Ведьма и бог - Стоун Лив - Страница 31

– Это история о захвате заложников в банке, и пока банда удерживает сотрудников, их лидер манипулирует полицией, чтобы добиться своего.

Третье ворчание. Не знаю, нравится ли ему. Стараюсь следить за действием на экране, но Деймос захватывает все внимание. Сдерживаюсь, чтобы не утешить его, погладив по голове. Он выглядит грустным. Не могу перестать думать о предстоящей ночи. Я пыталась поцарапать его каждый раз, когда мы ложились спать: поздно вечером, в середине ночи, около трех часов ночи, перед пробуждением. Каждый раз он ворчал «Элла», потому что я его будила, но никогда не сердился. Разве это не странно? Он должен был быть в гневе.

Не в силах больше сдерживаться, запускаю пальцы в его шерсть.

– Я просто чешу вас за ухом, – бормочу, чувствуя, как краснеют щеки.

Я буквально вся горю и ненавижу себя. Но по мере развития эпизода Деймос, кажется, приходит в себя, навостряя уши. Когда идут титры, он вскакивает с дивана и уходит, прежде чем трансформироваться.

– Эринии и Спарты сегодня два часа требовали, чтобы я дал им выходной, – говорит он мне, повернувшись спиной.

Его тон холодный, но спокойный. Гнев прошел. Но мое сердце разрывается от стыда и чувства неправильности.

– Они ваши сотрудники.

– А также существа, которых мы должны контролировать, как сатиров или менад.

С таким же успехом могу воткнуть меч вины себе в грудь.

– Я понимаю, что они шумные, по крайней мере Эринии. У них никогда не было дома. Постараюсь чаще вызывать их в штаб-квартиру.

Мне хочется исчезнуть. Деймос поворачивается ко мне. Замираю, словно окаменевшая под взглядом Медузы.

– Завтра ты получишь отдельную квартиру.

– Из-за Эриний и Спарт?

Деймос выдает рокочущее «ммм», прежде чем объяснить, что на самом деле имеет в виду.

– Нет, потому что будишь меня каждую ночь. Кстати, если можешь убрать растения хотя бы из спортзала, буду очень признателен.

Киваю, и он, не говоря больше ни слова, уходит в спальню.

Непредсказуемая эмоция заставляет желудок сжаться: печаль. Я хочу чувствовать себя виноватой за то, что усложнила ему день, но, клянусь Гекатой, почему мне грустно оттого, что больше не буду разделять с ним ночи?

Глава 14

Вынимаю печенье из духовки и выкладываю в миску, пока Эринии и Спарты ждут, прижавшись друг к другу, с горящими от желания глазами. Я добилась отдельной квартиры, но не подумала об окружении, как должна была бы. Эринии и Спарты, может, и адские создания, но тоже нуждаются в нашей защите. Это все равно что иметь в доме львиц и тигров. Поэтому, поскольку они с удовольствием съели мои пирожные с инжиром, я ввела в привычку печь печенье для них после обеда.

– Вуаля! Шоколадно-ореховое печенье!

Как дикие звери, они бросаются на них и с жадностью поглощают. Чтобы меня случайно не толкнули, всегда делаю два шага назад, прежде чем подать сигнал.

– Осталось что-нибудь?

Рядом со мной появляется Деймос. Беру маленькую тарелку, чтобы предложить ему. Всегда оставляю печенье для него, на всякий случай. Поскольку мы больше не делим комнату или ванную, не так часто видимся. И это раздражает. Еще больше раздражает то, что раздражаюсь по этому поводу. Видимо, у меня в голове все перепуталось. Смотрю, как божественный муж надкусывает печенье и одобряет рецепт, приподняв бровь. Это сложно интерпретировать, но понимаю, что ему понравилось.

– Кстати, – говорит он, указывая на Эриний и Спартов. – Ты была права.

Округляю глаза, удивленная заявлением, произнесенным хриплым голосом.

– Я выделил им один выходной в месяц при условии, что они проведут его в подземном мире, а не на Земле без присмотра.

Румянец заливает щеки. Кажется или рядом с ним мне хочется улыбаться? Нервно сжимаю губы, пытаясь сдержать избыток восторга, но это бесполезно, поскольку щеки заметно краснеют. Даже он выглядит более… расслабленным. Ну, конечно, это громко сказано, ведь Деймос – комок нервов, но сейчас у меня такое впечатление, что его плечи стали чуть менее напряженными.

Кроме того, атмосфера кухни кажется более непринужденной и уютной. Здесь, как ни странно, чувствуешь себя хорошо. Мегера (наконец начинаю запоминать имена Эриний) ведет себя довольно необычно: плавно покачивается, руки сложив перед собой, в то время как Спарт (их все еще невозможно различить) протягивает ей печенье, которое собирался съесть. Они что, соблазняют друг друга?

– Аид бы их побрал, – ругается Деймос.

Это явно не из-за меня! Он снова принимает напряженный вид.

– Прибыли мои братья, – мрачно рычит он.

В тот же миг звонит входной колокольчик.

– И более того, они ведут себя как люди.

Они ведь действительно могли телепортироваться. Их «нормальность» сразу же покоряет меня. Бросаюсь к входу, чтобы открыть дверь. За дверью стоят Эрос и Антерос, улыбающиеся, яркие, великолепные. Я видела их только сквозь вуаль, а теперь убеждаюсь во мнении: у них изящные черты лица, как у Деймоса, но кожа иных оттенков. О, а эти большие черные глаза! Без сомнения, они способны одним взглядом разбить сердце.

– Элла! – Эрос приветствует меня с явным радушием. – Студентка факультета искусств!

– Супруга бога ужаса, – добавляет Антерос с улыбкой, веселой и жестокой одновременно.

Они действительно близнецы. Вплоть до одежды: оба в серых клетчатых брюках чинос и персиково-розовых рубашках под бежевыми бомберами с капюшонами. Но Антерос более подозрителен и менее дружелюбен, чем его брат, который предлагает себя с распростертыми объятиями. Когда они входят, хочу закрыть за ними дверь, но меня останавливает третья фигура.

– Гармония!

В коротком черном платье, широкополой шляпе и темных очках, она выглядит как модель.

– Привет, – говорит она, прежде чем войти.

Отлично, она тоже здесь… Сестра Деймоса всегда заставляет чувствовать себя неловко.

Гости приветствуют Деймоса, и вся напряженность выходит на поверхность.

– Что вы здесь делаете? – спрашивает Деймос, надевая пальто, чтобы поскорее уйти.

– Пришли провести время с тобой и прекрасной невесткой, – отвечает Эрос.

Муж кивает и поворачивается ко мне, прежде чем ускользнуть:

– До вечера.

Трус! Он оставляет меня со своей семьей. Эрос, Антерос и Гармония молча смотрят на меня, словно ждут объяснений, которые я не могу им дать.

– Можете подняться на второй этаж, там есть комнаты для гостей.

– Наши вещи уже там, ведь мы знаем особняк Афины, – отвечает Эрос.

– Мой брат-идиот хотел позвонить в дверь для тебя, – комментирует Гармония.

– И я это ценю.

– Я же тебе говорил!

– Давайте продолжим, – торопит Антерос, прежде чем повернуться ко мне.

Он скрещивает руки и наклоняется ко мне, чтобы внимательно рассмотреть. Но когда снова заговаривает, то обращается не ко мне:

– Ты почувствовал что-нибудь в Деймосе?

Эрос склоняет голову набок, поджав губы.

– Трудно сказать.

– Я чувствую… волнение.

Я замираю. Они исследуют нашу личную жизнь? В панике отталкиваю бога обеими руками. От прикосновения Эрос вспыхивает.

– А может, здесь? – спрашивает он, размахивая рукой у моей груди, прежде чем опустить ее. – Или там?

– Определенно там, – соглашается Антерос, скрещивая руки.

Чувствую, как сильно краснею.

– Она хочет переспать с Деймосом! – оповещает Эрос.

У меня перехватывает дыхание. Не хватало, чтобы эти два идиота узнали, что я все еще девственница. Пора бежать! Мне нужна помощь!

– Вы ее раздражаете, – вмешивается Гармония.

– Все в порядке! – восклицаю я, быстро удаляясь. – Мне просто нужно заниматься! Располагайтесь, чувствуйте себя как дома!

Спускаюсь по лестнице и вхожу в квартиру, сердце бешено колотится. Хватаю телефон и спешно звоню лучшим помощницам.

– Тыковка! – отвечает Цирцея.

От одного только звука ее голоса перехватывает дыхание. Слышу голос мамы, которая подходит, и Мероэ, которая борется за телефон. Все трое подбадривают меня, заставляя улыбаться. Наконец мне удается поймать одну из них в перерывах между смехом и криками: