Злой наследник - Кейн Мила - Страница 37

— Ты оставил там телефон?

— Оставил. Не могу поверить, что она пошла туда. – Недоверчиво произнес Макс. Он вырос в братве, и мысль о том, что кто-то может быть таким невинным, как Мэллори, была ему чужда.

— Она не задержится надолго. Все время следи за ней, но не вмешивайся. Она моя, и я сам заберу её.

Глава 26

Молли

Первым делом я отправилась в свою квартиру и прокралась внутрь. Там меня ждала дорожная сумка с деньгами и одеждой. Без сумки у меня ничего не было за душой.

Я чувствовала на себе взгляд, как только вышла из метро, и не только со стороны равнодушного кассира, который наблюдал за тем, как я перепрыгнула через турникет. Все было так же, как неделю назад, когда невидимые глаза, казалось, следовали за мной, куда бы я ни пошла. Записи с камер наблюдения со всех мест, где я бывала, не выходили у меня из головы. Это был он. На меня смотрели его глаза, выжидающие и наблюдающие.

Может, у меня была паранойя? Не мог же Кирилл поручить кому-то следить за мной? Его брат вырубил его охрану. У меня было примерно полчаса, прежде чем он придет за мной.

Выследит меня.

Я поднялась наверх, к своей двери. Все, что я могла сделать, – это попытаться подергать расшатанный замок и надеяться, что тот откроется. Мое сердце стучало в ушах, когда дверь распахнулась. Я догадывалась, что Кирилл знает, где я живу. Он преследовал меня, но я надеялась, что смогу оторваться от него. Я не ожидала, что он будет настолько подготовлен.

Квартира была пуста, пылинки танцевали в свете, струящемся через окна. Внутри ничего не было, и невозможно было представить, что всего несколько дней назад это был дом. Дерьмовая, небезопасная пародия на дом, но, тем не менее. Мой дом. Все, что у меня было, находилось внутри этих тонких, покрытых пятнами стен. Теперь все это исчезло.

До меня донесся звук пластика, тихо вибрирующего по дереву. Я побрела к нему, чувствуя себя так, словно попала в эпизод «Сумеречной зоны». На полу лежал телефон той же марки и модели, как я бросила в реку десять минут назад. Я подняла его, и мой палец щелкнул по символу ответа, прежде чем я успела решить, что это ужасная идея.

— Вижу, ты познакомилась с моим братом. – Глубокий, теплый голос Кирилла прозвучал у меня в ухе.

Я схватилась рукой за голову и обернулась, ожидая, что он внезапно нависнет над моим плечом, как демон во всем черном.

— Да, приятно видеть, что психотические наклонности наследственные в вашей семье.

— Что я могу сказать? Яблоки недалеко упали от яблони, – сказал Кирилл. — Теперь, если ты еще не поняла, ты больше не живешь там, Молли. Возвращайся, пока не разозлила меня. Я тебе не понравлюсь в гневе, принцесса.

— Ты мне и сейчас не нравишься, – категорично заявила я.

Кирилл усмехнулся.

— А я думал, ты любишь меня. С возрастом ты стала переменчивой, Мэллори.

— А ты стал невменяемым. Ты, должно быть, под кайфом, если думаешь, что я добровольно приду к тебе. Мечтай. Ты сыграл в свою больную игру. Теперь всё кончено. – Мой голос звучал ровно, хотя пальцы дрожали.

— Я так не думаю. Я думаю, что игра только начинается. Тебе негде жить, у тебя нет работы, нет друзей, к которым можно убежать, нет денег, нет надежды, нет безопасного места, где ты могла бы спрятаться от меня. Я – все, что у тебя осталось, Молли. А что касается того, что ты придешь добровольно... как сейчас поживает твоя мать?

От ужаса у меня закружилась голова, а желание расцарапать что-нибудь вызвало дрожь во всем теле.

— Не трогай её. Не приближайся к ней. – Я оборвала свои слова, понимая, что они бесполезны. Разумеется, он отправится к Маре. Это была бы мгновенная победа.

— Приди и останови меня. Лучше поторопись. 10я, Парк Авеню, верно?

— Ты напрасно тратишь время на угрозы. Я тебя не боюсь, – солгала я.

Кирилл хмыкнул.

— Не будь скучной, Молли. Конечно, боишься.

В ухе раздался гудок, и я надолго застыла в оцепенении. Желание спастись бегством и желание помчаться к Маре были одинаково сильны. Но отправится к Маре означало позволить Кириллу поймать меня.

Я крепко сжала телефон и издала отвратительный крик разочарования, желая впечатать что-нибудь в землю, предпочтительно его лицо. Я сморгнула слезы и оглядела дом, в котором прожила почти год. Все, чем я владела, исчезло. У меня ничего не было и мне некуда было идти.

Он был прав. Я крепко сжимала телефон в руке, тяжелый и реальный.

На краю моего подсознания мелькнула мысль, медленно формируясь.

Дрожащими пальцами я набрала номер «Синего кролика», молясь, чтобы Тео был там.

— Подруга, что происходит? Я слышал, что ты уволилась и не отвечаешь на звонки. Ты ушла с последней смены с опасным на вид красав..

— Слушай, у меня нет времени вводить тебя в курс дела, но я обещаю, что расскажу всё. Ты все еще встречаешься с тем копом?

Я кралась по коридорам дома престарелых «Благодатный рассвет», вздрагивая при каждом звуке. Для посещений было уже поздно, но я знала, что Кирилла это не остановит. Впереди виднелась мамина комната, а в открытом дверном проеме зияла темнота. Был ли он уже там? И не все ли равно?

Я не могла оставить ее наедине с ним.

Несмотря на последние двадцать четыре часа, детали все еще не складывались в общую картину. Я не могла смириться с тем, что отец Кирилла Льюиса – тот самый человек, от которого Генри убегал все это время. Я не могла поверить, что мальчик, которого я так отчаянно любила, преследовал меня не для того, чтобы воссоединиться, а чтобы отомстить.

Я остановилась у двери. Небольшая вспышка оранжевого пламени была единственным признаком того, что в комнате был кто-то еще. Аромат дымной черной вишни наполнил комнату, пока мои глаза медленно адаптировались, и я смогла увидеть его силуэт, сидящий в кресле рядом со спящим телом Мары.

— Расскажи мне, что произошло той ночью, – попросила я у призрака в тени.

Он курил, и только тихий шуршащий звук заполнял тишину.

— Я думал, Николай рассказал об этом.

— Я хочу услышать это от тебя.

— Почему? Ты думаешь, что это что-то изменит? Этого не будет. Я пошел к своему отцу ради тебя. Согласился на его условия ради тебя. Он раздробил мне ногу, чтобы я не горевал о смене рода деятельности. А затем я притащился домой и обнаружил, что тебя нет.

— Генри заставил меня уехать.

— Это было семь лет назад, Молли. Что тебя так задержало?

— И все же ты тоже только сейчас нашел меня. Ты сменил имя! Я не хотела, чтобы это заняло столько времени…

— Но случилось то, что случилось и возвращаться к этому слишком поздно. – Он внезапно встал, и я напряглась. Я находилась слишком далеко, чтобы он мог до меня дотянуться, но он был быстр, и мне нужно было быть готовой к бегству. — Нет смысла в сожалениях. Я устал от них.

— Ты собираешься убить меня?

— Зачем мне это делать, когда я только нашел тебя?

— Что тебе от меня нужно? Если ты хотел разбить мне сердце, то тебе это уже удалось. Браво. Выяснение правды о той ночи сделало бы свое дело и без притворства со мной длиною в целую неделю.

— Но я так наслаждался твоим волнением и чистой, незапятнанной радостью. Я также наслаждаюсь и сейчас, – тихо сказал он.

В сердце словно вонзили нож.

— Так ты теперь монстр? В этом все дело? Ты будешь использовать это как оправдание, чтобы вести себя так, как тебе вздумается, потому что я этого заслуживаю, мать твою?

Комната наполнилась медленными хлопками.

— Ты всегда умела понимать ужасных людей, Молли, и благодаря тебе я теперь отношусь к их числу.

— Думаешь, я не страдала все эти семь лет? – Я попыталась изменить тему разговора, но Кирилл не поддался на уловку. Он был таким же упрямым, как я.

— Уверен, что страдала, но это был твой выбор. Итак, ты пойдешь добровольно, или мне придется тащить тебя отсюда с пинками и криками? Легкий путь или трудный, принцесса?