Холодное Сердце Казановы (ЛП) - Шэн Л. Дж. - Страница 77

Ашер, нахмурившись, записал что-то в лежащем перед ним документе и продолжил.

— Расскажите мне немного о его общественной жизни вне вашего брака.

Опустив бесконечный список сексуальных завоеваний Риггса, я рассказала ему о Кристиане и Арсене, о воспитании Риггса в Академии Эндрю Декстера и о его семейном происхождении. Чем больше я говорила, тем больше обретала уверенность. Мне казалось, что я знаю о своем муже все, что только можно было знать. К сожалению, это лишь заставляло меня сомневаться в фальшивости моего брака. Если я чувствовала такую глубокую связь с этим человеком, как наш брак мог быть фиктивным?

Интервью длилось двадцать минут, хотя Фелисити предупредила нас, что мы должны ожидать чего-то более существенного. Это означало, что все прошло либо ужасно плохо, либо исключительно хорошо. Я склонялась к последнему.

— Что ж, большое спасибо, миссис Бейтс. Я уверен, что вы очень скоро получите от нас весточку. — Ашер встал и подмигнул.

О, черт возьми. Мы сделали это. Мы действительно сделали это. Подмигивание — это международный знак «Вы прошли тест». Все это знают.

— Ваше здоровье. То есть… спасибо!

— Желаю удачи в будущем.

Да, она мне понадобится.

Когда я вышла, Риггс был там, на лестнице, ведущей в здание, и курил сигарету. Он вышагивал, выглядел искренне обеспокоенным. Ему было не все равно.

Я остановилась и немного понаблюдала за ним, впитывая его мысли. Боль пронзила мою грудь. Возможно, это был последний раз, когда я его вижу. Все остальное, что нам нужно было сделать, а именно развестись, можно было сделать по электронной почте. Мы будем общаться с помощью текстовых сообщений и редких телефонных звонков, как незнакомцы. Я больше не смогу его глупо целовать. Он больше не будет гоняться за мной по нашей маленькой квартире. Никто больше не будет ходить голым, чтобы другой чувствовал себя комфортно. Не будет ни вафельных проб, ни секса на полу, ни сбора яблок с поцелуями…

Я почувствовала, что у меня началась гипервентиляция.

Я не могла этого сделать. Я не могла попрощаться. Но я должна была.

Он выполнил свою часть сделки. Теперь ты выполнишь свою и отпустишь его.

Каким-то образом я потащилась к нему. Он заметил меня только тогда, когда я была в футе от него. Он выглядел озабоченным и немного растерянным.

— Как все прошло? — Он бросил свой косяк на улицу.

— Хорошо, я думаю.

— Хорошо. Хорошо.

Пауза. Моргание. Глоток. Повтор.

— Когда ты собираешься получить от них ответ? — Риггс провел рукой по волосам.

— От десяти до пятнадцати рабочих дней, — прощебетала я.

— Неплохо.

— Да.

Снова тишина. Настала моя очередь поддержать разговор.

— Я нашла работу.

— Нашла? — Он выглядел усталым и растерянным.

Я кивнула.

— Младший продюсер на местном новостном канале.

Я не могла нарадоваться новой роли, к которой я приступлю после Рождества, а к этому времени придет моя виза. Правда заключалась в том, что я делала новости, потому что это была знакомая территория, а не потому, что мне это нравилось. Мне нравилось помогать Риггсу с фотосъемкой, но теперь, зная о его финансовом положении, я понимала, что такой роли, как ассистент фотографа, не существует, а если бы и существовала, то за нее не платят две тысячи в день.

— Это потрясающе. — Он обхватил меня за талию и поднял вверх, крутя в воздухе и смеясь. — Я так горжусь тобой, Поппинс.

— Я бы не справилась без тебя. В буквальном смысле.

Я подумывала умолять его не уходить, но хотела избавить себя от унижения, а его — от проблем. Он больше не хотел меня. А я? Мне нужно было понять, что я хочу делать со своей жизнью.

Перед тем как он ушел, из его правого глаза вытекла слеза и покатилась по скульптурной щеке. Он не сделал ни малейшего движения, чтобы вытереть ее, и это было даже хуже, чем если бы он попытался ее скрыть. Это был классический Риггс. Он не скрывал своих чувств. Он просто предпочитал этого не делать.

После очередного неловкого молчания я, наконец, набралась смелости и сделала шаг. У меня не было выбора.

— Итак… должно пройти около двух лет, прежде чем я получу постоянную грин-карту, но я знаю, что ты сказал, что не хочешь…

— Я подожду, — сказал он, прервав меня. — Я никуда не тороплюсь. Я не планирую жениться на ком-то еще.

— Ты этого не знаешь.

— Поверь мне, я знаю. Ты — настоящая. Конечная цель. Если мы не сцепимся, никто другой не сцепится.

Я хотела умереть. Чтобы земля треснула и поглотила меня целиком.

— Может, в другой жизни? — фыркнула я.

Он улыбнулся.

— Я буду держать тебя в курсе, Поппинс.

37

ДАФФИ

Три месяца спустя

— Отличная работа, Дафна. — Рита, исполнительный продюсер вечернего выпуска новостей, в котором я работала, легонько похлопала меня по спине, выходя из студии. — Следуй за мной в мой офис.

Я поспешила за ней, пропуская своих новых коллег в коридоре. Рита вошла в свой кабинет, взяла сумочку с крючка у двери и бросила в нее телефон.

— Мы все собираемся выпить в «Мертвом кролике». Ты с нами?

— Хотелось бы, — сказала я на автопилоте, вежливо улыбаясь. — У меня есть планы.

— Да? — Рита копалась в своей сумке в поисках сигареты, уже собираясь покинуть заведение. Она бегала повсюду, заставляя меня делать то же самое. Гретхен тоже так делала. Штормовые места. — Что ты задумала?

— А? — спросила я.

— Ты сказала, что у тебя есть планы. Какие? — Мы обе остановились у вращающейся двери главного входа. Я моргнула, застигнутая врасплох. По правде говоря, у меня не было никаких планов. Просто мысль о том, что придется притворяться, что мне весело, даже среди искренне милых людей, была мне неприятна. Мне больше нравилось проводить время в своей квартире, пролистывая страницы профессиональных фотографов в Instagram. Я не могла перестать думать о тюремном туре. О том, как волшебно запечатлеть что-то и придать этому свой собственный смысл, а не просто написать об этом репортаж.

— Я… я… вяжу… — медленно сказала я, избегая вопросов о своем новом хобби.

Рита изогнула бровь.

— Звучит… захватывающе. Ты большая любительница вязать?

— Да, — услышала я от себя. — Огромная вязальщица. Вся моя квартира — это пряжа.

Выражение ее лица было сомнительным, но она кивнула.

— Хорошо. Но ты должна присоединиться к нам на следующей неделе. Это день рождения Моник. Лады?

Я познакомилась с Моник. Она была великолепна, мила и необычайно увлечена темой осадков.

— Конечно, — пробормотала я.

— Хотя еще до этого мы собираемся провести две ночи вместе. — Рита рассмеялась, достала телефон и заказала Uber. — У нас есть все эти работы ко Дню святого Валентина, помнишь? Кстати, ты сможешь приехать завтра в семь утра, а не в девять?

Я взглянула на часы. Было 11:45 вечера. Я ценила хорошую трудовую этику, но я почти забыла, насколько трудоемкой была работа в новостях — даже в местных.

— Конечно, — рассеянно ответила я. — Я буду здесь.

— Хорошо. Тогда до завтра! Или, технически. — Она выпятила нижнюю губу, задумавшись. — Сегодня, через пятнадцать минут.

Я вышла на улицу. Погода была холодная, небо черное. Рождество пришло и ушло, и я провела его в одиночестве в своей квартире, слишком скупой, чтобы купить билет в Англию. Трогать деньги Риггса было нельзя. Он дал мне нечто бесценное, и требовать большего было бы жадностью. Он научил меня любить.

Спускаясь в метро и кутаясь в черное пиджачное пальто, я удивлялась тому, насколько ужасной была жизнь в последние месяцы. Я жила на автопилоте: работала, встречалась с друзьями и ходила в спортзал. Обычно главным событием моей недели было общение по FaceTimе с Кираном. Сейчас он состоял в постоянных отношениях с Шелби. Я даже встречалась с ней однажды по видеосвязи, и она подтвердила мои подозрения, что не стала бы с ним встречаться, если бы он ее приручил. 1–0 к командной логике.