Ведьма и бог - Стоун Лив - Страница 16

Они берут меня за руки, и мы проходим сквозь пузырь. Лес исчезает. Мы идем по земле, без папоротников и мха, без стволов и кустов. В центре светится невысокое белое дерево с тремя ветвями, его листва состоит из множества колеблющихся фиолетовых огней. Впечатляющее зрелище! Я часто слышала о подобных чудесах, но никогда не видела. Затаив дыхание, подхожу к нему, не решаясь прикоснуться. Кора, схожая с березовой, излучает почти золотистый свет. Это заставляет вспомнить о моей коже, которая светилась, когда Деймос держал меня в объятиях.

Не знаю, есть ли тут связь. До сих пор смущена тем, что почувствовала в баре, что не рассказала об этом проводницам, боясь, что они начнут косо смотреть на меня из-за неопытных заблуждений. Ведь, может быть, это ничего не значит.

– Перед тобой все, что осталось от Гекаты, – говорит Цирцея Великая.

Теряю дар речи. Значит, ведьмы хранили этот секрет сто лет? Они обманули богов!

– Но я думала, что она была «превращена в пыль»?

– Зевс уверен в этом. Но погибло только тело. Мы смогли спасти ее сущность, заключив в это дерево.

– Сущность?

– Все, что делает ее богиней, – говорит Медея Юная. – Душа и сила заключены здесь. В подвале того бара ты видела сущность Деймоса. Или, по крайней мере, ее проблеск. Его сущность все еще прикреплена к телу. Если бы оболочка исчезла, вы бы не выжили. Смертные превращаются в пыль, когда… сталкиваются с чистой сущностью. Но благодаря колдовским способностям мы можем сопротивляться.

Киваю и сглатываю. То, что я видела, было лишь проблеском? Надеюсь, никогда не столкнусь с чистой сущностью какого-либо божества. К счастью, думаю, что это невозможно, ведь судя по тому, что видела, все боги имеют плотскую оболочку. За исключением Гекаты, которая имеет форму дерева.

Морщу нос, чувствуя, как разгорелось любопытство.

– Но почему вы держите Гекату здесь? Она ведь больше не считается угрозой для богов?

– Если бы ее сущность обрела тело, она бы снова могла представлять угрозу, – говорит Цирцея Великая. – Поэтому мы прячем ее.

Она подходит к дереву и осторожно прикасается к стволу.

– Если сущность Деймоса – чистый ужас, то сущность Гекаты – чистая магия.

Я улыбаюсь. Атмосфера так успокаивающе воздействует на проводниц, что и я поддаюсь влиянию. Сущности Гекаты можно не бояться.

Качаю головой. Все это увлекательно, но…

– Какое отношение это имеет к невозможности отменить свадьбу?

Цирцея Великая отвечает, переглянувшись с Медеей Юной:

– Как ты уже видела, боги имеют различные формы. Две основные – это, скажем так, экстракт их сущности и тела, которое похоже на наше. Но если у нас красная кровь, то кровь богов сделана из золота и дает бессмертие плоти.

– Ихор?

– Да, ихор. Мы ищем его, чтобы вернуть тело Гекаты.

Боюсь, я понимаю, что они задумали…

– Приблизиться к богу, чтобы взять у него ихор, – задача почти невыполнимая, – продолжает Медея. – Поколения ведьм десятилетиями искали решение.

– Ни один бог не согласился бы просто дать его вам? – задаю вопрос, скрестив руки.

– После того, как мы перекрыли им доступ на Олимп? Нет, даже самый благосклонный. Поэтому, когда Афина и Гера предложили союз, чтобы скрепить мир, мы согласились на брак. Мы выбрали и обучили Мероэ для этой миссии. Она получила бы доступ к богу, который так или иначе был бы вынужден ослабить бдительность в ее присутствии.

– Деймос не так глуп и поэтому выбрал единственную ведьму без дара, – со вздохом комментирует Цирцея Великая. – Не думаю, что он догадывается о нашем плане, но явно не доверяет нам.

– И совершенно справедливо, – говорит Медея Юная.

Затем они поворачиваются ко мне.

Делаю шаг назад.

– Вы… вы хотите, чтобы я незаметно взяла ихор у Деймоса?

– Тебе придется это сделать. Так распорядилась судьба.

– Но… я должна выйти за него замуж ради нашего народа! Чтобы черпать в нем силу и чтобы такие ведьмы, как я, больше не рождались!

Тону в сомнениях. Не могу представить себя предающей саму причину союза!

– Элла, весь смысл брака заключался в том, чтобы подобраться к одному из богов, получить его кровь и разорвать союз. Боги получат Олимп, а мы вернем Гекату.

Не решаюсь произнести то, о чем думаю, из-за страха быть разочарованной. Но все же дрожащим голосом произношу:

– Значит, я не проведу всю жизнь с Деймосом?

– Нет, ты не проведешь всю жизнь с Деймосом, – говорит Цирцея Великая. – Никогда не было и речи о том, чтобы черпать магию у такого злобного божества. В любом случае Деймос не будет против, когда вы расстанетесь, ведь тоже будет рад обрести свободу.

Киваю, немного растерянная. Ободренная и растерянная.

– Но эта миссия остается секретной, – продолжает Медея Юная. – Деймос не должен ни о чем узнать. Боги бескомпромиссны, когда дело касается ихора. Они считают его священным. Нескольких капель будет достаточно для заклинания, создающего тело, но мы все равно должны придумать план, который будет выполним, с учетом твоих особенностей.

– Как Мероэ собиралась это сделать? – спрашиваю с колотящимся сердцем.

– У нас не было определенного плана. Мероэ пришлось бы испытать разные заклинания, и на этот случай мы научили ее защищать себя.

Цирцея Великая крепко схватила меня за руку.

– Мы найдем решение, Элла. Но ты должна помочь нам: узнай привычки Деймоса, сильные и особенно слабые стороны. Если обнаружим в его защите брешь, сможем понять, как действовать.

Миссия кажется выполнимой, но чувствую страх от своей двуличности. Не ожидала от них такого. Кем делает меня участие в их планах? Манипулятором? А как же мораль? Конечно, я могу нарушить некоторые запреты, например выпить до двадцати одного года, но теперь должна обманывать человека, за которого выхожу замуж.

Должно быть, сомнения отражаются у меня на лице, потому что Медея, подражая своей тете, придвигается ближе и нежно кладет ладонь на мою щеку.

– В отличие от людей Деймос не является мыслящим, «сознательным» существом. Он просто сущность. Воплощение Ужаса. Ты без угрызений совести можешь обмануть его и взять у него немного ихора.

Знаю, что в каком-то смысле она права. Но то немногое, что я узнала о Деймосе, беспокоит. Его улыбка на мою шутку о восьми Сонях, тот факт, что он считает меня «красивой»… Что это значит? Вежливые попытки сделать терпимее будущий союз, которого на самом деле он не хочет? В конце концов, несколько капель его крови освободят нас от этого абсурдного брака. Для меня это лучший способ выйти из ситуации невредимой, как эмоционально, так и физически. Выдыхаю с решимостью.

– Хорошо. Я сделаю это.

Глава 7

Остался всего день до свадьбы, не думала, что она состоится так скоро. Я сдала ключи от университетской комнаты, Мадлен сделала то же самое и переехала к Рейчел. Мы договорились созвониться, и я покинула кампус Спрингфолла. В глубине души я все еще надеялась, что вернусь. Особенно зная, что брак по расчету и нужен лишь для того, чтобы Геката смогла обрести форму. От этого я ощущала тяжесть на сердце и страх.

– Элла!

Сестры машут рукой, бросаясь навстречу. Мы обнимаемся и идем по главной улице Спрингфолла, усеянной магазинчиками и красивыми домами с расписной обшивкой. Цель – сделать несколько расслабляющих покупок перед важным днем. А поскольку Цирцея и Мероэ больше меня вовлечены в свадьбу, сообщают новости, которые немного кружат голову.

– Зельда отвечает за шведский стол, а Гермес предупредил, что боги с удовольствием отведают нашей еды, что, стоит отметить, достаточно необычно, – говорит Мероэ. – Даже если у некоторых будет с собой Нектар.

– Я приложила руку к созданию платья, – продолжает Цирцея. – Афина и Афродита подарят вуаль и пояс, чтобы соблюсти олимпийские традиции.

– Вы говорите об этой церемонии так, будто она реальна, – говорю я. – Но ведь это ненастоящий брак.

Сестры одновременно корчат гримасы.