Обещание сердца - Скотт Эмма - Страница 75

На глазах выступили слезы.

– Чего же ты хочешь, Адриан? – прошептала я.

Ответа у меня не было. Зато теперь я четко знала, чего хочу сама, и это не имело отношения ни к статьям, ни к громким историям.

Схватив сумку, я направилась к выходу.

До шестнадцатого округа, где жил Адриан, я добралась на метро. Вечернее солнце заливало окрестности янтарным светом, словно на старой фотографии в тонах сепии. Стоило мне взойти на лестницу, как из дома вышли две девушки – те же, что встретились мне в прошлый раз, когда я приходила брать интервью у Адриана.

– О, привет, – поприветствовала я, останавливая их на полпути. Они были примерно моего возраста и напоминали студенток колледжа, решивших провести субботний вечер вне дома. – Вы подруги Софи?

Девушки окинули меня странными взглядами.

– Не совсем, – ответила одна из них.

– Мы здесь живем, – отозвалась вторая, а затем они поспешили мимо меня вниз по лестнице.

Я нахмурилась.

«Они здесь живут?»

Я постучалась и уже приготовилась терпеливо ждать, пока Софи откроет. Однако дверь неожиданно распахнулась. На пороге возникла мадам Руссо, усталая, с покрасневшими глазами и немного растрепавшейся прической.

– А, это вы, – выдохнула она и плотнее запахнула халат. – Чем могу помочь?

– Я пришла к Адриану, – сообщила я.

– Адриана сейчас нет дома, – бросила мадам Руссо. Казалось, только изысканные манеры мешали ей захлопнуть дверь прямо у меня перед носом. – Я передам, что вы заходили.

– Подождите, пожалуйста…

– Вы и так уже причинили достаточно вреда.

Я удивленно раскрыла рот.

– Я? Но что я сделала?

– Роберт мне все рассказал, – ответила мадам Руссо. – Адриан бросился на Оливера, потому что тот оскорбил вас.

Сердце бешено забилось в груди, а потом рухнуло куда-то вниз.

– Оскорбил… меня?

– Oui! – рявкнула мадам Руссо. – Если бы вы не сунули свой нос в дела Адриана, ничего этого не случилось бы. Он бы сыграл в финальном матче, а мы… – Она резко оборвала себя и покачала головой.

Я заметила притаившуюся в коридоре Софи, которая придерживалась за стену.

– Мне очень жаль. Я не хотела…

– Они проиграли, юная леди.

– Проиграли? – с удивлением переспросила я. – Но они вели со счетом два – ноль.

– «Лион» сплотился, и «Пари Сентрал» всего с десятью игроками – без участия моего сына – не смогли выстоять против них. Наша команда проиграла, а та, что занимала четвертое место, выиграла матч. «Пари Сентрал» теперь снова опустилась на строчку ниже и практически не имеет шансов на продвижение вперед. Если они не победят в финале… – Мадам Руссо заметно побледнела, но гордо вскинула голову. – Как я уже сказала, Адриана нет дома. Всего доброго.

С этими словами мадам Руссо все же захлопнула дверь прямо передо мной. Я потрясенно уставилась на старую облупившуюся краску, должно быть, некогда смотревшуюся очень изысканно.

«Адриан получил красную карточку из-за меня».

При мысли о том, что он защищал мою честь, по телу прокатилась легкая дрожь. Но волнение быстро схлынуло, стоило мне представить, чего Адриан мог лишиться… вдобавок ко всему прочему.

Я опустилась на ступеньки на крыльце дома. Возможно, Адриан задержался, потому что помогал отцу устроиться в пансионате, и сейчас уже спешит домой. Или, может быть, он давно вернулся, а после снова куда-то ушел. Но я готова была ждать его, невзирая на время. Хоть до поздней ночи, если придется.

Несколько минут спустя входная дверь открылась, и на крыльцо с трудом вышла Софи. Заходящее солнце отбрасывало тусклые блики на охватывающие ее ноги скобы. Я поднялась и увидела, как она обеими руками вцепилась в перила лестницы.

– Софи…

– Адриан здесь не живет, – почти шепотом сообщила она.

Я удивленно моргнула.

– Не живет?

Она покачала головой.

– Мы сдаем его спальню и комнату для гостей двум девушкам, студенткам университета. – Она заправила прядь волос за ухо. – Нам нужны деньги.

– Но где же тогда Адриан?

– Он живет в восемнадцатом округе, в доме номер 23 по улице Каси. Он не обрадуется, что я тебе рассказала, но ты ему нравишься. – Софи застенчиво улыбнулась и потупила взгляд в землю. – И я знаю, что ты не возражаешь.

– Против чего?

– Нашей ситуации. – Софи взглянула на дом. – Мне нужно идти. Мама отдыхает, но лучше ей не знать, что я с тобой разговаривала. – Она повернулась ко мне и застыла, не в силах посмотреть мне в глаза. – Это будет наш секрет?

– Конечно.

Софи споткнулась, но тут же восстановила равновесие.

– Помочь? – поинтересовалась я.

– Я справлюсь. Я способна на большее, чем думает мама, – сказала Софи, и я почувствовала сокрытую за ее словами невероятную силу. У двери она обернулась. – Передай Адриану, что я сожалею… Впрочем, нет. – Она покачала головой и тихо рассмеялась. – Мне вовсе не жаль. Ты мне нравишься. И подходишь ему. А я ведь должна беспокоиться о благе брата, верно?

– Верно, – согласилась я, странно гордясь ей. Эту хрупкую девушку с трудом можно было представить в роли чьего-то защитника. Многие бы с этим согласились. Я и сама так думала – вплоть до этого момента.

Убрав руку с перил, Софи помахала мне на прощание и вошла в дом.

Что ж, теперь у меня имелся его адрес. И еще парочка вопросов.

Я направилась к метро, но, добравшись до улицы Каси, в потрясении застыла на месте.

Я уже знала эту улицу…

Всего несколько часов назад я приходила сюда вместе с Адрианом и его отцом. Адрес, который дала мне Софи, значился на вывеске обветшавшего пансионата с бордовым навесом, куда Адриан не так давно увел своего отца.

За прошедшие годы на входной двери осело слишком много слоев краски, из-за чего она открывалась с некоторым трудом. За ней находился тесный полутемный вестибюль, от которого тем не менее веяло теплом и уютом, и я немного расслабилась. Благодаря темно-бордовому ковру на полу и обоям, сочетавшимся по цвету с навесом над входной дверью, небольшое помещение казалось еще меньше. Висевшие на стенах черно-белые фотографии были сделаны еще в далеких сороковых годах. В воздухе висел едкий сигаретный дым.

Из задней комнаты вышла полная женщина шестидесяти лет с небольшим, с копной коротких седеющих кудряшек, в заношенной вязаной кофте, надетой поверх домашнего платья, и оперлась руками на стойку. Позади нее возник худощавый темнокожий мужчина с поседевшими волосами. Прислонившись к стене, он продолжил курить сигарету, от которой вестибюль, видимо, и пропах дымом.

– Чем могу помочь? – спросила женщина по-французски с незнакомым мне акцентом.

– Я ищу месье Руссо, – ответила я.

Женщина прищурилась и окинула меня взглядом.

– Вы американка?

– Oui.

Ее круглое лицо тут же расплылось в улыбке, и она что-то сказала мужчине на иностранном языке. Кажется, на арабском, но я бы не взялась утверждать точно.

Худощавый старик подошел ближе к стойке.

– Нью-Йорк?

– Э-э… нет. Калифорния. – Я взглянула на ряды пронумерованных крючков на стене позади женщины. Большинство из них пустовали, а на некоторых висели ключи. – Он ведь здесь проживает?

Она кивнула.

– Вы пришли к старшему месье Руссо или младшему?

– Младшему, – сообщила я. – Они оба здесь?

Женщина улыбнулась – по-доброму, но печально.

– Oui, у обоих здесь есть комнаты. Отец нездоров, и сын о нем заботится. Мы пытаемся помогать, но месье Руссо любит приложиться к бутылке… Не можем же мы его запирать.

Я кивнула. Сердце болезненно сжалось.

«О, Адриан…»

Худощавый старик вновь что-то сказал. Женщина молча слушала, кивая головой в ответ, а потом повернулась ко мне.

– Муж напомнил мне одну алжирскую поговорку: никакая красота не сравнится со светом доброго сердца. Так вот, у этого юноши очень доброе сердце. – Она широко улыбнулась. – Ты милая девушка. Я рада, что ты пришла его навестить.