Карнавал тварей (ЛП) - Пирс Эйден - Страница 52

Демон навис над мужчиной, уперев ботинок ему в поясницу, прижимая его к земле. Он выглядел так угрожающе, поэтому тот факт, что он держал сладкую вату для Мэг, пока она наносила удар мужчине в задницу своим мечом, был странно милым.

— В чем дело? Ты постоянно насилуешь женщин. Они умоляют тебя остановиться, а ты не делаешь этого. Так почему же я должна оказать тебе такую ​​любезность?

Ее голос стал громче от ярости, и она вонзила меч глубже в его задницу.

Это напомнило мне тот день, когда мы с ней встретились, когда мы с Раффом работали в «Логове» перед представлением. Мы видели, как она убила того вурдалака, который напал на бедную девушку.

Похоть брата витала в воздухе, смешиваясь с запахом попкорна и гнилым ароматом страха и жалости.

Список наших причудливых извращений был довольно обширным, но смотреть, как наша Предвестница справедливости наносит удар мечом в задницу насильника, в то время как самый большой и крутой альфа в труппе держит ее закуску? Это точно входит в топ три, определенно.

Первобытный стон вырвался из горла Раффа, когда он наблюдал за ней. Я стоял рядом с ним, прилагая все силы, которые у меня были, — а их было немного, — чтобы не перевоплотиться в истинную форму и не отметить ее прямо здесь и сейчас.

У Мэг нет возможности сбежать этой ночью без наших меток на ее теле, которые присоединятся к меткам Демона и Алистера. Мы ждали достаточно долго, и, с благословения Раздора, больше не было причин ждать.

Получив еще несколько ударов, насильник сильно забился в конвульсиях. Острый ужас исходил от него, словно лужа крови, растекающаяся под его телом. Затем он безвольно распластался под ботинком Демона.

Мегера молча смотрела на тело, ее грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Костяшки пальцев сжались вокруг рукояти меча.

— Чертов ублюдок. Кто вообще убирает эти тела? Так много крови и кишок повсюду — серьезная опасность, можно поскользнуться.

Мое сердце на несколько ударов замерло, когда я увидел ее поступок. Она симулировала гнев, чтобы скрыть тот факт, что убийство этого человека доставило ей не такое удовольствие, как она, вероятно, ожидала.

Адская гончая убрал с трупа свой ботинок и сжал своей огромной рукой ее плечо. Он крепко прижал ее к себе и провел губами по шее, целуя в горло.

— Он заслужил это. Все эти люди этого заслуживают, помнишь?

Даже Демон мог уловить исходящую от нее легкую вину.

Она кивнула и заметно расслабилась, окутанная его теплом.

— Извини. Иногда я испытываю человеческие эмоции, которые просто вспыхивают из ниоткуда.

— Ты все еще наполовину человек. Время от времени тебе разрешено по-человечески реагировать на вещи.

Она обернулась и всмотрелась в сияющее золото его глаз. Должен признать, они хорошо смотрелись на фоне его бело-черного скелетного грима.

— Ты не был поклонником моей человечности, когда я впервые присоединилась к труппе.

— Потому что я думал, что человечность делает тебя слабой. Но это не так.

Она выдохнула, закрыла глаза и кивнула.

Решив, что пришло время прекратить эту сентиментальную сцену, я вышел на открытое пространство и прочистил горло, чтобы объявить о нашем прибытии.

— Ой, разве это не мило, Рафф?

Мой брат зловеще рассмеялся, хотя его глаза сияли обожанием, когда он смотрел на Мэг.

— Идеальная картина. — большими и указательными пальцами он создал рамку и поднял ее. — Идеальная обложка Hallmark. Насильник с разорваной задницей и торчащими внутренностями действительно связывает все воедино.

— Отвали, — сказала она, не в силах сдержать улыбку на лице. — Где, черт возьми, вы были, ребята?

Я пожал плечами.

— Ой, ну знаешь. Наслаждались жутким праздником. Рафф разорвал горло священнику, который любил прикасаться к маленьким мальчикам. Это было довольно круто. О, и Лолли дала нам бесплатный крендель. Кажется, она в хорошем настроении.

Мне понравилось, как загорелись глаза Мэг, когда она окинула нас взглядом и прикусила нижнюю губу. Я не уверен, было ли это неосознанно, но она часто делала так, когда была голодна. Тот тип голода, который не сможет излечить палатка с едой Лолли.

— Итак, ребята, вы уже поели?

— О, мы все еще голодны.

Я переключил свое внимание на Демона, готовый задать вопрос, на который уже знал ответ. Мы рассказали ему, что планируем сделать с ней сегодня вечером. Он действительно изменился, потому что его не разозлила эта идея.

Он был возбужден.

— Не возражаешь, если мы одолжим ее на остаток ночи?

36

Туннель Греха.

— Я удивлена, что вы двое не в истинной форме. Алистер разрешил всем разгуливать по карнавалу в самых страшных своих обличьях.

Я посмотрела на близнеца слева от меня, а затем на другого — с права. Каждый держал меня за руку, пока мы шли по карнавалу. Они обменялись взглядами поверх моей головы, а затем снова посмотрели на меня.

— Мы ждали тебя, — сказал Рафф, а Рифф добавил:

— Мы решили отпраздновать это событие, устроив грандиозный пир.

— Ох. — мой язык пересох во рту, поскольку вся влага в моем теле, казалось, ушла, как только я поняла их значение. — Ох.

Я резко остановилась, когда увидела Синклера, участвующего в игре «Проверь свою силу».

— Эй, Син! Поздравляю со связью с Лолли!

Выражение лица вампира прояснилось, когда я приблизилась, его кроваво-красные глаза сверкали в мигающих огнях карнавала. При упоминании Лолли его щеки залил румянец. Должно быть, он недавно поел.

— Спасибо. Я до сих пор удивляюсь, что она позволила мне это сделать.

Рифф усмехнулся.

— Я удивлен, что ты все еще цел.

— Ха! Правда? — Синклер указал на молоток, прислоненный к металлическому счетчику с колоколом, закрепленным наверху. Рядом была табличка с изображением желтовато-коричневой горгульи, напрягающей мускулы. — Ребята, хотите попробовать? Можете выиграть голову!

Мое внимание переключилось на стойку с призами. Если бы это был человеческий карнавал, он был бы полон ярких плюшевых мишек, надувных молотков и светящихся палочек, мигающих в темноте. Однако этот карнавал был порожден мрачным воображением Алистера, поэтому на стойке с призами не было ничего, кроме отрубленных голов грешников.

Я поморщилась.

— Э-э, нет, спасибо, Син. У меня нет свободного места в шкафу для отрубленных конечностей.

Мы попрощались с вампиром и лавировали между игровыми павильонами, ларьками с едой и остановились, когда заметили голову кабана, возвышающуюся над толпой людей.

Ларри был в образе Мясника, а это означало, что он практически обнажен, за исключением небольшого фартука, повязанного вокруг его талии, который едва мог прикрыть его, э-э, «мясо». Его пальцы-сосиски сжимали тесак, прислоненный к плечу. На удивление, лезвие оказалось чистым.

— Какое у тебя количество убийств, приятель? — спросил Рафф, когда мы подошли.

Его свиная морда изогнулась от фыркания.

— Ноль. Босс сказал, что мне не нужно никого убивать. Просто надо их напугать и помочь собирать тела.

Алистер был загадкой, которую, сомневаюсь, что мне когда-нибудь удастся полностью разгадать. Он был сложным, временами коварным, а иногда приводящим в ярость. И не так уж глубоко внутри он был добр к людям, которые этого заслуживали. Он знал, что Ларри слишком добросердечен, чтобы убить кого-либо, даже тараканов. Значит, не Алистер его создал.

Мы постояли с Ларри какое-то время, гадая, что привлекло его внимание. До меня дошло, что мы стоим в нескольких павильонах от торговой палатки, которой управляли сестры-горгоны. Он смотрел на Молли.

Человек-мотылек Роуч сидел у стойки и болтал с мрачной горгоной. Судя по раздражению, отразившемуся на ее лице, она не получала удовольствия от разговора.

— Они могли бы стать хорошей парой, не так ли? — прогрохотал великан, скорее для себя, чем для нас.