Однажды снова (СИ) - Гулова Юма - Страница 38

— Сука! — рычит Игорь и рефлекторно бьет ее другой рукой по лицу. Наотмашь. Больно и некрасиво. Стаканчик кофе выпадает из руки бывшей невесты, расплескиваясь коричневым пятном на белом паркете. Милена не сразу понимает, что произошло. Ее никогда в жизни не били. От неожиданности, она оседает на пол, прижав ладонь к пылающей щеке. Хочется расплакаться от обиды. И от боли тоже. С каждой секундой место удара начинает все сильнее саднить. Мила опускает взгляд на свои белые штаны и понимает, что он все в кофейных каплях, как и бордовый тренч, который она так и не успела снять. — Ты видишь, что ты со мной творишь? — не унимается Филатов, рассматривая укус на руке. — Я здесь неделю с ума сходил. Представлял, как этот сраный мебельщик лапал тебя. Ты сама во всем виновата, мелкая!

Его глаза горят яростью. Кажется, еще мгновение и он налетит на нее с новой силой. От эмоционального возбуждения лицо мужчины немного вспотело и покраснело. Мила же наоборот вся побледнела. Выделялся лишь след удара, алеющий на щеке и скуле. Она сидит на полу и боится пошевелиться. Снова ее тело реагирует подобным образом. Это самый настоящий ступор, как тогда в машине, когда неожиданно ворвалась Полина.

— Просто ответь мне: у вас с ним было что-то или нет? С каждым его шагом, Мила понемногу отползает назад. Ей страшно, что он снова ударит ее. — Не подходи ко мне, — все еще прислоняя руку к лицу, требует она. — Я не обязана тебе отчитываться о каждом своем шаге. Игорь стоит перед ней тяжело дыша, его грудь подымается и опускается в такт его возбуждению. Он смотрит на нее смоляными глазами, словно пытаясь пронзить ее взглядом. — Ты даже не пытаешься понять меня, — произносит он сдавленным голосом. — Когда ты согласилась выйти за меня, я стал самым счастливым мужчиной на свете. Ты же мне понравилась еще тогда, когда шестнадцатилетней девочкой пришла к нам домой делать домашку с моим младшим братцем. Каждый раз, когда я потом тебя видел, то думал: «черт возьми, была бы эта малышка постарше, я бы ее не задумываясь отбил», — он неприятно кривит губы. — В день твоего выпускного я еле совладал с собой, чтобы тебя не поцеловать. Ты стояла в том легком синем платье на тонких бретелях и рыдала, обхватив себя за плечи. Ты, тогда, как раз застала Матвея, трахающего вашу одноклассницу в машине. А я целый вечер думал о том, какая же ты красивая. И на выпускной я согласился пойти в качестве няньки лишь потому, что ты там была. И какова же удача! — он эмоционально хлопает в ладоши, от чего Мила вздрагивает. — Ты. Совершенно одна, на полупустой палубе теплохода. Знаешь, тот пиджак, который я на тебя накинул, чтобы ты не мерзла, еще недели две пах твоими духами. — Игорь, ты сумасшедший, — всхлипывает Мила, придя в себя. Она потихоньку поднимается с пола и делает шаг назад. — Что, боишься меня? — насмешливо усмехается он, продолжая приближаться. Его голос звучит холодно и угрожающе. Он наслаждается своим контролем над ситуацией, над Милой. «Мне нужно уйти, нужно защититься», — мелькает мысль в ее замутненном сознании. А затем она резко толкает барный стул ему под ноги и бежит к входной двери.

Сердце барабанит в бешеном ритме, когда Мила, не помня себя, оказывается в холле ЖК. Кажется, что все вокруг смотрят на красное пятно, расползшееся на половину лица. По ощущения, девушка предполагает, что на месте удара будет приличного размера синяк. Какой же дурой нужно было быть, чтобы сунуться к Филатову одной! Но и она тоже не думала, что бывший жених способен поднять на нее руку. Хочется моментально оказаться в своей машине, телепортироваться. Нет, лучше сразу домой. А еще лучше — в Италию, прямиком в объятия Лео.

Пока Милена быстрым шагом двигается к машине, она старается упорядочить мысли. В голове самый настоящий бардак, наверное, последствие удара. Филатов не пошел на контакт, а значит, все-таки придется прибегнуть к предложению Лео. Из всех пунктов, о которых они с Каменевым условились перед отъездом из Италии, Милене оставалось выполнить последний — встретиться с отцом. И он, пожалуй, самый сложный. Сложнее, чем было уволиться из «Империала» или бросить нелюбимого жениха.

Глава 25. Я тебя ненавижу!

Бизнес-джет Каменева приземляется на посадочную полосу терминала А в Шереметьево точно по расписанию. Первым появляется сам Леонид; кинув изучающий взгляд по сторонам, он быстро спускается по трапу. Следом за ним в своей вальяжной манере, выплывает Агрономов, а за ним Нора — эффектная темноволосая помощница Каменева.

— Александр, — Леонида приветствует крепким рукопожатием лысый коренастый мужчина в возрасте. Строго окидывает взглядом остальных и сдержанно кивает.

— Леонид, — отвечает он, а затем представляет сопровождающих: — Антон — пресс-секретарь и Нора — личный ассистент.

Александр Брюлов, но привычнее Сан Саныч, был доверенным человеком Юсупова — хорошего приятеля и бывшего одногруппника Лео. Сан Саныч занимался вопросами безопасности и частной охраной. Мужчина разительно отличается от двух высоких фигур в строгом деловом прикиде, маячащих позади него. На нем надеты качественные, но непримечательные темные джинсы, грубые ботинки-хайкеры и темно-зеленая ветровка поверх однотонной футболки. Сам он невысокого роста, примерно по плечо Каменеву, с седой бородкой-эспаньолкой на подбородке, прямым крупным носом и строгим взглядом человека, повидавшего жизнь.

После того как водитель арендованного бронированного «Гелендвагена» укладывает чемоданы в багажник, группа людей усаживается в салон. Водитель пересаживается в соседний автомобиль вместе с двумя охранниками, а его место занимает Сан Саныч.

— Ну, нет, — не выдерживает Агрономов, оборачиваясь с переднего пассажирского сидения к Лео и Норе. — Это даже для тебя слишком.

— Я сам сконфужен, — признается Каменев, не скрывая улыбки.

— Александр, вы точно не перепутали пассажиров? Возможно, на терминале сейчас грустит несколько брошенных мафиози? — в привычной манере острит пресс-секретарь.

Сан Саныч молчит. И только Каменев обращает внимание на то, как приподнимается его бровь в зеркале заднего вида.

Леонид с самого начала знал, что перевести бизнес на родину будет проблематично. По крайней мере, пока на предпринимательской арене маячит Сотников. «АРДОР ГРУПП» владеет внушительной долей активов в строительном бизнесе, контрольный пакет акций которого Борис Владимирович номинально поделил между женой и дочерью, пока сам метит в депутаты. А также, какое-то количество акций принадлежало его бывшей жене. Но, помимо всего прочего, он являлся крупным инвестором, состоял в совете директоров того же «Империала» и позиционировал себя, как щедрый меценат. Но все это было на свету. Куда интереснее была теневая жизнь Сотникова. Еще в девяностые он был не последним человеком в криминальном мире. Благодаря Полине Тумановой — так называемой подруге детства Милены — Леонид узнал множество интересных фактов о человеке, который не только лишил его семьи, но и пытается уничтожить его бизнес.

Каменев знает, что Сан Саныч — не просто безопасник, он уже не первый год работает на Юсупова, а тот будет посерьезнее Сотникова в некоторых делах. Но, поскольку бизнес-интересы Леонида и Алишера не пересекаются, Каменев не задает лишних вопросов.

С Юсуповым они знакомы еще с университетской скамьи. Вместе учились на экономическом, вместе ходили на секцию по баскетболу, даже одно время тусовались в общей компании. Но их взгляды разительно отличались: Лео предпочитал спокойную и достойную жизнь, хотел добиться всего собственными силами, не ввязываясь в темные дела; Алишер же, напротив, — уже в студенческие годы был тем еще прохвостом. С интернатовскими всегда так: живут, по принципу «бей или беги». Вот и Юсупов крутился, как мог. В восемнадцать лет толкал ворованные мобилы, в двадцать промышлял тачками, а к концу учебы зарекомендовал себя, как «решала» неприятных вопросов. Что потом произошло, и как он построил свой бизнес, Каменев особо знать не хотел. Да и ввязывать приятеля в свои дела не горел желанием, поскольку там, где был Алишер, всегда ходили неподалеку неприятности. Но проконсультироваться с ним по поводу Сотникова, Лео все-таки решил. И, когда Юсупов своего человека предложил, тоже не побрезговал.