Азовская альтернатива : Черный археолог из будущего. Флибустьеры Черного моря. Казак из будущего - Спесивцев Анатолий Федорович - Страница 124

– Хрен тебя теперь туда пустят! – возразил Аркадий. – Знающие люди говорят, что у тебя теперь на плечах не только чёрт, но и ангел с дубинкой сидит.

– Это как, с дубинками? Для чего – с дубинками? – растерянно спросил новичок. Казацкие байки были для него внове, а учитывая, что он попал в компанию к Москалю-чародею и Срачкоробу, то поток обрушившейся информации его захлёстывал.

– О том, что на правом плече у всех людей сидит ангел-хранитель, а на левом – чёрт-искуситель, знаешь?

Соображал Мыкола медленно, что сулило ему вскоре крупные, скорее всего, фатальные, неприятности. Наконец, переварив простейший вопрос, кивнул.

– Да, слышал.

– У всех людей они сидят и предохраняют или соблазняют, а у Юхима с некоторых пор чёрт обзавёлся дубинкой, само собой для глаз обычного человека невидимой. Ты, наверное, слышал, что есть люди, которые могут невидимое для других видеть? – Сказок, легенд и слухов про колдунов, в том числе характерников, ходило множество, Аркадий был уверен в положительности ответа.

– Угу… ну… слыхал.

– Так с некоторых пор они стали замечать, что чёрт теперь не сидит, склонившись к уху Юхима, а обзавёлся дубинкой и всё по сторонам поглядывает.

– Зачем? – почему-то на шёпот перешёл Мыкола.

– Знающие люди тоже удивились. Зачем чёрту-соблазнителю дубинка? Спросили Юхима, а он не знает. Да и не видел он сам этой дубинки. Человеку не дано видеть своих охранителя и соблазнителя. Тогда стали спрашивать, не имел ли он дела с чертями?

Аркадий сделал паузу, прикидывая, как ему выразить в словах пришедшую недавно идею. Образовавшуюся паузу прервал другой джура, Богдан.

– Ну?..

– Не нукай, я тебе не кобыла! – отреагировал на невежливую форму вопроса попаданец. – Значит… спросили, а Юхим и вспомнил, что вроде спьяну ему кто-то мерещился, так он над сатанинским отродьем так пошутил, чтоб тот к нему больше никогда не являлся.

– Как он пошутил, пане Аркадий? – разобрало любопытство и третьего джуру, Юрку Дзыгу.

– А чего вы это у меня спрашиваете? – «удивился» попаданец. Пан Юхим вот он сидит, его и спросите.

– Пане Юхим!!! – дружным хором возопили ребята.

– Чего вам? – будто и не слышал рассказа друга и предыдущих вопросов, поинтересовался Срачкороб.

– Чего вы с чёртом сотворили? – от имени всех изнывавших от любопытства задал вопрос Юрка.

– Молодые вы ещё о таком слушать.

– Дядьку Срачкороб, ну расскажите, пожалуйста, мы от любопытства поумираем, если не узнаем, – заныл Богдан. Привыкшие к удивительным, странным и необъяснимым делам, творившимся возле Москаля-чародея и Срачкороба, они поверили и в эту совершенно бредовую с точки зрения человека двадцать первого века историю.

– Сказал: нет, значит – нет! – жёстко откликнулся Срачкороб. – А если кто аж умирает, так хочет узнать, так я могу не рассказать, а показать. Пошучу над ним, как над тем чёртом. Ну, кто здесь желает почувствовать себя чёртом?

Кроме икания Мыколы никаких других звуков в шатре слышно не было. Разве что свист ветра снаружи. Попадать в число разыгрываемых Срачкоробом жаждущих не нашлось.

– Не понял, так ты хочешь или не хочешь? – обратился знаменитый шутник к икавшему от страха молодыку. Тот, услышав, что Срачкороб спрашивает его, с ещё большего перепугу икать прекратил, стремительно побледнел так, что это стало заметно при тусклой лучине, и быстро-быстро замотал головой. Видимо, внятно что-нибудь сказать, из-за того же страха, он был не в состоянии. А удачно вывернувшийся из неприятной ситуации Срачкороб послал «благодарный» взгляд другу. Мол: «Навыдумывал здесь, а я отвечай!»

– Знаете, ребята, – перехватил инициативу Аркадий, – бывают вещи, о которых лучше не знать. Дольше проживёшь, да и авось не в ад попадёшь, а умирать-то всем суждено. Так что Юхима лучше не расспрашивайте. В общем, видно, самому сатане шутки Срачкороба над его чёртом не понравились, и отдал он приказ его в ад не пускать. Они даже мстить Юхиму не хотят. Вот и обзавёлся чёрт на левом плече дубиной, чтоб сабли вражеские и пули, метящие в Срачкороба, отбивать, если после смерти он может в ад попасть.

– Так как же он в рай попал? – удивился Богдан.

– Потому и попал, что черти – они тоже не дурные. Увидел чёрт, что гибнет наш Юхим при защите православных святынь, вот и не стал вражью пулю отбивать. Поспособствовал, значит, его отправке в рай. Да кто ж знал, что наш Срачкороб и по дороге туда успеет отличиться?

Все дружно, как по команде, посмотрели на шутника. Тот попытался сделать невинное лицо (вышло плохо, неубедительно) и пожал плечами. Мол: «Не виноватый я, оно само так получилось».

– Ну, после низвержения от райских ворот, говорят, у Юхима и ангел дубинкой обзавёлся. Наверное, сильно апостол Пётр осерчал на него. Слава богу, – попаданец, а вслед за ним и все присутствующие перекрестились, – чёрт и ангел драку не затевают. Видно, от САМОГО вышел запрет им на усобицы. С тех пор он так и живёт, против воли Всевышнего не попрёшь.

Несколько минут все в шатре молчали. Джуры обдумывали услышанное, а друзья переводили дыхание после вранья, радуясь, что не пойманы на нём.

– А как же дальше будет? – несмело спросил неугомонный Богдан.

– Что дальше будет? – будто не понимая, переспросил попаданец.

– Ну… в рай дядьку Юхима не пускают, в ад… тоже там не хотят видеть, а куда ж?..

Чистилище в православной теологии предусмотрено не было (большое упущение со стороны наших иерархов), и недоумение ребят можно было понять. Если не в рай и не в ад, то куда?

– Один Бог знает! – открестился от предсказания дальнейшей судьбы друга Аркадий. – Всё в воле его!

– Аминь! – привычно поддержали попаданца джуры.

Поверили ли все слышавшие этим рассказам – большой вопрос. Но то, что часть джуров всерьёз будут пересказывать небылицу о приключениях Срачкороба по пути в рай, при которых его самого в дерьмо мордой ткнули, можно было не сомневаться. Слухи о попаданце и его друзьях, в том числе самые дикие, продолжали возникать с удивительной регулярностью, однако Аркадий не ленился создавать при случае новые.

«Ох, прав был Честертон: „Где лучше всего прятать лист? В лесу…“. Наверняка уже не один атаман из посвящённых проболтался, кто друзьям, кто жене, о тайне моего появления здесь. Об эффективном ведомстве наподобие бериевского здесь можно только мечтать. Про себя, естественно, ни в коем разе не вслух. На фоне всех этих, куда более привычных в этом времени, рассказов о разной чертовщине никто, вроде бы, на правду внимания не обращает. Пока, по крайней мере. Можно не сомневаться, что в будущем, боюсь, ближайшем, найдутся у врагов проницательные люди, отделят зерна от плевел, да большой вопрос: поверят ли им властители?»

Разговоры затихли, но с возобновлением их Аркадий решил погодить.

«Надо же и самому немного отдохнуть! Как не вовремя нас эта метель в пути прихватила! Кто бы мог подумать: в конце зимы на юге Украины – натуральный буран. Да ещё дня три, если не больше, подряд. Пусть снега несёт заметно меньше, чем описано в знаменитом произведении Пушкина, но ветер со скоростью более двадцати метров в секунду делает путешествие по открытой местности совершенно невозможным. Чёрт бы его побрал, это явление природы!»

Эмоциональность попаданца можно было понять. Отъехав в спокойные зимние месяцы на запорожские земли, к знакомым кузнецам, он застрял там, пытаясь подстегнуть прогресс в металлургии и металлообработке. Железа в этом году кузнецы получили много больше, чем обычно, но вот качество изделий, вырабатываемых из него, по-прежнему не вдохновляло. Приехали из Швеции зазванные специалисты-литейщики, весной намечалось построить несколько доменных печей и, если получится, мартенов. Всё, что вспомнил, Аркадий мастерам рассказал. Он бы дольше там побыл, но прискакал гонец из Азова с извещением, что султан Мурад готовится выступать на Багдад. Аркадий исходил из того, что он это сделает весной, но по евроцентричности забыл, что для Мурада в Турции весна может начинаться не в марте.