Секреты, которые мы храним (ЛП) - Уайлдхарт Лили - Страница 69

Каждый раз, когда я вхожу до конца, я вижу, как мой член растягивает горло, выпуклость движется в такт моим толчкам. Я начинаю медленно, наблюдая за ней, чтобы убедиться, что ей комфортно в ритме.

Когда ее глаза начинают слезиться, я задаюсь вопросом, наслаждается ли она этим так же сильно, как и я. Отпустив одну сторону ее лица, я опускаюсь к ее груди и сжимаю сосок, заставляя ее мгновенно выгнуться и сомкнуть рот вокруг моего члена.

Трахни меня, это так здорово.

Я делаю это снова, но на этот раз она предугадывает мое движение и держит горло открытым, ее рот — идеальный круглый сосуд.

— Ты моя хорошая девочка.

Толкаясь туда-сюда, я снова подношу руку к ее голове, вытирая слезы, которые стекают по вискам из-под повязки.

К черту все это, мне нужно видеть ее глаза.

Отстраняясь всего на мгновение, я переворачиваю ее и срываю атласную ткань. Усаживая ее, затем толкая на колени, я ищу ее глаза, чтобы потеряться в них, пока она пытается сосредоточиться, ее зрачки приспосабливаются к разнице в освещении. Может, в моей комнате и не очень светло, но света гораздо больше, чем она видела с завязанными глазами.

— Смотри на меня, когда я тебя трахаю.

Она не колеблется, ее глаза изучают меня со своей позиции. Мы смотрим друг на друга, пока я засовываю свой член обратно ей в рот и учу ее заглатывать член как чемпионку, и, трахни меня, у нее это получается от природы.

Мне не потребуется много времени, чтобы кончить, если я буду продолжать смотреть на нее вот так. Чертовски трудно сдерживаться, когда она смотрит на меня так, словно я владею ее миром.

Черт возьми, я мог бы провести всю свою жизнь, погруженный в нее, и меня бы это ничуть не беспокоило.

Но я не хочу заканчивать это вот так. Я хочу, чтобы она почувствовала теплую струю моей спермы, когда я кончу в нее.

Осторожно вытаскивая себя, я удерживаю ее челюсть неподвижной, следя за тем, чтобы она не поранилась в процессе. Не говоря уже о ее зубах на моем члене, это никогда не приводит к хорошему результату.

— Пришло время проверить, насколько хорошо ты подготовлена.

Наклоняясь до ее уровня, я касаюсь губами ее рта и погружаю язык в ее гостеприимный рот, целуя ее достаточно долго, чтобы ощутить свой вкус на ее языке.

Это пьянящее чувство — наше слияние.

С небольшим сожалением я отстраняюсь и встаю во весь рост, возвращаю ее туда, где она сидела, прежде чем перейти на другую сторону кровати, где ее киска и попка нетерпеливо ждут меня.

Мой член болит от желания трахнуть ее. Трахнуть ее. Мне нужно расслабиться, и ее киска — идеальное место для начала.

Снова схватив ее за лодыжки, я притягиваю ее к себе, пока она полностью не ложится поперек кровати, прежде чем я протягиваю руку и развязываю ее запястья. Я предполагаю, что ей будет больно из-за того, что она так долго оставалась в таком положении, но это в порядке вещей.

Куинн потирает запястья, но ее внимание сосредоточено исключительно на мне, на том, что я собираюсь сделать. Ее взгляд скользит по всей длине моего тела, в ее глазах ясно читается признательность, и это заводит меня еще больше, зная, что ей нравится то, что она видит.

— Раздвинься пошире.

Она снова повинуется, и от этого мне тоже становится жарче, чем летним днем в Луизиане.

Я становлюсь на колени на кровати, прямо между ее бедер, и хватаю ее за бедра. Когда я направляю свой член к ее входу, я поднимаю взгляд на нее, ожидающую поцелуя, и, не отводя взгляда, вонзаюсь в нее от кончика до корня без малейшего колебания.

Мы оба стонем от этого ощущения, горячая, бархатистая перчатка, которая обхватывает мой член, подобна маленькому кусочку рая только для меня.

Откидываясь назад, я толкаюсь внутрь и наружу, внутрь и наружу в таком ровном ритме, что он становится темпом чистой похоти. Наша кожа шлепается каждый раз, когда я достигаю дна, наша сперма смешивается, тем более возбужденными мы становимся, и когда я протягиваю руку и снова щиплю ее сосок, клянусь, я чувствую, как ее стенки сжимаются вокруг моего члена. Мне требуется вся моя сила воли, чтобы не кончить прямо здесь и сейчас.

Я поглощен ею, полностью захвачен совершенством ее влагалища, но я еще не закончил. Я пообещал ей кое-что, даже не сказав этого, и я намерен выполнить эти обещания.

Удерживая ее одной рукой за бедро, я использую другую, чтобы взорвать ее клитор нежным движением пальца.

— Кончай на мой член, Куинн. Сейчас же.

Это великолепно, Куинн кончает. Когда она издает крик освобождения, я загипнотизирован изгибом ее спины и напряжением стройной шеи. Когда ее грудь вздымается вверх-вниз, я немного сбиваюсь с ритма, слишком занятый наблюдением за ней, полностью очарованный ею.

Крошечные вздохи продолжаются, когда она начинает приходить в себя от интенсивности оргазма, и это все, что я могу сделать, чтобы не надорваться сразу.

Полностью вынимая член, я собираю ее сок своим пальцем и подношу ко рту, посасывая свой палец, как будто это мой любимый вкус мороженого.

— Так чертовски хорошо.

Двумя пальцами я зачерпываю еще и подношу к ее анусу, просовывая пальцы внутрь и напоминая ей, что она уже подготовлена.

Понемногу я растягиваю ее мышцы, и как только я уверен, что она готова для меня, я выравниваю головку своего члена по отношению к ее входу и толкаюсь. Мои глаза устремлены исключительно на нее, наблюдая за ее реакцией. Решаю, смогу ли я продолжать или она воспользуется своим стоп-словом.

Я нажимаю еще немного, потом еще немного.

Ее лицо напряжено, и это нормально, но она не испытывает никакой необоснованной боли, и я не могу дождаться, когда она испытает полное удовольствие.

Мало-помалу весь мой член исчезает в ее дырочке, и я почти уверен, что вот-вот потеряю сознание от удовольствия.

Приподнимая бедра, я толкаюсь обратно в нее, самозабвенно трахая ее задницу. Входя и выходя, я заставляю ее стонать, а затем выкрикивать мое имя. Руки Куинн хватаются за одеяло, ее пальцы сжимают материал в поисках большего. Ей нужно больше.

Я не собираюсь оставлять свою девушку без присмотра.

Когда я схожу с ума, трахая ее идеальную, узкую дырочку, я потираю ровными кругами ее клитор и сдерживаю себя, ожидая, когда она кончит со мной.

Я не знаю, как я это делаю, это гребаное чудо, что я не кончил ей в рот, но каким-то образом я это делаю.

Куинн ахает, я щиплю ее за клитор, а остальное происходит в водовороте рева, воплей и дергающихся тел. Мы кончаем вместе, я в ее заднице, она на мои пальцы, комната кружится, и мой разум совершенно снесен.

Только когда мы оба успокаиваемся, я понимаю, что у нее не было разрешения на последний оргазм.

Должно быть, я становлюсь мягкотелым

Я провел последние три дня, поглощенный Куинн, в то время как Мейер и Хантер разбирались с политикой того, чем мы занимаемся. Дерьмо, от которого я держусь чертовски далеко. Дайте мне кровь вместо переговоров.

Я наливаю ей чашку кофе, пока Карлос взбивает для меня коктейль, прежде чем вернуться в свою комнату, где я нахожу ее все еще запутавшейся в моих простынях. Ее кремовая кожа на фоне темно-синих моих простыней так резко контрастирует, даже несмотря на все тату, покрывающие ее тело.

Хотя, если она думает, что я не заметил шрамов под чернилами, то у нее на уме совсем другое. Я еще не спрашивал, потому что знаю, как трудно бывает говорить о моих собственных шрамах, и осмелюсь сказать, что некоторые из ее гораздо более травмирующие, чем некоторые из моих. Я вырос в разврате и тени, и хотя она намекнула на то, что ее жизнь до Трента была не совсем на высшем уровне, и на тот факт, что я вижу часть ее травмы в том, как она ведет себя и реагирует на определенные вещи, я пока не уверен, насколько далеко я могу ее подтолкнуть.

Я сажусь на стул в углу комнаты и для разнообразия наблюдаю за ней, пока она мирно спит. До сих пор каждую ночь ее мучили кошмары, и у меня такое чувство, что они преследуют ее независимо от того, в моей она постели или нет.