"Фантастика 2024-98". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Горохов Александр Викторович - Страница 672

Вполоборота сев за компьютер, учёная запустила электронного секретаря. Сделав глоток кофе, лениво посмотрела на экран, не ожидая сюрпризов. Однако присмотревшись к выведенным на монитор данным, растерянно моргнула. Задумалась, посмотрев в потолок. Потом ещё раз, повнимательнее вчиталась в записи с телеметрии силового снаряжения Эрика.

— Пфффф! — мощная струя выплюнутого напитка забрызгала экран.

Рукавом халата немедленно вытерла испачканный монитор, не отрывая от него взгляд ни на секунду. Убедившись, что ей не привиделось, она с подозрительностью принюхалась к кружке. Убрав её в сторону, засучив рукава, не обращая внимания на их чистоту, женщина приступила к работе. Пальцы Чамар с огромной скоростью принялись порхать по клавишам клавиатуры.

Через пару часов оторвавшись от сильно увлёкшей её работы, вспомнив обо всё ещё полной кружке уже холодного напитка, учёная сделала несколько звонков. Сначала связалась с Патрисией Рэдклиф. Не будучи с ней до конца откровенной, получила закономерный результат. Потом позвонила в аэропорт. Отказавшись его принять. И лишь в самом конце, исчерпав другие варианты, совершенно этого не ожидавшим шотландцам. Завершив разговор с ними на повышенных тонах, словами, — «Ничего не знаю! Вы меня похищали? Похищали. Вот и возьмите на себя ответственность и сделайте это снова!»

В пятницу, преодолев сильное желание не ходить на приветственную вечеринку, всё же вынужденно отправился в ресторан, где де Лагранж заказала целый зал. На весь вечер. Экономить эта девушка не то что не любила, скорее, не умела. Так что всё устроила с размахом. Там нас уже дожидались пирамиды из бокалов и чашек, наполненных безалкогольными напитками. Жареные поросята и куры. Какие-то дурацкие, детские конкурсы. Она бы ещё фотографа и аниматоров пригласила. Господи! Она и их пригласила.

Вопреки ожиданиям, настроился на противостояние с классом, в этот раз к нам отнеслись с гораздо большим уважением, чем раньше. Я даже заподозрил ловушку, решив на всякий случай ничего не есть и не пить. Не считая противоядия. Но всё оказалось куда проще, чем рисовало воображение. Оказывается, после моих хвастливых заявлений, любопытные ученики 2А класса залезли в сеть и узнали о нас много нового. Им, по-прежнему, было плевать на школу Святой Анны, на её команду по фехтованию, на происхождение переведённых учеников, не королевских же они кровей, но не на то, что мы успели поучаствовать в самой настоящей войне родов. Где принимали непосредственное участие в боевых действиях против орденских рыцарей, итальянских наёмников и вооружённых сил графства. Сумев одержать в той войне славную победу, ни на кого не полагаясь. Взяв богатую добычу. Пленив нескольких английских и итальянских рыцарей. Нового барона Тамуорта и его семью. И даже захватили Миланского магистра из рода Кавалли.

Для обычных школьников, у которых самым значимым достижением было похулиганить в общественном месте, над кем-нибудь зло пошутить, получить несколько штрафов, или поучаствовать в драке, наши достижения выглядели намного более внушительно. Да что там, круто. Если выражаться их же языком. Мы сразу стали уважаемыми людьми, доказавшими свою силу и самостоятельность. Поэтому с нами немедленно захотели дружить. Одноклассники, перебивая друг друга, достали расспросами о том, как это было? Что мы видели? Что делали?

Сравнивая себя с нами, ученики 2А страшно завидовали. А кому не хочется почувствовать себя героем, совершив что-то значимое? Они-то думали, что мы просто богатенькие детишки, кичащиеся своей силой. Которым просто повезло попасть в Сент-Лоран, и то по блату. Связи, чтобы это выяснить, у наших одноклассников имелись.

Кроме того, потянув за одну ниточку, они вытянули и другие. Узнали о моих наградах. О том, за что я их получил. О моей дружбе с принцессой Эдвардс. Даже сумели каким-то образом выяснить, что я пусть и недолго, но был владельцем двух рубиновых шахт в Африке. Заполучив их своими силами и на свои средства. Пусть даже взятые в кредит. Это вам не родительская фирма в городе, где всё под рукой. Доставшаяся даром. Данная новость для моих новых одноклассников значила намного больше, чем участие в войне и награды. На меня после этого и смотреть стали по-другому. По-взрослому. Так что тем для разговоров у учеников 2А накопилась масса. Замучился отбиваться от расспросов. Тут даже моего красноречия не хватило. Некоторые ответы и вовсе поднимали у слушателей такую бурю восторга и жадного любопытства, что становилось страшно. Разберут же на сувениры. Некоторые мадмуазели стали делать весьма недвусмысленные намёки на интимную близость. Не так чтобы навязчиво и ради серьёзных отношений, но почву прощупывали. Из любопытства. Пару учеников пообещали потом со мной поговорить на тему каких-то взаимовыгодных предложений.

Основная масса вопросов-ответов выглядела, примерно так

Они: «Правда ли, что ты лично знаком с принцессой?»

Я: «С тремя. С Шотландской, Уэльской и Английской. Вы какую имели ввиду?»

Они: «А в какой рыцарский орден ты вступил?»

Я: «Ни в какой. Они мне не подошли, и я всех их послал куда подальше.»

Они: «Назови твой самый безрассудный поступок?»

Я: «Полез ночью в спальню принцессы по приставной лестнице. Не скажу зачем и к какой. Получив от неё не скажу что. Потом пришлось извиняться, не скажу перед кем. Ничего доказывать не собираюсь. Можете считать это враньём. Иначе мне что-то оторвут не скажу где.»

После таких ответов я имел оглушительный успех у публики. Подогретый лёгким алкоголем, каким-то чудом и взятками нашедшим путь в этот зал, в обход де Лагранж. Кстати, и Гриффин, и Браунфельс тоже нашлось что рассказать. Начиная с: «Недавно я была латником…» и продолжая, «Значит, выстрелила я в бензовоз… нефтебазу восстановить так и не смогли…»

Подозреваю, скоро придётся выпускать первый том, — «Байки Святой Анны». Не скажу, что после этого вечера мы со 2А сразу стали лучшими друзьями, но хотя бы не остались безразличными соседями.

Всё же приветственные вечеринки придуманы не зря. То, чего нельзя было себе позволить в классе, при всех, в будний день, на таких мероприятиях получалось намного проще. Люди раскрепощались. Вели себя естественнее и непринуждённее. Сближались общей целью. Лучше узнавали друг друга. Это сглаживало углы и позволяло избегать ненужных конфликтов.

А наши соседи, в широком смысле, оказывается, неплохие ребята. По крайней мере, пока сидят с нами за одним столом. Посмотрим, что будет завтра. Не вернётся ли всё к — тут вам не здесь?

Субботнее утро. Дом семейства Виардо.

— Братик. Ты куда?

Застигнутый врасплох, непроизвольно дёрнулся. А ведь почти удалось улизнуть через заднюю дверь. Надеялся, что в такую рань все ещё спят. Не повезло.

— На пробежку, — постарался ответить как можно спокойнее, придав себе уверенный вид.

«И вовсе не виноватый, — возразил скептически настроенному внутреннему голосу. — Не виноватый я сказал… шёпотом!»

— Один? — обвинительно уточнила, удачно подловившая меня, Люси, одетая в повседневную, домашнюю одежду.

И как я её не заметил раньше? За холодильником пряталась, что ли?

— Да.

— А потом? — заподозрила она попытку сбежать.

— Немного прогуляюсь и поеду в Анжу. По работе. К вечеру вернусь, — пообещал, чувствуя, что начинаю усиленно потеть ещё до пробежки.

— А как же сеструха? А её планы на сегодня? Кинуть решил? — с угрозой поинтересовалась Люси, прищурившись для усиления эффекта.

«Давя» взглядом. На что я только усмехнулся. Не доросла ещё, чтобы меня стращать. Но попытка хорошая, признаю.

— Выражайтесь культурнее, молодая леди. Вы же не на базаре. Не сеструха — а сестра. Не кинуть — а избежать встречи. К вашему сведению, у меня обстоятельства непреодолимой силы и суммы, — наставительно разъяснил, после того как отчитал.