Весь Роберт Маккаммон в одном томе. Компиляция (СИ) - Маккаммон Роберт Рик - Страница 679

— Сквиббс, — сказал Сирки, когда Берри зашла на борт и села на скамью, — отдайте швартовы, будьте добры.

Сквиббс поступил, как было велено, и вновь занял свое место. Фонари повесили на крючья на носу и корме. Две пары весел опустились в уключины. Кройдон и Сквиббс погребли в темноту, а Сирки сел между Мэтью и Берри.

— Куда вы нас везете? — спросила она у великана.

На этот раз сила воли подвела девушку, и голос задрожал.

— Прежде всего — на остров, который вы называете Устричным. Там мы просигналим кораблю. А потом — в открытое море.

Когда он улыбался, в свете фонарей вспыхивали бриллианты в передних зубах.

— Зачем? — хрипло прошептал Мэтью. Вопрос был адресован к Берри, которая не ответила. И он повторил распухшими губами: — Зачем?

Она не могла ответить, зная, что на самом деле он не желает услышать, зачем женщина — любая женщина — может покинуть безопасный кров в холодную полночь и предпринять путешествие рядом с мужчиной, которого она желает более всего на свете. Если в ее силах предохранить его от опасности — или сохранить ему жизнь, это именно та миссия, которой стоит посвятить себя. Черт с ним, с Нью-Йорком, подумала она. Черт с ним, с миром безопасного крова и теплых постелей. Черт с ним, с прошлым, черт с ним, с привычным. Перед ними обоими лежит будущее, и хотя сейчас оно — неизведанный простор темной воды и неотвратимая судьба, Берри Григсби чувствовала себя более живой и более нужной в этот момент, чем за всю предыдущую жизнь.

Весла загребали воду, лодка шла ровным ходом к черному силуэту Устричного острова, и Мэтью Корбетт, решатель проблем, даже ценой собственной жизни не мог бы сейчас решить проблему, как вытащить Берри из этой переделки.

Глава 11

Днище лодки заскрежетало о гальку.

— На выход, — скомандовал Сирки, и послушные морские псы — Кройдон и Сквиббс — тут же выпрыгнули из лодки, став по колено в ледяную воду, и выволокли суденышко на берег.

— Джентльмен и леди? — Сирки широким жестом отвел руку и поклонился — то ли в насмешку, то ли всерьез, Мэтью не понял. — Мы пробудем здесь очень недолго, — объяснил великан, поднимая фонарь и светя им в лица. — Я сожалею о холоде и неприглядной обстановке. Выходите, прошу вас, и осторожнее — берег здесь неровный, к тому же камни.

Выход на твердую землю прошел благополучно, только Берри слегка оступилась, а Мэтью выдал сквозь зубы приглушенное ругательство, которое встретило бы горячее одобрение в самой грубой таверне Нью-Йорка. Он подхватил Берри под локоть и повел ее по камням, осыпающейся гальке и вездесущим осколкам устричных раковин, скрипящим под подошвами.

Сирки, остановившись среди сухих стеблей и дикой травы берега, повозился и развязал кожаный мешок, откуда извлек квадраты красного стекла. Ловко вынув прозрачные стекла своего фонаря, он, прикрывая трепещущий фитиль собственным могучим телом, вставил вместо них красные.

— Следите за ними, — бросил он своим дворнягам, и зашагал в сторону башни, до которой было, вероятно, где-то около сотни ярдов пути через лес.

Сейчас он подаст сигнал, подумал Мэтью, и на корабле узнают, что все прошло по плану.

Он почувствовал, что Берри дрожит, и обнял ее одной рукой, укутав краем одеяла.

Свет фонарей, которые держали Кройдон и Сквиббс, начал блуждать по телу Берри. Плохой признак, подумал Мэтью.

— Куда мы поплывем? — спросил он, чтобы как-то отвратить их мысли от их теперешнего — и очень опасного — направления.

— Туда, где потеплее, — ответил Кройдон. — Слава Богу.

— Трехнедельное путешествие? В теплый климат? — Мэтью стал вспоминать географию: вызвал в памяти карту Атлантики и попытался найти подходящую гавань. — Не Флорида, это наверняка, там испанская территория. Значит… — В открытый океан, говорил Сирки. — Бермудские острова, — объявил Мэтью. — Не так ли?

— А ты красоточка, — сказал Сквиббс, светя в лицо Берри. — Сними-ка шапку, распусти волосы.

— Нет, — ответил Мэтью. — Она этого не сделает.

— Эй, ты, там! — Кройдон шагнул вперед и едва не опалил Мэтью брови горячим стеклом фонаря. — Тебя кто спрашивает, нет? Сквиббс попросил девушку быть поласковее, только и всего. В такую холодную ночь — вреда не будет от ласковости, нет?

Он посветил фонарем на Берри, и она сжалась, отступив назад, потому что поняла: эти двое не так послушны, когда индийский великан не отдает им приказов.

— Распусти волосы, — повторил Сквиббс голосом севшим и полном слюны.

— Сирки вернется с минуты на минуту, — сказал Мэтью.

Его тело было напряженной массой боли. В таком состоянии он не мог бы ни нанести удара, ни выдержать его.

— С минуты на минуту — это не прямо сейчас, — возразил Сквиббс. Он протянул руку, схватился за шапку Берри и стянул ее. Медные пряди свободно упали на плечи. — Красивые волосы, — сказал Сквиббс, выдержав минутную паузу. — И пахнут наверняка отлично.

— Давненько уже, — сказал Кройдон. — Давненько я женских волос не нюхал.

Мэтью встал между этими двумя и Берри. Выставил вперед подбородок, провоцируя удар.

— Сирки это не понравится. Мы тут гости.

Это слово он произнес так, что оно сочилось язвительностью.

— А чего такого? — Сквиббс смотрел Мэтью за спину, на истинный предмет своего внимания. — Чё, понюхать нельзя? А ну, в сторону!

Мэтью сжал кулаки, хотя толку от них было мало. Руки — как свинцовые палки боли.

— Я позову его, — пообещал он. — Он…

— Тебя не услышит, — перебил Кройдон. — Давай, говнючок, в стороночку.

— С места не двинусь.

— Да ну? — Сквиббс быстрым мощным движением схватил Мэтью за грудки и отшвырнул в сторону. Мэтью запутался в собственных ногах и рухнул в бурьян и кусты, и тут же, лишь только он оказался вдали от света фонарей, о нем забыли.

Сквиббс и Кройдон бросились вперед, и хотя Берри отступила на шаг, но дальше было некуда, и, наверное, она подумала, что лучше замереть неподвижно и терпеть, потому что великан должен был появиться с минуты на минуту. Но, как справедливо заметил один из этих, с минуты на минуту — это не прямо сейчас.

Они встали по обе стороны от девушки.

— Прекратите! — крикнул Мэтью и попытался выбраться из переплетения колючек. Ноги не слушались.

Эти двое ткнулись лицами в волосы Берри, вдыхая ее аромат, а ей был навязан запах немытых тел, застарелого пота, соли и несвежей рыбы.

— Кайф, — выдохнул Кройдон и свободной рукой погладил Берри по щеке. — Ах, мать твою, кайф.

Мэтью попытался встать — ноги снова подломились.

— Прекратите! — повторил он, но с тем же успехом мог обращаться к камням.

Сквиббс медленно заскользил небритым лицом вдоль горла Берри. Она замычала от омерзения, отчаянно попыталась оттолкнуть Сквиббса, упираясь ему в плечо, но он не двинулся ни на дюйм, а серый обложной язык Кройдона зашевелился, высовываясь и прячась, касаясь веснушек на левой щеке Берри.

Мэтью было невыносимо. Он отчаянно шарил в темноте, нащупывая камень, палку, что угодно, чтобы швырнуть в этих мерзавцев, и в отчаянии открыл рот — звать на помощь огромного индийца.

Но не успел крикнуть, как его протащила сквозь кусты чья-то рука, вцепившаяся в воротник плаща.

В ту же минуту другая рука, шершавая как кора, зажала ему рот, предупредив любой возможный крик. Его поволокли назад, назад, через бурьян и меч-траву, колючки драли его одежду, потом его бесцеремонно бросили в сторону, как мешок, чтобы убрать с дороги. Чей-то палец плотно прижался к его губам, и смысл был понятен: Тихо!

И Мэтью понял — даже в таком одурманенном состоянии.

Это был призрак Устричного острова.

— Что там за шум, а? — Сквиббс посветил в кусты. — Эй, а куда пацан девался?

— Твою мать! — почти заорал Кройдон. Он тут же забыл о веснушках Берри и уставился на то место, где только что валялся Мэтью Корбетт. — Пропал, гад!

— Вижу, что пропал! — Сквиббс чуть не плакал. — Что толку говорить мне, что он пропал?