Однажды снова (СИ) - Гулова Юма - Страница 25

Затем он таким же образом приветствует и Киру, отчего та заметно краснеет, но продолжает делать вид, что ее нисколько не смущает такое внимание пресс-секретаря к своей скромной персоне.

— Как вам вечер, дамы? — подцепив с разноса мимо проходящего официанта бокал шампанского, интересуется Антон.

— Весьма недурно, — замечает Мила.

— Шакира, из вас сегодня прямо слова не вытащишь, — произносит с веселыми искорками в глазах мужчина, а затем переводит взгляд на ее начальницу: — Милена Борисовна, вам очень повезло с ассистенткой. То, с каким энтузиазмом она пыталась раздобыть приглашение на сегодняшний вечер. О, настоящая фурия.

— Вы преувеличиваете, Антон Андреевич, — отозвалась Кира.

— Нисколько, — безапелляционно возражает он, а затем цепляется взглядом за мимо проходящего Каменева. — Лео, позволь тебя кое с кем познакомить. Это Шакира Шехаб, я рассказывал тебе о ней.

— Добрый вечер, — произносит мужчина, не задерживая взгляда на Милене. — Рад знакомству, Шакира. Милена, — он наконец-то кивает и ей. — Не скучаете?

— Антон Андреевич нас развлекает как может, — натянув глянцевую улыбку, отвечает Мила. — Отличная вступительная речь, Лео. Жалко, я была без своего фотографа, получился бы блестящий материал, — с этими словами она незаметно для себя допивает залпом бокал.

— Знаете, как это обычно бывает. Кто-то что-то снял, потом выложил в сеть. А потом какой-нибудь влиятельный гость полощет мозги по поводу того, что его прессует налоговая за те семь миллионов долларов, что он потратил на колье для своей подружки, — рассуждает Агрономов.

— Антон хотел сказать, что фотографии мы вышлем сами, — поясняет Каменев, внимательно рассматривая наряд Милены.

К слову, с нарядом Сотникова угадала. В меру откровенное силуэтное платье из черного бархата с разрезом до бедра смотрелось на ней бесподобно. А оперные перчатки изящно завершали этот образ.

— А где же твоя спутница, Лео? — лукаво поинтересовалась Милена. — В приглашении говорилось о сопровождении. Или вы с Антоном Андреевичем…

— Нет. Ты права, — кивнул Каменев, поджимая губы. — Я действительно должен вас представить.

Леонид отошел к компании, стоящей неподалеку от них, и что-то прошептал на ухо женщине в синем платье. А затем, он взял ее под руку и повел к ним.

Эта женщина хоть и выглядела старше хозяина вечера, но была бесподобна в своем наряде с длинными рукавами и симпатичной баской на бедрах. Она шла, уверенно придерживая его под руку и что-то увлеченно рассказывала.

Милена знала, зачем приехала в Рим. Она знала, для чего пошла на всю эту авантюру с интервью и была уверена, что выполнит свою работу безупречно, потому что чувства к Каменеву давно поутихли. Но сейчас, глядя, как он улыбается этой женщине, внутри нее поселилось какое-то странное чувство. Это что, ревность?

Пока девушки внимательно наблюдали за парой, направляющейся в их сторону, Агрономов с любопытством наблюдал за Миленой. Он был человеком внимательным и очень точно подмечал многие детали, хоть и старался всегда прикидываться компанейским. Он заметил, как Мила нервничает и пытается придать своему лицу равнодушие. В глазах ее мелькнуло что-то, что он не мог прочитать — была ли это ревность или просто разочарование.

— Что-то случилось? — спросил Антон, когда Милена вздрогнула от его неожиданного вопроса.

— Все в порядке, — улыбнулась она. А затем шепнула Кире, чтобы та принесла чего-то покрепче шампанского.

Когда Леонид со своей спутницей вернулись, та первым делом чмокнула пресс-секретаря в щеку, сообщая ему, что соскучилась. А затем протянула Миле руку:

— Виктория, — произносит она с итальянским акцентом.

Милена замирает. Вблизи женщина выглядит очень знакомой, как будто они когда-то виделись, но она не может вспомнить когда.

— Милена, рада знакомству.

Виктория широко распахивает глаза, а затем вопросительно смотрит на Лео.

— Очевидно, мы не сразу узнали друг друга. Отличная уловка, Лёнь, — переходит на русский она.

— Виктория Александровна?

Мила стоит ошарашенная. Она явно не рассчитывала встретить маму Леонида.

Глава 15. "Макдоналдс"

Мила стоит ошарашенная. Она явно не рассчитывала встретить маму Леонида. Сердце бешено колотится, словно прыгает на батуте, и эти удары приносят с собой забытые воспоминания из прошлой жизни. Девушка неосознанно делает шаг вперед, искренне улыбаясь женщине с такими же синими глазами, как и у Лео. Но вовремя себя одергивает, когда женщина брезгливо убирает руку.

— Не ожидала тебя здесь встретить, — произносит мама Лео и от ее недавней улыбки не остается и следа.

Милену окатывает горячей волной. Она смеряет Каменеву взглядом и понимает, что это больше не та женщина, на плече которой она рыдала в свои восемнадцать. Она стала сдержанней и холодней. Ее волосы, такие же темные, как и у сына, уложены в высокую прическу, макияж выполнен у профессионального визажиста (это видно невооруженным глазом), а темно-синее платье, без сомнений, — от кутюр.

Виктория Александровна, которую помнила Мила, носила джинсы-клеш и клетчатые рубашки. От нее пахло мылом и малиновым чаем, а не «Шанель». И она никогда не смотрела на Милу так, как смотрит сейчас.

Музыка оркестра превращается в смазанный гул, сливаясь с разговорами гостей. Кровь приливает к щекам Милы, но плотные румяна это умело маскируют.

— Для меня это тоже неожиданность, — честно признается девушка, приложив немало усилий, чтобы взять себя в руки и улыбнуться. — Я здесь с рабочим визитом. Лео не рассказывал вам, что мой журнал работает над рекламной кампанией «Миллениума» в России? — Мила переводит взгляд на Каменева.

— Тебе следует внимательнее относиться к тому, с кем ты работаешь, — сквозь зубы цедит его мать.

— Тогда тебе следует повернуться к этому парню, — весело произносит Каменев, приобнимая Викторию Александровну за плечи, — и выдвинуть все свои претензии к отделу по связям с общественностью.

Каменева как будто даже забавляется все эта ситуация. А Милена теряет дар речи. Одной-единственной фразой эта женщина перечеркнула все то хорошее, что она о ней помнила. Благо в этот момент словно из ниоткуда появляется Кира:

— Милена Борисовна, я взяла вам космополитен, — она вручает начальнице коктейльную рюмку с красным напитком внутри. — Кстати, вас искала госпожа Лацио. Buonasera signora! — вежливо приветствует Каменеву Кира, но тут же тушуется, чувствуя напряжение между присутствующими в этой компании.

— Приятного вечера, — строго произносит Виктория Александровна с заметным акцентом.

Милена ничего не успевает сказать в ответ, потому что женщина спешит удалиться. Лео лишь разводит руками и, извинившись, идет за мамой.

— Виктория сегодня просто не в духе, — объясняет Антон, пожимая плечами. — Пойду, принесу ей текилы, она отлично справляется с головной болью.

***

Уже стоя на пустой террасе отеля «Сент-Риджис» и выкуривая вторую сигарету, хозяин вечера разворачивается к своему другу и, по совместительству, пресс-секретарю, густо выдыхая горький дым:

— Отличная уловка, Антон. Но эта женщина здесь не на один день.

— Тогда тебе стоит хотя бы сделать вид, что ты ее не ненавидишь. Правда, это вряд ли что-то изменит, она все также будет ковыряться в твоем грязном белье.

— Я неприлично много тебе плачу за химчистку, — ухмыляется Каменев. — Не хочу, чтобы она знала об Эмилии. И других делах.

Агрономов кривовато улыбается, проводя пальцами по короткому ежику у себя на голове.

— Красивая, сучка. И если бы не ты, брат, я бы мигом отбил у нее всякое желание копать под тебя.

— За базаром следи, Тох, — рычит Лео. — Я, в отличие от тебя, еще помню, как ломается челюсть.

— Прости, Рокки, — Агрономов становится серьезным, но веселые искорки все еще бегают в его глазах. Он подходит к другу и хлопает его по плечу: — Я уверен, что геморрой с «Интексом» — это только начало наших проблем. Вчерашняя DDOS-атака — тому подтверждение.