Ангелотворец - Харкуэй Ник - Страница 76

Тем временем в студии идет обсуждение: сбитые с толку люди пытаются осмыслить происходящее. В их голосах слышится паника и страх.

Десять секунд спустя приходит Мерсер.

Он смотрит сперва на сестру, затем на Джо. Широко распахивает глаза.

– Господи… – бормочет он. – В мире и так творится черт-те что, а вы не нашли ничего лучше, чем переспать?

– Мы превентивно занялись любовью, – непринужденно отвечает Полли.

– Что?!

– Ох, ты прямо как он. Хотя… нет, как-то нехорошо звучит. Просто он тоже задает миллион вопросов о самых, казалось бы, очевидных вещах. Мы занялись любовью превентивно, Мерсер, на случай, если позже друг в друга влюбимся. Я рассматриваю это как вклад в нашу копилку обоюдного наслаждения.

– А если не влюбитесь?

– Тогда ты прав. Мы просто переспали. Секс был отменный, надо сказать.

Мерсер обдумывает услышанное.

– Знаете, похоже, я утратил интерес к этой теме и прекращаю допрос. – Он косится на Джо. – Только на время!.. Слишком уж мрачны остальные части этой картины. Пристегните ремни, ребятки. Трясти будет – ух!

В следующий миг раздается звонок в дверь. На пороге стоит одна из Бетани в компании обеспокоенного мужчины лет сорока.

– Мистер Крейдл? К вам мистер Лонг.

– Да как он вообще… – Мерсер умолкает; Полли барабанит пальцами по столу. – Ладно. Кто такой мистер Лонг?

– Куратор.

– Он имеет отношение к делу?

– Нет. Просто у него доброе лицо, он любит кошек и вообще душка… Да, Мерсер, конечно, он имеет отношение к делу! Иначе зачем, по-твоему, я здесь?!

Мерсер рассеянно поводит рукой, словно ищет свою любимую чашку.

– Извини.

Бетани – Джо Спорк почти уверен, что это Бетани № 2,– наблюдает за разговором с выражением скрываемого, но неподдельного восторга на лице.

Мистер Лонг – унылого вида господин с обвислой шеей и большой квадратной головой. Джо почему-то сразу записывает его в чемпионы местного паба по дартсу.

– Мистер Лонг, – бормочет Полли, заводя его в дом, – не хотите ли кофе?

– О! – восклицает мистер Лонг, вскидывая голову в знак заинтересованности и на секунду обращая к потолку кончик носа, немного похожего на воздушный шарик. – О да, с удовольствием! Только не очень много. – Из пазух его носа вырывается апнотический всхрюк, который, по-видимому, возвещает о попытке проявить чувство юмора. – Ахаха-хну-у-хаха, а то я становлюсь таким нервным! Аха ха хнн.

Полли одаряет его умопомрачительной улыбкой.

– Мистер Лонг, – поясняет она, покидая гостиную, – директор брэй-хэмптонского Института альтернативных парадигм. И, как я понимаю, – жертва преступной махинации.

– О да! – кивает мистер Лонг. – Да-да. С нами сыграли очень злую шутку. По крайней мере, я надеюсь, что это шутка, а не что-то серьезное.

Мерсер смотрит на Джо. Этого бери на себя. По моей части копы, шпионы и логова страшных чудищ. С кураторами я обращаться не умею.

– Боюсь, я ничего не знаю о вашей организации, – призывно бормочет Джо.

– О, вы не первый. Мы очень незаметны. Впрочем, с недавних пор наше хранилище привлекает немало туристов.

– Хранилище? Как… – Джо изображает тяжелую бронированную банковскую дверь.

– О, нет, нет, не сокровищница! Хну-хну хаха! В нашем городке находится крупнейший в мире резервуар пресной воды закрытого типа – мы там организуем соревнования судомоделистов, знаете ли. Но это, конечно, побочная деятельность.

– Побочная?

– О да. Цель нашего Института – не дать зачахнуть утратившим популярность веткам научно-исследовательских и научно-технических дисциплин. Например, у нас есть переведенные на английский заметки Акунина, русского специалиста по бактериофагам, который жил и работал в восемнадцатом столетии. – Мистер Лонг многозначительно улыбается – широкой улыбкой спятившего милленариста. – Сокровища, которые в один прекрасный день, будучи извлеченными из тьмы забвения, принесут огромную пользу человечеству… Хотя, между нами, некоторым из них лучше бы остаться забытыми, настолько они безумны… Ахха хнуу! хаха.

– И среди них есть…

– Ах да, вы про коллекцию… Хм. Хотя я говорю «коллекция», на самом деле это несколько отдельных коллекций. Мы, работники Института, их объединили, потому что все они относятся ко Второй мировой, понимаете? Заметки Пайка, небольшое собрание трудов по экспериментам Теслы, великодушно пожертвованное одним американским господином, и некие русские документы о прикладных исследованиях в области физики, которые лично я склонен считать дезинформацией из разряда Стратегической оборонной инициативы…

– Не хотите ли вы спросить у мистера Лонга, в чем состоит его нынешнее затруднение? – предлагает Полли Крейдл, внося в гостиную поднос.

– И в самом деле! – вскрикивает мистер Лонг. – В самом деле! Предмет, о котором пойдет речь, имел прямое отношение к одной женщине, ученой… Она и Пайка заткнула бы за пояс, хотя, признаться, он был скорее новатором и инженером, нежели ученым как таковым… – Тут он делает такое лицо, будто рассказал неприличную шутку: Несовершеннолетних здесь нет, верно? Против капельки инженерии ничего не имеете? Хм-м-м?..

Джо вдруг охватывает острая тоска по Билли Френду.

– Насколько я понимаю, американцы работали над ее ранними исследованиями, когда случился тот инцидент с эсминцем «Элдридж»… Да, большинство людей считают его мистификацией, но мы-то с вами все понимаем, верно? Ахнууу-хнуу! – Мистер Лонг так рьяно кивает, что, кажется, вот-вот удавится; Мерсер не сводит глаз с потолка.

Полли Крейдл вновь одаривает мистера Лонга обворожительной улыбкой, ласково возвращая его к теме.

– Кроме того, в нашем распоряжении есть коллекция Абеля Джасмина. В ней вся загвоздка, я думаю. Мы позволили одному из первоначальных дарителей забрать один экспонат на чистку и ремонт… Однако мы изучили этот вопрос подробнее и выяснили, что именно этот экспонат передавала в дар вовсе не она, и теперь я опасаюсь, что больше его не увижу. Ее должны были вернуть много дней назад. Прелестная вещица, уникальная, насколько я знаю.

Джо взглядывает на Полли, и та кивает.

– Механическая книга, – поясняет он.

– Да! Впрочем, вы и сами знаете, иначе как бы я тут оказался? Мы разместили объявление в газете с просьбой вернуть книгу – за вознаграждение. У вас, случаем, ее нет?

– Не исключено, что мы догадываемся, где она, – осторожно отвечает Мерсер и тут же вскидывает руку, поскольку мистер Лонг начинает отчаянно хрипеть заложенным носом. – Сперва я должен навести дополнительные справки. Но, простите мое любопытство, что это за книга? Откуда она взялась?

– Мы и сами толком не знаем. Вся информация о ней была засекречена. Мистер Джасмин, как вам известно, был большой шишкой. В курсе всех дел. Встречался с Маунтбаттеном и даже с самим Черчиллем. В ванной. Вы в курсе …

– …что Черчиль проводил встречи, сидя в ванне? Да.

– Так вот, для встреч с Джасмином воду приходилось набирать дважды, а то и трижды!

– Удивительно.

– О да, весьма.

– Но для чего нужна книга?

– Что ж… не хотелось бы строить домыслы…

На самом деле, именно этого мистеру Лонгу и хочется, он прямо-таки заигрывает с ними, бросает им вызов. Мерсер делает заинтересованное лицо.

– Ходят слухи, – говорит Лонг, – ничем не подкрепленные и потому не претендующие на звание серьезного исследования… в общем, мы думаем, что книга эта… непростая. Особенная. Код на полях… – Он с надеждой взглядывает на них: Вы ведь его видели, да? Джо с трудом сдерживается, чтобы не кивнуть. – Для некоторых из нас она представляет не меньшую ценность, чем королевские регалии, ибо возвращает нас к тем временам, когда британская наука находилась в авангарде мирового прогресса, а остальные просто… Да вы и сами понимаете.

Мистер Лонг подается ближе к Джо, словно вот-вот откроет ему государственную тайну.

– Мы полагаем… это – командная станция… для британских космических кораблей! – Он победно улыбается.