Цирковые твари (ЛП) - Пирс Эйден - Страница 44

— Почему ты здесь? Убирайся, пока он…

Поздно…

Демон перепрыгнул через своего хозяина и приземлился между нами, от его веса задрожала земля. Гончая мчалась в мою сторону, шерсть на загривке стояла дыбом. Жар от его пламени был настолько сильным, что шипы на ошейнике горели, как только что выкованный металл.

В последней отчаянной попытке не дать оторвать себе голову, я выпустила в едкий воздух свои феромоны. Гончая напряглась, ноздри дернулись. Прежде чем я успела среагировать, он бросился вперед, ткнулся мордой мне в грудь и повалил меня на задницу.

Я приготовилась к боли.

Но она не пришла. Ни на мгновение.

Демон издал рычащий звук, который пронзил меня до глубины души, воспламенив мои внутренности. Его когти вцепились в платье, срывая его с моего тела. Оно сгорело в считанные секунды. Но я даже не почувствовала жар на своей коже.

Это потому, что я была в форме суккуба? Нет. Крылья и рога не давали иммунитета к огню. Верно?

Демон толкнул меня в таз, его морда громко стукнулась о пояс целомудрия. Мое сердце сжалось, когда его огромные, расплавленные глаза встретились с моими. Затем я почувствовала их. Его эмоции были бурными и едкими. Но он не хотел причинить мне боль.

Он хотел сделать меня своей.

Его огромные клыки вгрызлись в цепи моего пояса и потянули за них с такой силой, что я покатилась по земле. Его руки, по форме напоминающие мужские, держали меня в клетке, и со своего места я поняла, откуда у него репутация трехголовой гончей.

Он зарычал, пытаясь прорваться сквозь пояс, не пытаясь причинить мне вреда, но один из его резцов вонзился в мою плоть, и в воздухе запахло кровью.

Из темного дыма показалась плеть и ударила по спине Демона. Его голова дернулась вверх, но одна из моих цепей зацепилась за его зубы, и он подбросил меня на несколько футов в воздух. Мои жалкие крылышки хлопали, словно могли удержать меня хоть на секунду. Зажмурив глаза, я приготовилась к падению на землю. Но вместо этого сильные руки обхватили меня и прижали к твердой груди.

Я открыла глаза, ожидая увидеть тень Алистера, и сердце у меня екнуло, когда я увидела самого Алистера, прижимающего меня к себе. Чтобы поймать меня, ему пришлось перейти в человеческую форму.

Хотя я казалась огнестойкой, человеческая кожа Алистера была не такой. Пламя пожирало его, разъедая плоть и не оставляя ничего, кроме тьмы внутри.

— Проклятье. — Его вздох пощекотал мне ухо. — Мне очень нравилась эта кожа.

— Мне жаль.

— Если я скажу тебе уйти в этот раз, ты послушаешься?

Я кивнула, позволяя его тени появиться и подхватить меня на руки. Он встал, сделал шаг к Демону, затем снова посмотрел на меня с таким уязвимым выражением лица, что у меня все тело запульсировало.

Даже когда его шелушащееся лицо превратилось в угольки, мне хотелось его поцеловать.

— Я говорил серьезно, Мегера. Теперь ты моя. Я сделаю все, что потребуется, чтобы защитить любимых питомцев. — Тень облизнула обугленные губы, опустив взгляд на мой пояс целомудрия. — Даже если для этого придется надеть намордники на вас обоих.

30

Месяц спустя

Мэг

Я проснулась от стука. Открыв глаза, я обнаружила в своей постели Риффа и Раффа. Рифф согнулся между моих ног, а Рафф раскинулся рядом, положив голову на руку.

Не разбудив меня, Рифф успел спустить мои шорты до щиколоток и теперь возился с поясом целомудрия, пытаясь расстегнуть его, наверное, в сотый раз.

— Похоже, спящая красавица проснулась, — промурлыкал Рафф, когда я задвигалась. — Может быть, поцелуй снимет проклятие.

Одарив сонной улыбкой, я поцеловала его, а затем со стоном упала обратно на подушку.

— Если бы это было так просто, этот дурацкий металлический подгузник исчез бы уже несколько недель назад.

Рифф пожал плечами и сел в расслабленной позе между моих ног, бездумно наматывая на палец цепочку на моем бедре.

— По крайней мере, это сексуальный металлический подгузник.

Я снова застонала в подушку, и матрас затрясся от смеха Раффа.

— Нет. Это больше похоже на сексуальное металлическое бикини. В стиле рабыни Леи. Новая идея для выступления.

— Может быть, после одного сезона нашего нынешнего. Переодеться католическими экзорцистами и терроризировать нашего девственного суккуба? Мне еще долго не надоест.

Перевернувшись на спину, я посмотрела на своего инкуба сквозь путаницу розовых волос.

— Как вы вообще сюда попали? Я заперла дверь.

— О, но ты не закрыла окно в ванной. Тебе действительно нужно начать запирать эту хрень, детка. Не хотелось бы, чтобы местная шпана вломилась сюда и смотрела, как ты спишь.

— Разве можно нас винить? Твой фургон намного лучше нашего. К тому же, в нашем нет сексуального суккуба, которая во сне похожа на ангела.

— А звучит как шлюха.

— Что значит, что я звучу как шлюха?

— Ты стонешь во сне, детка. Особенно прошлой ночью. — Глаза Риффа вспыхнули сквозь его голубые локоны. Я любила их обоих такими. С чистым от грима лицом, в одних черных джоггерах. Любила их и тогда, когда появлялась краска, и мы могли отрываться на глазах у монстров, которые платили за привилегию наблюдать за нашим безумием.

— Мы тебе приснились? — Он высунул язык и провел им по уголку рта, растянутого в игривой ухмылке, а его пальцы постукивали по металлическому сердцу-замку, висящему над моим центром. — Может быть, это сон, где мы наконец-то погрузились в твою маленькую тугую киску?

Они одержимы желанием трахнуть меня в то единственное место, где они еще не были. Мы все одержимы. Мы секс-демоны, черт возьми.

— Боже. Трахните Алистера.

— Осторожно. Упомянешь дьявола, и он придет.

Я посмотрела на Раффа, гадая, понял ли он иронию своих слов. Нет, не понял. Никто, кроме меня и Демона, не знал, кто такой Алистер на самом деле.

Я хотела поговорить о том, что произошло с адской гончей в ту ночь, когда я подписала контракт с Алистером. После той ночи я проверила свою устойчивость к огню и получила ожоги. Только к пламени Демона я по какой-то причине оказалась невосприимчива. И каждый раз, когда я находила возможность поговорить с ним, он находил способ оправдаться.

Я почти не замечала его неприязни ко мне. Его холодное отношение ранило еще сильнее.

Он презирал меня за то, что я пошла на сделку с Алистером, хотя знала, что он Раздор. Я поняла, почему. Но его внезапная незаинтересованность во мне была больнее, чем если бы меня действительно обожгло его пламя.

Не то чтобы я не расплачивалась за свое безрассудство.

Этот пояс целомудрия просто сука. Находиться все время рядом с Риффом и Раффом здорово, но мы еще и секс-демоны. Не иметь возможности прикасаться к ним просто охренительная пытка.

По крайней мере, когда я мылась с этой штукой, магия растворялась, и я могла удовлетворить себя, чтобы хоть как-то успокоиться. Но стоило кому-нибудь приблизиться, как магия снова вступала в силу.

Как близнецы продержались так долго, не прикасаясь ко мне? Прошло почти двенадцать часов. Это, должно быть, рекорд. Наши тела постоянно вырабатывали мощные феромоны, превращая сам воздух, которым мы дышали, в афродизиак.

— Я хочу есть.

Рафф вскинул брови.

— Еду? Или нас?

— И то, и другое. Просто положи мне что-нибудь в рот.

Рифф гоготнул, поднялся с кровати и, по-кошачьи вильнув хвостом, отправился на кухню.

— Я оставляю это на тебя, брат. Поскольку у меня было больше времени на арене прошлой ночью.

Рафф перекатился, и его горячий взгляд впился в меня. Он не носил контактных линз, и как бы мне ни нравился кислотный клоунский стиль близнецов, я обожала его натуральные зеленые глаза. Они подходили к цвету его волос, а у Риффа были лазурно-голубыми.

Его коготь прошелся по моей грудине, и я обмякла под ним.

— Не порви эту майку. Она моя любимая.

Он разглядывал привидение на моей футболке, хмурясь так, словно оно оскорбило лично его мать. Рафф не любил рвать на мне одежду. Стянув футболку через голову, он отбросил ее в сторону. Его руки опустились к ширинке, и через мгновение он уже был на свободе.