Цирковые твари (ЛП) - Пирс Эйден - Страница 42

Демон появился в следующий стремительный удар моего сердца. Как всегда, без рубашки, выглядящий просто одуряюще, когда неоновый свет переливался на его татуированном теле.

Золотистые глаза Демона сверкнули огнем, когда он увидел меня на алтаре: монашеская ряса была сдвинута на бедра, а блестящая новая железка плотно облегала таз.

— Что ты, мать твою, сделал с ней, Алистер?

— Я сделал ее своей так, что ты не сможешь сделать ее своей.

28

Остерегайся собаки

Демон

Рычание вырвалось из моего горла, когда я ворвался в палатку. Любое другое чудовище отступило бы, но Алистер даже не дернулся. Стоял, нахмурившись так, словно он грустил о погоде, а не о том, что вырвал мое чертово сердце.

— Ты предал меня.

Неприязнь исказила черты лица тени.

— Не устраивай сцен, Демон. Не перед последним пополнением нашей труппы.

Мое внимание переключилось на Мэг, которая сидела с раздвинутыми ногами на алтаре, и пирсинг в ее сосках отсвечивал в фиолетовом свете шатра.

Алистер надел на ее нижнюю часть тела какое-то приспособление, снабженное магическим замком. Что-то вроде… Моя кровь похолодела, а затем снова стала горячей, когда осознание этого факта запульсировало в моих жилах.

Это пояс целомудрия.

Я умолял ублюдка избавить эту женщину от моей извращенной натуры. И что же он сделал? Он надел на нее гребаный пояс целомудрия.

Я медленно перевел взгляд на него. Огонь в моих глазах настолько вышел из-под контроля, что я увидел отражение в изумрудных глазах Алистера.

— Если ты не хотел, чтобы я устраивал сцену, не надо было бить меня ножом в спину.

— Ты слишком драматизируешь, Питомец. Успокойся, пока не потерял контроль над своей сущностью. Мы бы не хотели накалять ситуацию.

— Да пошел ты, — прошипел я, и слюна полетела прямо в него. Он дематериализовался и сформировался через мгновение, выглядя спокойным и собранным, но я знал его достаточно хорошо, чтобы понять — я проникаю под его холодную кожу.

Хорошо. Ему это не сойдет с рук. Он не собирался нагнуть меня на бочок и трахать меня вот так, без того, чтобы я не запихнул ему в глотку дозу его собственного лекарства.

— То, что я обещал, это попытаться отпугнуть ее. Я не нарушаю своего слова, а если бы и нарушил, то никакого контракта не было.

Я в недоумении уставился на тень.

— Я и не думал, что он мне нужен. За все годы, что я тебя знаю, ты никогда так со мной не поступал. Ты используешь этот серебряный язык для других монстров. Но не со мной.

— Я делаю это для тебя, питомец. Ты сильно хочешь ее. Ты хочешь овладеть ею и взять ее в пару, и хотя я не могу потворствовать этому, поскольку ты наверняка убьешь ее, я могу держать ее рядом с тобой. Она может согреть нашу постель. Если ты будешь хорошо себя вести, я даже позволю тебе войти в ее девственную киску. Разумеется, под моим присмотром, чтобы ты не перевоплатился.

Алистер улыбнулся Мэг, которая, казалось, была парализована нашим обменом мнениями. Вероятно, она в шоке, до нее наконец-то дошло, что она только что стала личной собственностью тени.

Но Алистер смотрел на нее не так, как когда-либо смотрел на женщин… Нет, это было невозможно. Он никогда раньше не проявлял интереса к женщинам.

— Ты закрыл ее под замок для меня, Алистер? — Я сделал шаг ближе к нему, съедая то небольшое пространство, которое оставалось между нами. — Или для себя?

Я никогда не боялся дьявола. Никогда. Но сейчас, видя, как зловещая улыбка застывает на его вороватом лице, я почувствовал это. Впервые в жизни я боялся Раздора и того, что он может сделать с моей парой.

— Разве она не может быть лакомством для нас обоих? Чем-то, что можно разделить? Представь, как мы можем повеселиться.

— Ты делаешь это только для того, чтобы помучить меня.

В глазах теневого демона мелькнула обида.

— Я не хотел причинять тебе боль.

Я подошел ближе, оскалив зубы.

— Тогда скажи мне, почему ты так поступаешь со мной.

Он ничего не ответил, оставаясь неподвижным, как статуя. Я подождал еще несколько секунд, прежде чем мое терпение лопнуло, как хрупкая резинка. Я схватил его за горло и толкнул на алтарь.

Он не сопротивлялся. Он мог бы уничтожить меня одним щелчком пальцев, если бы захотел. Вместо этого он позволил мне толкнуть его на алтарь. Мэг отползла назад, и Алистер упал в колыбель ее ног.

Мне было неприятно это признавать, но он хорошо там смотрелся. Мой член уплотнился в штанах при виде его между ее бедер. Это только подогрело мой гнев. Я не хотел наслаждаться тем, что он лежит рядом с ней.

Но мне понравилось. Настолько понравилось, что внутри меня зашевелился адский зверь.

Моя рука сжалась на его горле.

— Скажи мне, блядь, почему ты так поступаешь со мной?

— Потому что я тоже хочу ее.

Мои мышцы напряглись, и я сдерживал свою ярость, пока она когтями вырывалась на свободу.

— Для чего? Для твоего шоу?

— Для моего шоу. Для моей постели. — Алистер нахмурился, превратившись в маниакальную улыбку. — Для всего, что захочу, гончая.

Я скрежетнул зубами, и моя рука придушила его еще сильнее. Поскольку кожа была не его собственная и не могла зажить должным образом, это оставит на шее постоянное ожерелье синяков.

— Ты не хотел прикасаться к женщине за те тысячи лет, что я тебя знаю. Почему сейчас? Почему именно она? Твой вид даже не жаждет найти пару. Твои чудовищные порывы не требуют, чтобы ты связал себя с ней.

— Может быть, и нет, — сказал он, его голос был настолько ровным, что это только еще больше разозлило меня. — Но я что-то чувствую к ней. И этого достаточно, чтобы не отпускать ее.

Внутри меня все оборвалось. Я смотрел на него с такой яростью, какой еще никогда не испытывал.

— Если я тебе небезразличен, ты отпустишь ее.

— Дорогой, ты мне более чем небезразличен. Ты был единственным пламенем в самых темных глубинах Ада. Моим светом во тьме. Но я не могу отпустить ее. Теперь она моя. Она наша.

— Наша, — выплюнул я со смехом, от которого дьявол вздрогнул. — Она никогда не будет по-настоящему нашей, Хозяин. Если мы попытаемся присвоить Мэг, мы убьем ее. А я не из тех, кто мучает себя, имея любовницу, с которой не могу создать настоящую парную связь.

Я понял свою ошибку сразу же, как только слова покинули мой рот.

Но возвращать их назад было уже поздно.

За спокойным взглядом дьявола надвигались темные, похожие на бурю тени.

— Разве я не умолял тебя пометить меня годами? Или я для тебя не любовник? Я просто хозяин, которого ты трахаешь, потому что это твоя работа? Может быть, теперь ты поймешь, через какие муки меня протащил.

Моя грудь вздымалась, гнев поднимался внутри меня, как прилив, и грозил утопить.

— Так вот что это такое? Мое наказание за то, что я не назвал тебя своей парой?

Он не ответил мне. Он лишь холодно смотрел на меня с того места, где я держал его на алтаре. Мэг оставалась неподвижной, не смея пошевелиться.

— Раз уж ты так любишь заключать сделки, как насчет этой, Хозяин? — В моем голосе звучала едкая кислота, я сгорбился, мое лицо было в дюйме от лица Алистера. — Отпусти ее, и я дам тебе то, что ты хочешь. Я дам тебе свою метку.

Дьявол охотился за моей меткой годами, веками. Почти столько же, сколько я его знаю. Я отказывал ему, потому что после того, как я убил свою пару, поклялся никогда больше не пытаться связать себя с другими. Он переживет меня. Но это не имело значения. По крайней мере, тогда это не имело значения.

И теперь, когда я наконец сдался, не знал, какой реакции ожидать. Я не ожидал, что он будет смеяться мне в лицо.

Истерический смех вырывался из него, его безумная ухмылка растянулась от уха до уха.

— Вот здорово! Наконец-то меня спарят с человеком, которого я люблю, но не потому, что он любит меня в ответ, а из-за какой-то полукровки, которую он знает всего один день. Ответ — нет, гончая. Кроме того, сделка заключена. Она подписала контракт. Теперь его не разорвать. Даже если бы я захотел.