Однажды снова (СИ) - Гулова Юма - Страница 11

— Могла бы и предупредить, что придешь, — процедила Мила, проскользнув к дивану.

— И тебе здравствуй, — ласково произнесла женщина, перекрывая себе обзор большим бумажным пакетом, плотно наполненным продуктами.

Анфиса скинула свои модные туфли в коридоре и босиком прошлепала в сторону кухонной зоны. Опустив свою ношу на столешницу, женщина наконец-то выдохнула:

— Ненавижу Москву! — ее утонченные ручки ловко доставали из пакета молоко, овощи, фрукты, какие-то питьевые йогурты в маленьких баночках и всякую другую продукцию, которой она затаривала падчерице холодильник по вторникам. Мила бы помнила об этом, если бы проявляла хотя бы немного внимания к Анфисе. Однако их отношения не задались с первой встречи. — Я тащилась почти полтора часа.

— Осталась бы в Риме, в чем проблема? — Мила сгребла в охапку покрывало с дивана и направилась в ванную, с намереньем загрузить его в стирку.

Анфиса пропустила колкий комментарий мимо ушей и только покачала головой. Поместила продукты в двухдверный холодильник, который был слишком огромен для одной Милены, и нажала кнопку «Эспрессо» на кофемашине. Та зашипела, затарахтела, а спустя несколько секунд из нее в две струйки полился ароматный напиток, заполняющий собой всю квартиру.

— Ох и характер… — сказала вслух Анфиса, присаживаясь на барный стул.

— Говорят, мамин, — показушно улыбнулась Мила, вернувшись в кухню-гостиную.

Мачеха ничего не ответила. Она и не надеялась, что у нее когда-нибудь получится заменить Милене маму. Поэтому Анфиса все также, каждую неделю привозила девочке продукты, ходила на родительские собрания, клала деньги на Милины счета и прикрывала ее перед мужем, зная его вспыльчивый характер. Женщине не суждено было стать матерью, одна небольшая врачебная ошибка повлекла за собой бесплодие. А с возрастом, за карьерой и двумя неудачными браками стало вроде бы как и не до этого. Зато она смогла найти свою отдушину в благотворительности. И в Боре, конечно.

***

Сидя в уютном уголке, на террасе небольшого паба, Леонид наблюдал, как капельки плавно скатывались по стеклу бокала крепкого стаута, который только что был подан смазливой официанткой. В это время Димон, его верный товарищ, прокомментировал ситуацию:

— Братишка, да не ссы, — обнадеживающе произнес он, выслушав рассказ Леонида о ночи с девчонкой из клуба. — В наши дни эти молоденькие девчонки настолько потасканы, что не отличишь от тридцатилетней разведёнки.

— Дим, ты меня слышишь? — наконец произнес брюнет, отрывая свой взгляд от бокала. — Мелкая воспользовалась мной, как жеребцом для дефлорации.

— Ну, это не так уж и плохо, — громко засмеялся Дима. — Позвони, спроси как дела, заодно и почву прощупаешь.

— Ха, — усмехнулся Леонид. — Думаешь, ты один такой смышлёный? Позвонил. А эта чертовка мне левый номер дала. Да еще и не лишь бы какой, — хмыкнул Каменев, выдерживая небольшую паузу. — Отдел по делам несовершеннолетних. Тонко, да?

— Во дает, — засмеялся Димон, ударив ладонью по колену.

— Думал, может заехать к ней. А вдруг там родители? — сделав глоток пива, продолжал рассуждать Леонид. — Голову на отсечение даю, отец — какая-то местная шишка. Хоромы покруче, чем у премьер-министра. А я еще дурак, коктейлем ее в баре удивить хотел. Уверен, эта малышка могла без труда купить бар, в котором мы познакомились.

— Попадос, — напрягся друг. — Запиши адрес, я через мать пробью, че там за ферзь, этот ее папаша.

— Не надо, ей еще проблем не хватало. Я цифры оставил, захочет — сама наберет.

Леонид поднес бокал к губам и на секунду замер — за столиком позади них сидела поджарая брюнетка в коротеньких рваных шортах и обтягивающей маечке. Ее глаза прикрывали большие солнцезащитные очки, но почему-то мужчине она показалась смутно знакомой.

А в это время Милена сидела на лавочке в парке и нервно качала ногами, обтянутыми босоножками в тон ее синего сарафана. На звонок Матвея она все-таки ответила. Тот извинялся, просил дать последний шанс, клялся, что перебрал на выпускном, а гадюка Светка воспользовалась его состоянием. И вообще, она его чуть ли не силой заставила с собой переспать. А он? А что он? Пьяная скотина, не в силах сладить со своим темпераментом. Но это все в прошлом и он обещает исправиться. Разумеется, прощать Мила его не собиралась, но согласилась встретиться.

Его черный Мерс Мила заметила еще десять минут назад. Матвей ловко осуществил параллельную парковку и теперь сидел, очевидно, собираясь с мыслями. Девушка же старательно пыталась не думать о том, что происходило на заднем сидении этой машины. Но получалось плохо.

Наконец-то на горизонте появился знакомый силуэт. Чем ближе он подходил, тем сильнее колотилось сердце девушки. Матвей не был красавчиком, в отличие от своего старшего брата, но благодаря харизме он запросто располагал к себе девушек в радиусе досягаемости. Вот и сейчас, вылизанный, выхоленный, как с обложки журнала для девочек. Темно-синие брюки, сшитые на заказ, сидели идеально. Белая однотонная футболка Левайс, часы на левой руке и белые кроссовки. Когда он подошел ближе, в нос ударили ароматы можжевельника, цитруса и дерева. «Лакоста» — про себя заметила Мила, вспоминая, что именно она дарила ему этот парфюм.

— Привет, — виновато процедил Матвей, падая рядом с ней на скамейку.

— Привет, — безучастно ответила Мила, стараясь не встречаться с ним взглядом.

Не выдержав паузы, которая повисла между ними, Матвей взял руки Милы и, пристально глядя на нее по-щенячьи, выпалил:

— Ну, дурак, Мил! Ублюдок. Ты меня полгода завтраками кормила, что, мол, вот сейчас, все будет. А как я к тебе лез, так сливалась сразу же. Прости, идиота.

Милена аккуратно высвободила свои руки.

— Ну что ты молчишь? Хоть что-то скажи. Накричи, сцену устрой.

— Я не знаю, что тебе сказать, — поджав губы, ответила девушка.

— Мил, ну сколько пар сходятся-расходятся? Да я с первого класса по тебе сохну, как только глазища твои огромные увидел.

— Я была с другим, — тихо промолвила Мила.

— В смысле? — замер в недоумении Матвей. — Пососалась что ли? Блять, ну один-один, Мил. Я заслужил, — парень вскочил со скамейки и принялся широко размахивать руками.

— Нет, Матвей. Я переспала с другим, — твердо произнесла она.

Парень опешил от этого заявления и, кажется, на секунду забыл, как говорить. Такого от спокойной и кроткой Милки он точно не ожидал. Нет, она, конечно, временами вела себя, как холодная стерва, но быстро таяла, стоило ему только сказать что-нибудь хорошее.

— Врешь, — кривя губы в Филатовской манере, отрезал парень.

— Нисколько.

— Да ты целоваться-то со мной только недавно нормально научилась, — рассмеялся Матвей. — Мил, ты кого наебать решила?

— А как же «расстаться друзьями»? Что, не нравится мое дружеское доверие? — вздернув подбородок, спросила девушка.

— Хорош, Сотникова, — рыкнул Матвей, наклоняясь к ней так, что она почувствовала запах проклятой «Лакосты» чуть ли не в своих легких. — Решила меня на понт взять?

— Один-один, Филат, — самодовольно процедила Мила. Затем встала, обойдя парня, как кого-то малозначительного, и ушла, даже не оглядываясь. А Матвей остался на месте, и еще очень долго смотрел в пустоту, сжимая кулаки.

На подкашивающихся ногах Мила дошла до кафе, где ее ждала Полина. Девушка сидела на летке, попивая безалкогольный мохито. Заметив подругу, брюнетка помахала ей рукой и нетерпеливо забарабанила длинными ногтями по деревянному столику.

— Ну че? — не дождавшись, пока Мила сядет за стол, заерзала на месте брюнетка.

— Сказала, — выдохнула девушка. — Я думала, что будет тяжелее. Но вела себя, как последняя стерва.

— Подруга, в этой ситуации ты пострадавшая сторона, — манерно поводив наманикюренным пальчиком в воздухе, заявила Поля.

— Я же тоже не без греха, — напомнила Мила.

— Ты жертва обстоятельств, — голосом, не приемлющим возражений, пропела брюнетка. — А он че, сильно расстроился?