Ангелотворец - Харкуэй Ник - Страница 122

Джо вновь ухмыляется.

– Значит, ты снова на ходу, – радостно мурлычет Полли.

Джо кивает, а потом кивает еще раз, уже медленней, широко распахивая глаза: его посещает криминальное откровение.

– Вот именно! – с жаром отвечает он. – Снова на ходу!

– Мерсер! – вопит Джо, поднимаясь по лестнице. – Твоя сестра – гений!

– Что? – Мерсер вопросительно смотрит на него, потом слегка бледнеет. – Нет, она не гений, ты ошибаешься. – Увидев, что это не произвело на искрящегося от счастья Джо никакого эффекта, он добавляет: – Вот черт. Именно это мне предрекал старик Иона. Говорил, что однажды я буду бегать за тобой как последний из братьев Маркс [52], пытаясь поймать вазу. А я, дурак, отвечал ему, что ты человек благоразумный.

– Раньше был. И вот куда меня завело благоразумие. Ну его на фиг.

– Джо, послушай…

– Нет времени. Мне нужно готовиться. Тебе тоже. Скажи Йорге, что они нужны мне сегодня.

– Кто?

– Он поймет.

– А я нет!

– У меня есть план.

– Какой?

– Тебе не понравится.

– А, ну ладно.

– Сперва соберем армию, спорить будем потом.

– Армию? Какую армию?

Джо усмехается и выскакивает на улицу.

– Какую еще армию? – летит ему вслед. – Нет у тебя никакой армии! Если не считать это смердящее исчадие ада! – Он показывает пальцем на пса с раздутым брюхом, храпящего на диване.

Полли Крейдл выбирается из Тошерского удела, не сводя глаз с одного из чертежей Шэрроу-хауса.

– О, – выдавливает она в следующий миг. – Хм. Ну надо же. Ого! – Длинный ноготь легонько скребет по глянцевитой бумаге вдоль заброшенной железнодорожной ветки, упирающейся прямо в крепостную стену. – Ого-го! – Она затаивает дыхание.

– Что? – вопрошает Мерсер.

– Он снова на ходу!

Весточка Йорге облетает людей по очереди: у Ночного Рынка нет своего сайта и ленты новостей, но от каждого посвященного – скупщика краденого, фальшивомонетчика или мошенника – весть летит к пятерым, а потом к десятерым. Личные приглашения получают крупные криминальные авторитеты, а до мелкой шушеры доходят лишь слухи, однако на Рынке слухи, считай, вырублены топором. Молва неизбежно добирается и до стражей порядка; Йорге, зная о возможных утечках, нарочно пускает через прикормленных стукачей пару ложных слушков. Полиция тотчас отряжает одну опергруппу в Манчестер, вторую – в Брей. К полудню диспетчеры уже с головой завалены сообщениями о том, что Джо там-то и там-то, а к полднику они ругаются благим матом. Тем временем до нужных адресатов весть доносится все отчетливей и отчетливей: Джо Спорк затеял нечто грандиозное.

Большой Дугги, боксер и поставщик пончиков для Ночного Рынка, в 1975 году отмотал срок за ограбление почты и вышел на свободу как раз к моменту смерти Мэтью и началу глобальных перемен. Когда звонит телефон, он пытается отстирать провонявшие лежалой рыбой полотенца.

Джо Спорк затевает дело.

Кто, Часовщик Джо?

Да, только он больше не часовщик. Говорят, что-то неслыханное. Мэтью при жизни тоже о таком помышлял.

Конечно, Дугги говорит «да».

Диззи Спенсер открыла собственную «Автошколу Карнаби-Ройс» и учит старушек, никогда не сидевших за рулем, кататься по центру Лондона. По большей части ее клиентки – сиятельные матроны из Саудовской Аравии, на которых ей удалось сколотить целое состояние. Во времена Мэтью Диззи была лучшей гонщицей между Шордичем и Хенли (когда не валялась под диваном с До-Доном), а сейчас умирает от скуки и рвется в бой.

Джо Спорк затевает дело.

С ответом Диззи не медлит ни секунды.

Кэролайн Кейбл – тетушка Каро – разрабатывает замки для никому не известной компании, производящей замки, которые нельзя взломать при помощи отмычки № 3 и натяжной планки. Самый простой ее замок считается лучшим: у него нет замочной скважины, только ящик с рукояткой, в который необходимо положить ключ. Кладешь ключ, закрываешь ящик, поворачиваешь рукоятку. Если ключ подходит, дверь открывается. Если нет – до свиданья. Пока ящик закрыт, подобраться к механизму нельзя, а пока он открыт, рукоятка не поворачивается. Спасибо и доброй ночи.

Браконьер превратился в егеря, и ей тошно от этого.

Джо Спорк…

– Шутишь? Я в игре! – отзывается Каро Кейбл.

Пол Маккейн из гранчестерских Маккейнов не застал времена гангстерской славы и очень об этом жалеет. Его отец дружил с великими: Мэтью Спорком, Томом Копписом и другими. Однажды они вместе умыкнули из Палеонтологического музея скелет динозавра – по заказу некоего влиятельного индуса, отгрохавшего себе на Гоа целый дворец.

Честное слово, динозавра сперли. В наши дни таких преступлений уже не совершают.

Пол соглашается, конечно, и чувствует себя при этом победителем лотереи.

Слухи все ползут. Надо сказать, лондонским жуликам вовсе не чужды сантименты. В их жизни давно нет места задору: все слишком профессионально и немножко серо. Авторитеты обзавелись собственными бухгалтерами и налоговыми консультантами. Есть они и у Лили Ло. Поверьте, вам лучше не появляться на их радарах, даже мимоходом.

Вот ведь какая штука: Джо Спорк затевает дело.

А значит, будет жарко.

Есть среди ворья и другие: те, кто стали крутыми профи и не любит сюрпризов и показухи. Дейв Тригейл умеет перемещать деньги по всему миру: в белую экономику из черной и наоборот. Швед Ларс, некогда обучавший Джо азам самозащиты, теперь может отделать кого угодно на семи языках. Элис Ребек неизвестного происхождения сегодня помогает журналистам возвращаться с чужбины домой, а чересчур любопытным следователям, наоборот, исчезать (по крайней мере, ходят такие слухи). Имена еще полудюжины человек стоит поминать с осторожностью, если вообще стоит.

Все они тоже получают приглашения от Йорге, от Тэма, от новоиспеченной адвокатской конторы под названием «Эдельвейс Фельдбетт» и от прочих неназванных и неопознанных личностей.

Джо Спорк затевает дело.

Все эти люди не привыкли, чтобы ими распоряжались, кроме того, они не любят полуночных сюрпризов. Жары тоже не любят. Еще меньше им нравится бывать в обществе друг друга, особенно здесь, в главном зале клуба «Паблум» (где их собрали к sotto voce недовольству До-Дона). Но, в конце концов, какова вероятность накрыть сборище отпетых преступников в одном из самых элитных клубов Сент-Джеймса?

Наступает и проходит назначенный час; крупнейшие авторитеты начинают волноваться. Спору нет, здорово встретить старых знакомых, повидать тех, с кем в давние времена едва не закрутил интрижку (и тех, с кем, возможно, еще успеешь – чем черт не шутит!), всегда приятно узнать, пусть и в самой завуалированной форме, кто что затевает, и завести новые знакомства, имеющие какой-никакой шанс перерасти во взаимовыгодное сотрудничество. Однако никто не отменял факта (ропщут господа в черных костюмах, дамы в платьях-футлярах и благообразные старушки), что время – деньги. А Большой Дугги, Каро и Тони Ву, прячущиеся в темных углах, чувствуют себя чересчур добропорядочными гражданами, и мечтают поскорей отсюда смыться.

И вот в восточных дверях клуба возникает некто. Он входит тихо, будто его и не ждали. Он улыбается, жмет всем руки и позволяет сплетням разлететься по залу, придавая ему весу. Он широко распахивает объятья и заключает в них почтенного старичка, владельца банка, уделяющего особое внимание вопросам конфиденциальности.

– Лиам! – восклицает вновь прибывший. – Чтоб меня! Лиам Дойль собственной персоной! А мне говорили, ты умер!

– О нет! – восторженно восклицает старикан. – Я живее всех живых – назло врагам! Еще не вышел в тираж!

– Вижу, вижу! А вот танцуешь ли ты, Лиам? Помню, как вы с Каро отплясывали фокстрот у нас на Примроуз-хилл.

– Чтоб мне пусто было! – отвечает Лиам Дойль. – Отплясывал, да как! В те дни я столько танцев знал, а теперь уж вряд ли когда-нибудь спляшу… Да, были времена… – шамкает он.