Для Финли (ЛП) - Натан Дж. - Страница 7

Глаза Брукса вспыхнули под шлемом.

Я развернулась и побежала с поля, понимая, что этом парню предстоит тяжелый сезон, если он не поумнеет.

* * *

Вздрогнув, я проснулась и мгновенно обвела глазами темную комнату. А потом вздохнула с облегчением. Я все еще находилась в отеле с Иветт, мягко похрапывающей на соседней кровати. Посмотрела на тумбочку и взяла телефон, проверяя время. Четыре утра. Около того. Затем положила мобильный обратно и перевернулась, закрывая глаза и снова погружаясь в сон. Но как бы сильно мое тело не нуждалось в отдыхе, разум не позволял этого. Как только я оказалась в тишине, вернулись воспоминания. Сожаление, вина, непрекращающаяся печаль.

Я заставила себя подняться. И что теперь? Ночью нам нельзя было покидать наши комнаты. Надеюсь, тренер сделает исключение для кого-то с бессонницей. Тем более, что он и другие сотрудники проспят еще часа два.

Выбравшись из постели, нырнула в темную ванную, и там натянула шорты, майку и кроссовки. В коридоре надела наушники и спустилась в гостиничный спортзал. Когда я вошла сработал датчик движения, и в темной комнате включился свет, освещая впечатляющее пространство. Вдоль стены стояли беговые дорожки и эллиптические тренажеры. На противоположной стене располагались снаряды с гантелями.

Я заняла дорожку в углу зала, установила скорость и побежала. Музыка наполнила уши, и мои мысли унеслись в столь необходимое счастливое место. Я старалась избегать прошлого, не хотела позволять себе возвращаться к тем воспоминаниям. Возможно, мне нужен был психолог. Это бы определенно помогло — поговорить с кем-то после потери Коула. Особенно теперь, когда у меня в кампусе был только один друг, мне отчаянно нужна была эта связь с кем-то.

Краем глаза я заметила движение и повернула голову налево. Брукс в наушниках встал на дорожку через две от моей. Ну, конечно. Казалось, мы не могли держаться друг от друга подальше. Он не смотрел на меня, пока его тренажер набирал скорость, которая совпадала с моей.

Словно почувствовав мой взгляд, Брукс оглянулся. Его лицо было бесстрастным, казалось, ему по фиг на мое присутствие. Затем, так же быстро он отвернулся.

Тьфу ты.

Я задалась вопросом, станет ли это нашей фишкой. Оказываться в одном месте. Обмениваться холодными взглядами. Мысленно отправила сообщение Коулу: «Если это твое представление о карме, то мне оно совсем не нравится…». Я даже представила себе, как смеется брат. Желая подразнить меня. Говоря о том, что не хочет оставлять меня одну, чтобы рядом был тот, с кем можно говорить о футболе. Я любила говорить о футболе. Мне нравилась игра. Нравилась стратегия. И как бы мне не хотелось признавать, Брукс был похож на Коула. Атлетический. Подвижный. Способный.

Брукс пробормотал что-то, но я не разобрала что именно из-за громкой музыки.

Я перевела взгляд на него. Его наушники болтались на плечах. Поэтому я вытащила свои.

— А?

— Просто интересуюсь, какие крупицы мудрости ты даруешь мне сегодня?

— Ты должен перестать колебаться, когда пасуешь, — ответила я, к его очевидному удивлению. — Или делай, или не делай. Ты видел, как эти парни сделали вас?

— Видел ли я? Я был там.

— Ну да, правда, твоя атакующая линия — отстой. Ты не можешь дать защите шанс добраться до тебя. Понимай, куда бросать и попадай в цель. Наши принимающие хороши. Они доберутся куда надо.

Брукс уставился на меня, прищурив глаза.

Я вытерла лицо маленьким полотенцем, которое предусмотрительно накинула на экран беговой дорожки.

— Не волнуйся, у тебя есть потенциал.

Брукс аж подавился кашлем.

— Потенциал? Я стартовый квотербек Алабамы.

Эти слова, особенно из его рта, глубоко ранили. Единственная причина, почему он играл, потому что Коула нет. Ему бы лучше это помнить.

— У меня есть больше, чем потенциал, — заверил Брукс меня.

— Да, — ответила я, и резко замолчала, когда вспомнила, почему так сильно презирала его. — У тебя огромное эго, готовое уничтожить маленькие страны.

— У всех великих спортсменов есть эго. Даже у тебя.

Вау, моя ненависть к придурку росла с каждой секундой.

— А ты скромный.

Брукс засмеялся. Неужели не заметил, что я не смеюсь?

Дальше мы бежали молча. Стук наших кроссовок по дорожке отражал стук в моей голове, вызванный высокомерием Брукса.

— Какое тебе до этого дело?

Я посмотрела на него.

— Что?

— Немногие девушки знают о футболе так много и просыпаются в четыре утра, чтобы побегать.

Я презрительно усмехнулась.

— Надеюсь, ты не намекаешь на то, будто я думала, что ты будешь здесь.

— Я этого не говорил.

— Но ты так подумал.

Брукс ухмыльнулся.

— Ты бы удивилась, если бы узнала, на что готовы девушки, чтобы привлечь мое внимание.

Мои глаза вспыхнули.

— Ты, наверное, думаешь, что я прошла ускоренный курс по футболу только для того, чтобы произвести на тебя впечатление своими знаниями.

— Просто говорю.

Я скривилась и нажала стрелку на экране, чтобы увеличить скорость.

— Продолжай мечтать, суперзвезда.

— Девчонки вытворяли и не такое.

Я смотрела то на стену перед собой, то на Брукса.

— Во-первых, я не собираюсь красть твое полотенце, потому что на нем твой пот, как не собираюсь красть твой бандаж, чтобы продать его в интернете. Мы, друг мой, стали жертвами неудачного времени.

— Неудачного времени?

— Да, всякий раз, когда ты оказываешься в моем пространстве, это плохо, — заверила я Брукса.

Скорость тренажера увеличилась, и я сфокусировалась на пятне на стене.

Между нами повисло молчание. Брукс заговорил снова:

— Я плохо сплю. Вот почему я бегаю в четыре утра.

Я усмехнулась.

— Похоже, у нас есть кое-что общее.

— Тоже проблемы со сном?

Я пожала плечами.

— А что еще делать в четыре утра? Никто не встает в такую рань просто так.

Брукс улыбнулся.

— Кроме меня.

Если бы я не презирала его так сильно, то его улыбка могла бы что-то во мне пробудить. Что-то, что дремало слишком долго.

— Так ты не ответила мне. Откуда ты так много знаешь о футболе?

Я пожала плечами.

— Я выросла, варясь в этом. Болела за Алабаму всю свою жизнь.

— Теперь ты живешь мечтой.

— Что-то вроде того, — сказала я, понимая, что лучше не упоминать Коула.

Хотя никто из нас не одел снова наушники, мы продолжили бежать в тишине. За это время я насчитала тринадцать пятен на стене, два выключенных огонька на экране дорожки и сделала двести двадцать семь шагов.

— Мне кажется, мы начали не с той ноты, — сказал Брукс, прерывая тишину и мои подсчеты.

Я оглянулась.

— Мне казалось, мы вообще ничего не начинали.

Он улыбнулся, но не так-то легко избавиться от моей антипатии к нему.

— Меня зовут Каден.

Я склонила голову набок. Он ухмыльнулся, прекрасно понимая, что я знаю его имя.

— А ты?

— Несмотря на то, что думает большинство твоих товарищей по команде, я не «Эй ты», не «Милая» и не «Водная девочка». Я — Финли.

Брукс поджал губы, будто прикидывая, подходит ли мне мое имя.

— Что ж, приятно познакомиться, Финли.

Каден произнес мое имя не с южным протяжным акцентом, как это делали местные парни. Имя слетело с его языка гладко, как сказал бы житель западного побережья.

— Финли. А дальше?

Мое сердце забилось быстрее, и это не имело никакого отношения к бегу. Это было связано с тем, что он Брукс был последним человеком, которому я бы хотела рассказать, кто я такая, и соответственно, кто был моим братом.

— Грейс.

Мое второе имя слетело с языка, технически делая это полуправдой, а не абсолютной ложью. Я нажала кнопку на дисплее, чтобы снизить скорость. Нужно немного остыть, прежде чем полностью остановиться.

— Ты мне нравишься, — сказал Каден.

Я снова перевела взгляд на него.

— Никакого подтекста.

— Я и не слышу подтекста, — прорычала я. Брукс смерил меня недоверчивым взглядом, потому что мой тон говорил сам за себя. — Никогда не думал, что ты просто вытаскиваешь все самое худшее во мне?