Восхождение лорда Темпера (СИ) - "Касим" - Страница 313

— Но вы же говорили что у них есть король. Король Ночи. — Уточнил один важный момент Молодой Волк.

— О нем еще в легендах говорилось. — Кивнула я, вспомнив сказки, найденные в библиотеке Дозора.

— Король Ночи это не титул, а прозвище, данное самому себе. — Усмехнулся Аларик. — Как только Иные исполнили приказ своего бога они ушли на север и основали свой город, они обнаружили проблему, присущую всем магическим народам. Влечение их стало слабо, а понести для их женщин стало невероятным подвигом. За сотню лет, прошедших после их похода на юг, у них родился всего один ребенок. Девочка, обладавшая любовью и милостью самого Великого Иного. Именно про нее говорится в той старой легенде.

— Но как она оказалась у Стены? — Спросила я, вспомнив как в детстве за мной следил отец и слуги. Я не то что из-за замка не вышла бы без охраны, голову из окна бы не высунула. А здесь единственный ребенок за целый век.

— Древовидцы сами этого не знают, ведь в тех землях не то что чародрев, ни одного живого существа. — Пожав плечами ответил Аларик, сделав очередной глоток из своего кубка. — Просто в какой-то момент молодая Иная, которой не было в последнем вторжении, появилась около Стены. Там ее заметил Торгун Старк, бывший тогда лордом-командующим Ночного Дозора. Дальше все было как в сказке — он погнался за ней, поухаживал, обесчестил под ближайшим кустом…

— Пф…

— Аларик! — Прикрикнула я на младшего брата, впервые позволившего себе такие выражения. Особенно возле королевы. На гвардейца, с горящей огненной цепью на гербе, который еле сдерживал смех, я старалась не смотреть.

— Но все так и было. — Возразил брат и его неожиданно поддержал Сноу:

— Все верно. Лорд-командующий попрал свои обеты и сбежал из ордена ради этой женщины со своего поста. — С нескрываемым презрением сказал бастард, судя по всему искренне верящий в идеалы Ночного Дозора. И то, что его далекий предок их нарушил, было большим уроном для его чести. Рыцарь без страха и упрека… тьфу. — В Зачарованном лесу он возлежал с ней, а она, влюбившись в него, даровала ему часть своей силы, превратив в Иного.

«Совсем дура» — Подумала я, но глянув краем глаза на королеву суть не ударила себя рукой по лицу. На ее лице прямо читалось понимание, а вспоминая про ее «счастливый» брак с дотракийцем мне стало понятно, что дур в этом мире всегда было много.

— Дальше все было как в сказке. — Продолжил Аларик, оперившись головой на руку и с нескрываемой издевкой продолжил. — Принц, обрёдший силу благодаря своей возлюбленной принцессе, начал мстить своим врагам. Ведь принц считал несправедливым, что у него отобрали Винетрфел и власть над Севером. Покорив своей власти орден он начал шествие на юг и север, подчиняя своей воле племена людей и великанов, а тех, кто стоял против него до конца умерщвлял и превращал в верных только себе слуг. Вот только не спали злые силы и собрал под своим началом Брандон Крушитель, бывший братом принца, и пошел на него войной. Долго шла битва. Десять долгих лет сражались одичалые и северяне против мертвецов и дозорных, пока не прилетел из земель Вечной Ночи огромный ледяной дракон, несший на своей спине отца принцессы. Он, быстро взяв до за загривок, увидел творившееся в землях живых безобразие и сделал тоже самое с принцем, уже тогда взявший себе титул Короля Ночи. И улетели они в закат, оставив непонимающих смертных гадать, что только произошло на их глазах.

В солярии установилось молчание. Мне, Роббу и королеве нужно было время, чтобы понять и осознать сказанное. Прозвучавшая история была больше похожа на историю перепившего менестреля, вот только не смотря на издевательский тон, слова Аларика были серьезны и не имели даже намека на шутку.

— Ты хочешь сказать…

— Да, сестра. Нас атаковал древний Старк, который лишь желал вернуть отнятые, как он считает, у него земли. Ведь прими участие в войне все Иные, то над Семью Королевствами летали бы тысячи ледяных драконов, а Белых Ходоков было в разы больше. — С грустью сказал мне младший брат, взяв меня за здоровую руку. — Но когда-нибудь он вернется, собрав еще одну армию мертвецов. Ведь для древнего Старка захват континента это цель всей жизни и идти к ней он будет до конца.

— Ведь у него есть то, чего нет у нас. — Закончила я за братом, слегка опустив голову.

— Время. — Кивнул Аларик, сжав мою ладонь. — Бесконечное время.

— Но это ведь не конец истории. — Вмешался в разговор нынешний лорд Старк. — Где Брандон? И где Жойен? Где Ходор? Почему оттуда вернулись только вы втроем?

— Робб, Бран остался там, в пещере. — Ответил ему Сноу. — Он занял место Трехглазого ворона, став новым Древовидцем.

— Но зачем?! — Даже вскочил со своего места Робб. — Зачем он это сделал? Почему ты его не остановил, Джон.

— Потому что он сам так хотел. — Дозорный не мог встать из-за раны на бедре, но его спокойный и твердый взгляд быстро остудил пыл его единокровного брата. — Робб, он сам сказал мне что и в Винтерфеле, и в Кархолде, и в Белой Гавани он навсегда останется калекой. А оставшись там он смог летать в телах птиц, бегать в телах волков и плавать в телах рыб. Я не смог ему отказать. Жойен... - На этом моменте Старк замялся, но быстро взял себя в руки и продолжил. - Еще во время пути к пещере он заболел Белой горячкой. Каждый день ему становилось хуже и когда мы прибыли к лорду Бриндену он уже был на послднем издыхании. Дети Леса забрали его в свои закрытые залы и обещали исцелить, во только...

- Их исцеление было больше похоже на казнь. - С нескрываемой злобой сказал брат, невольно сжав руку в кулак. - Они присоединили его к одному из деревьев, дав ему прорасти сквозь него. Чардрево не дает ему умереть, но и жизнью это назвать нельзя.

- Мы чуть всех их не перерубили, когда Ходор случайно нашел это место. - Кивнул Сноу. - Лишь слова Бран, который смог общаться с Жойеном не дали нам совершить глупость. Оказывается болезнь, которой он переболел много лет назад, должна была его убить, но Трехглазый ворон спас его, силой пробудив в нем дар варга, что его спасло. И тогда его время пришло.

— Бред собачий. Что касается Ходора и остальных парней, то они вернутся свои ходом, когда Застенье опустеет от Иных. Нас же решили доставить воронами, чтобы мы успели предупредить вас накануне битвы. Но опоздали. — Опять вмешался в разговор Аларик, слегка осунувшись на послених словах. Наверняка он винил себя, что не смог прибыть во время и помочь с обороной Стены. Вот только я понимала, что даже с его помощью, многого мы бы не достигли. — К тому же лорд Старк, Брандон не просто последний древовидец. Он последняя нить, удерживающая в этом мире остатки Детей Леса. Без него они все выродятся и их магия перестанет существовать. А ведь именно на ней держится основа Стены. Без магии она станет лишь куском льда, который вряд ли поможет сдержать следующую атаку Короля Ночи.

— Когда она будет? — Требовательно спросила вставшая королева, заложив руки за спину и подойдя к окну, за которым уже садилось солнце. Удивительно, но мы просидели в солярии несколько часов, даже не заметив этого. — Когда Король Ночи вновь пойдет на мир живых.

— Не знаю ваше величество. — Переглянувшись с Алариком, ответил Джон. — По словам лорда Бриндена Иные думают не днями и годами, а веками и тысячелетиями. Но одно могу сказать вам точно — когда Король Ночи вернется нас давно не будет в живых.

***

Из оставленных в пещере людей в живых вернулся лишь один вместе с белым лютоволком Джона Сноу по имени Призрак спустя почти три месяца. Оказалось что Дети Леса очень не хотели, чтобы о их существовании хоть кто нибудь знал. По словам гвардейца, вороны, контролируемые поющими и несущие Сноу, Миру и Аларика должны были с высоты сбросить их на скалы, чтобы те разбились, но тайно вмешался Бран, который в этот момент уже стал новым Трехглазым вороном и не дал им погибнуть.

На самих воинов и Ходора на следующую ночь напали сами Дети Леса и они бы погибли, если бы храбрость и самоотверженность северянина, который первый принял на себя удары копий и дал одному из них отступить из пещеры, забрав с собой доспехи и оружие. Оставшихся двоих сожгли с помощью каких-то волшебных бомбочек, мгновенно превративших невезучих воинов в кричащие и катающиеся по полу факелы.