Загадка пропавшей экспедиции - Битти Оуэн - Страница 40

Вероятно, за гробом следовала небольшая процессия, состоявшая из товарищей Торрингтона по кают-компании и его друзей. Возглавляли ее сэр Джон Франклин, капитан Фрэнсис Крозье, командор Джеймс Фицджеймс и некоторые офицеры с «Террора». Кто-то нес деревянное надгробье — памятник не только Торрингтону, но, как показали дальнейшие события, и всей экспедиции.

Снежный покров, обнаруженный Битти и его командой на крышке гроба, показывает, что в тот день в самом начале января 1846 г. шел небольшой снег. Те, кто остался на судах, возможно, наблюдали, как в погребальной процессии одна за другой исчезают тени в снежной мгле. Вскоре моряки могли видеть только отблески ламп, мигающие и покачивавшиеся, подобно светлячкам в темноте. Затем исчезли и они.

Вероятно, Франклин исполнил на похоронах обязанности священника. Он был глубоко верующим человеком, который восемью месяцами ранее попросил британское Адмиралтейство предоставить сто Библий и молитвенников для продажи их по себестоимости на экспедиционных судах.

Снегопад, подсвеченный желтым светом ламп, окружал группу, скорбно стоящую у могилы. Некоторые подошли поближе, чтобы попрощаться с Торрингтоном. Каждый вздох Франклина был заметен на сильном морозе, звуки его голоса заглушал холодный пронизывающий ветер, который никогда, похоже, не прекращается на острове Бичи. Вероятно, его речь была краткой, но торжественной и искренней. Вскоре церемония закончилась, а люди продолжали думать о молодом моряке, который всего лишь несколькими месяцами ранее присоединился к тщательно отобранной команде Франклина в Вулвиче под Лондоном, будучи относительно здоровым человеком.

Казалось бы, смерть Торрингтона не представляла собой ничего примечательного. Однако именно исследование обстоятельств его кончины подтвердило высокое содержание свинца в тканях. Битти сделал смелое предположение, опровергнув традиционные теории. Теперь ему стало ясно, что свинец сыграл важную, если не решающую роль в смерти людей команды Франклина. Об этом говорили поразительные результаты анализа тканей Торрингтона, подкрепившие итоги изучения скелетов с Бут Пойнт и костных останков, собранных в 1982 г. Общепринятая гипотеза, что только цинга и голод погубили экспедицию, не выдерживала никакой критики. Медицинские открытия Битти дали возможность совершенно с другой точки зрения посмотреть на события прошлого. Но для подтверждения такого радикально нового предположения о причине гибели одной из наиболее выдающихся экспедиций в истории географических открытий требовалось как можно больше доказательств. Чем больше будет обнаружено тел со следами высокого содержания свинца, тем более убедительными станут эти выводы в отношении всей экспедиции.

Поэтому лабораторные результаты анализов, сделанные в течение 1984 г., только подчеркнули необходимость возвращения на остров Бичи для установления причин смерти Хартнелла и Брайна. Ученым необходимо было понять, в каких условиях работала экспедиция в период с 1845 по 1946 гг., и восстановить события последних месяцев и дней жизни трех человек, захороненных на острове Бичи. Изучение их тел позволило бы заглянуть в далекое прошлое британской истории. Истории, рассказанной единственными настоящими «выжившими» членами экспедиции Франклина.

После окончания полевого сезона 1984 г. и публикации отчета о результатах работы экспедиции с Битти связались двое отдаленных потомков Хартнелла. Дональд Брэй из Кройндона (Англия) был крайне удивлен, услышав упоминание имени своего предка в репортажах. Брэй — заместитель начальника почты в отставке — посвятил немало лет, чтобы проследить историю своей семьи. Он располагал редкими письмами и документами, которые помогли бы составить более полное представление о жизни Хартнелла. Наиболее трогательными были два письма Джону и Томасу Хартнеллам, одно из них написала их мать Сара, а другое — брат Чарльз. Их должны были вручить морякам после завершения ими Северо-Западного прохода. К сожалению, эти послания, датированные 23 декабря 1847 г., так и не дошли до своих адресатов. Джон Хартнелл к тому моменту уже был мертв около двух лет, а Томас, предположительно, скончался следующим летом на острове Кинг-Уильям.

«Мои дорогие дети, — начинает письмо Сара Хартнелл. — Я очень рада, что имею возможность написать вам. Надеюсь, что у вас все хорошо. Уверяю вас, что хотя я порой сильно переживаю за вас, но стараюсь изо всех сил и возношу свои молитвы Тому, кто слишком милосерден, чтобы быть жестоким». После рассказа о собственном нездоровье и других новостях в семье и у друзей она заканчивает письмо так: «Если есть на то воля Господа, будем надеяться на встречу здесь, на Земле. Если Бог не соблаговолит, то мы тогда все вместе соберемся у Его престола, чтобы славить его в вечности». Возможно, Сара чувствовала, как это бывает с матерями, что больше никогда не увидит своих сыновей живыми.

Второй потомок Джона Хартнелла присоединился к экспедиции Битти, когда тот вернулся на место исследований в 1986 г. Брайану Спенсли, профессору университета Лэйкхед из Тандер Бей (Онтарио), правнучатому племяннику Хартнелла, довелось пережить то, что не удавалось никому другому — он смог заглянуть в глаза своему предку, умершему более сотни лет назад.

- 14 -

Возвращение Хартнелла

8 июня 1986 г. Битти вышел из самолета «Твин Оттер» на промерзлую почву острова Бичи, и его сразу ослепило яркое солнце, отраженное сияющим снежным покровом. Лишь через несколько мгновений ему удалось разглядеть детали ландшафта и три надгробия. Только тогда ученый убедился, что он вновь находится на месте, с которым связано столько воспоминаний.

В этом году Битти намеревался закончить свои исследования, связанные с кладбищем экспедиции Франклина. Часть его команды прибыла вместе с ним из Резолюта. В группу вошли археолог Эрик Дамкьяр, фотограф проекта Брайан Спенсли, консультант-историк доктор Джим Савелль (уже работавший вместе с Битти во время сезона 1981 г., а теперь занимавший официальную должность исследователя в Институте полярных исследований имени Скотта). Здесь же были и полевые ассистенты — Арне Карлсон, Уолт Коуэлл и Джоли Нунгак. Сначала планировали разбить лагерь и лишь потом приниматься за детальные археологические работы и эксгумацию. Еще одна команда специалистов в составе патологоанатома доктора Роджера Ами, радиолога доктора Дерека Нотмана, рентгеновского техника Ларри Андерсона и специалиста по полярной одежде Барбары Швегер должна была прибыть через неделю.

В 1986 году Битти начал свой полевой сезон раньше, чем в 1984 г., стараясь избежать проблем с обводнением во время таяния снега. Но исследователи столкнулись с дополнительными трудностями, поскольку даже в июне температура оставалась ниже точки замерзания, а довольно сильный ветер неистово дул почти каждый день, усиливая ощущение холода.

В установке лагеря, который, как всегда, состоял из привычного набора личных и общественных палаток, участвовали все. Было одно дополнение — в центре возвели 16-футовый (около 5 м) флагшток, на котором трепетали на ветру красно-белый флаг Канады вместе с флагом Северо-Западных территорий. Битти, занимаясь вместе со всеми экспедиционными делами, мыслями был далеко от бытовых проблем. Последние два года его мучили сомнения, разделяемые всеми участниками: будут ли снова покрыты панцирем льда тела Джона Торрингтона и Джона Хартнелла после проведенных повторных похорон в 1984 г. Ученые надеялись, что летние талые воды просочатся в раскоп, проникнут в гроб и там замерзнут, защитив таким образом тела. Но Битти тревожило, что их могут поджидать и неожиданные сюрпризы. Эксгумация Джона Торрингтона в 1984 г. была полной и завершенной — дополнительных подтверждений здесь больше не требовалось. Однако состояние тела Джона Хартнелла, чью могилу вскрыли сначала в 1852 г., а затем еще раз в 1984 г., вселяло тревогу.