панцерштрассе» имеют право двигаться только подразделения дивизий и корпусов, входящих в состав Танковых групп, а также их службы обеспечения. Всем прочим передвижение по этим шоссе категорически запрещено, чтобы не мешать «ударному кулаку» реализовать преимущества от своей подвижности. А как раз на Луцк и выводит одна из таких «панцерштрассе». Вот и придётся 9-му корпусу держать это шоссе.

— Но ведь ещё толком неясно, нападёт ли на нас Германия. Газеты полны статей про нашу дружбу с немцами, про полное взаимопонимание…

— Нападёт, куда она денется. Это вытекает из программной книги Гитлера «Майн Кампф», в которой он прямо заявил, что жизненное пространство Германии лежит на востоке, в России. И именно туда он устремится в ближайшее время.

— Но ведь сейчас германские войска готовятся к высадке на Британские острова.

— Пока готовятся. Но анализ ситуации позволяет судить о том, что у Гитлера недостаточно сил для этой высадки. Не солдат, танков, артиллерии, а кораблей и судов для перевозки всего этого. Да, британцев сильно подкосил Дюнкерк, и на островах у них почти не осталось танков. Но в настоящее время они разворачивают их массовое производство. И, следует признать, очень неплохих танков в сравнении с немецкими.

В то же время, Вермахт понёс серьёзные потери во Франции, и Гитлеру нужно время, чтобы пополнить поредевшие части, восстановить «поголовье» выбитых панцеров. На это потребуется ещё месяца три-четыре, а на тот момент погода в Проливе испортится, и десантную операцию придётся отложить до окончания зимних штормов. И за полгода британцам удастся произвести и закупить значительное количество оружия, а также подтянуть войска из колоний, что вообще превратит десант через Ла-Манш в авантюру.

Нет, Константин Константинович, Гитлер не идиот, чтобы вестись на неё. Он прекрасно понимает, что удара со стороны англичан ему опасаться не нужно, поскольку сил для десанта на континент у них недостаёт даже сильнее, чем у немцев. Поэтому можно заняться Советским Союзом, который он считает колоссом на глиняных ногах. Мол, стоит его только толкнуть, и он рухнет, рассыпавшись в пыль. Так что я к концу 1940 — началу 1941 года жду начала переброски немецких войск к нашим границам. Чтобы в начале лета ударить по нам.

— Но почему вы считаете, что это произойдёт непременно в начале лета?

— Тоже логика. Весна в наших условиях — это распутица. А ещё — посевная кампания: обречённому противнику нужно дать возможность посеять хлеб, чтобы потом, когда он вырастет, урожай достался победителю. Позже тоже нельзя: иначе можно не успеть до холодов захватить Москву, в которой Гитлер хочет закончить войну. Как случилось с Францией и оккупацией Парижа. А уж потом, когда с СССР будет покончено, можно вернуться и к «британскому вопросу». Если англичане так и не согласятся на мир.

— Интересные размышления, — подумав, огласился со сказанным генерал. — Значит, говорите, танковый кулак?

— Именно. Танковые кулаки, глубокие охваты с целью окружения целых армий или даже групп армий. И всё это — в превосходном взаимодействии с другими родами войск. В первую очередь — с авиацией, которая, как показал опыт Франции, уже превратилась в злейшего врага танков. Не вся, разумеется, а такая её разновидность, как фронтовая бомбардировочная и штурмовая авиация. Тем более, у немцев имеется прекрасный инструмент для борьбы с нашими танками: пикирующие бомбардировщики Ю-87, способные, как говорят, положить бомбу «в печную трубу».

— Но ведь и у нас есть авиация. И числом — её даже больше, чем у немцев.

— Понимаете, Константин Константинович, числом больше, но не качеством. Будем прямо говорить: наши основные истребители, И-16, значительно уступают немецким основным истребителям Ме-109. По всем параметрам, кроме горизонтального манёвра. Я уже не говорю про И-15 и И-153. Да, сейчас у нас запускаются в производство новые модели, которые значительно лучше «детищ Поликарпова», но и они не дотягивают до «мессера». Поэтому надежда у нас только на их количество. При удачном стечении обстоятельств, может быть, удастся размен: два-три наших истребителя на один немецкий. Но и только.

Кроме того, я только-только вернулся из командировки в Белоруссию, где, помимо прочего, контролировал и авиационные полки. Их командование ещё несколько месяцев назад получило приказы о рассредоточении и маскировке самолётов на аэродромах, чтобы избежать больших потерь в случае неожиданного нападения противника. Но мне пришлось на многих давить «авторитетом» НКВД, чтобы они эти приказы наконец-то выполнили. А авиационное начальство округа било мне по рукам: «своих в обиду не дадим». Даже если эти «свои» гонятся «за красотой» в ущерб защите аэродрома от неожиданного нападения с воздуха. Боюсь, как бы не пришлось нам горько плакать по самолётам, уничтоженным прямо на аэродромах. Это в Белоруссии, но я не думаю, что на Украине ситуация лучше.

Думаете, это не касается других родов войск? Вы просто, как вступите в командование корпусом, пролетите на штабном самолёте над расположением вверенных вам войск: в парках танки, машины и пушки стоят по линеечке, совершенно открытые авиаразведчикам, «отбитые» камешками и краской дорожки и стоянки так сами и подсказывают вражеским бомбардировщикам, куда сбрасывать груз, чтобы лишить часть боеспособности. Красота, конечно, требует жертв. Но, как мне кажется, совсем не таких.

— Да что же вы всё о делах, да о делах! — не выдержала Анастасия Кирилловна. — Константин Константинович, вы бы лучше о семье рассказали. О супруге, о детках…

Кто про что…

9

Вопрос генерального секретаря ЦК ВКП(б) был очень необычен:

— Товарищ Швецов, вы мне верите?

Аркадий Дмитриевич от неожиданности принялся усиленно моргать.

— Конечно, товарищ Сталин!