В оковах босса мафии (ЛП) - Райли Селеста - Страница 27

— Я бы не назвала это отношениями, но это гораздо больше, чем быть друзьями.

— Вы уже спали вместе?

Я перестаю жевать, поднимаю плечи и дарю ей свою самую виноватую улыбку.

— Ну...

Ее глаза почти вылезли из глазниц.

— Ну, что? Продолжай. Я жду.

— Мы спали вместе. Один раз.

Ким прикрывает губы рукой, чтобы сдержать вздох.

— Ты что, прямо сейчас меня обманываешь? — В ее голосе смешались волнение и недоверие.

— К сожалению, нет.

— Ты хранила свою девственность двадцать семь лет только для того, чтобы отдать ее мафиози, которого ты едва знаешь? — Она делает еще один глоток своего сока. — Он, должно быть, горячий. Пожалуйста, скажи мне, что он горячий, потому что только в этом случае он того стоит.

Мое сердце пускается в пляс, когда я думаю о Маркусе, его голубых глазах, темных вьющихся волосах и резкой линии челюсти. Я чувствую, как мое тело пылает, вспоминая, как он прикасался ко мне и целовал меня в ту ночь, когда я позволила ему лишить меня девственности.

По позвоночнику пробегает тепло и оседает в моем сердце.

Черт. Я представляю себе его тонизированные мышцы, его толчки. Все в этом мужчине возбуждает.

— Горячий. Его даже не описать. Он так чертовски хорош, и он красив. Я ничего не могла с собой поделать.

Ким хмыкнула, прикусив губу.

— Теперь я хочу его увидеть. У него есть брат или друг? — Спрашивает она с ухмылкой.

— У него есть старший брат, который, как я полагаю, счастливо женат, и младший, который не женат и каждую ночь спит с разными женщинами.

Ким шипит.

— Я и мое невезение. — Она тянется к жареной картошке на моей тарелке. — А он знает, что он первый парень, с которым ты была?

— Знает.

— И... он не просил тебя стать его девушкой? Правда? — Она закатывает глаза. — По мне, так он просто придурок.

Я взмахиваю рукой в воздухе и чуть не бросаю картошку фри, которую держу в руках, в парочку за соседним столиком.

— Мы не можем встречаться только потому, что он лишил меня девственности. Это старомодно.

— Нет, это не так. Ты не можешь позволить ему использовать тебя. Если он хочет тебя, то должен приложить усилия, чтобы ты стала его. Все просто.

Бургер у меня во рту вдруг приобретает кислый вкус. Я глотнула сока, чтобы запить его, но это не помогло. Я закрываю глаза и вздыхаю, прежде чем снова посмотреть на нее.

— Ким, он не из тех, кто ищет отношений. Он часть мафии, ты же знаешь, какие они бывают.

Она ставит локоть на стол и опирается головой на руку.

— Я не знаю. Может, ты мне расскажешь?

Мне неприятно это говорить, но сейчас я должна быть невероятно честна сама с собой.

— К таким мужчинам, как он, стекаются женщины, и они обычно не останавливаются на одной женщине, если только это не бизнес или чтобы сделать из них машины для размножения. Этот человек - убийца, и он не позволит связать себя узами брака только потому, что лишил меня девственности.

— Но ты сказала, что его брат счастлив в браке.

— Я так и сказала, и он счастлив в браке.

— Тогда почему ты считаешь, что мужчина, с которым ты встречаешься, не способен испытывать никаких чувств и отвечать взаимностью?

Я откинулась от стола и прислонилась спиной к сиденью.

— Я просто так думаю. У него была девушка, работавшая в одном из его клубов. Ее убили, и я видела ярость в его глазах, когда он говорил о ней.

Ким наклоняет голову, чтобы получше рассмотреть мое лицо.

— Так вот в чем дело? Ты боишься, что он любил эту женщину и не полюбит тебя? Ты боишься мертвой женщины, так что ли?

— Нет, когда ты так говоришь. — Я не полная идиотка, ревновать к мертвой женщине, которая была всего лишь одной из тех, с кем развлекался Маркус, это просто смешно. Я просто боюсь, что могу оказаться одной из тех многих женщин. — Я хочу сказать, что он защитит меня, если понадобится. Но я не думаю, что это доказывает его любовь ко мне, он из тех, кто защищает любую женщину, которой нужна его помощь.

Ким глубоко вздохнула, в ее глазах блеснула озабоченность.

— Послушай, Джейн. Вполне понятно, что нужно быть осторожной, особенно с человеком, связанным с мафией. Но страх, что тебя подведут, не должен затмевать твои чувства к Маркусу. Ты просто боишься, что у тебя появились к нему настоящие чувства, не так ли?

Мое сердце колотится в груди.

— Я не могу отрицать, что в нем что-то есть, Ким. Он не такой, как я ожидала. Я хотела ненавидеть его, верить, что он высокомерный и плохой, но не могу. Он добрый и заботливый, по-своему странный.

Умом я понимаю, что не должна позволять тому, что происходит между мной и Маркусом, становиться серьезнее, чем сейчас. Я - коп, а он мафиози. Мы из двух разных миров, но мое сердце и мое тело, кажется, не понимают этого.

— Знаешь, что я думаю?

— Что ты думаешь?

— Ты не просто влюбляешься в него, Джейн. Я думаю, ты уже влюблена в него, но отказываешься признать это, потому что боишься быть уязвимой. Ты боишься признать, что способна на такие глубокие чувства к кому-то вроде него.

Я провела рукой по волосам, чувствуя прилив паники.

— Но я детектив, Ким. Я не могу позволить себе быть ослепленной эмоциями, особенно по отношению к такому человеку, как Маркус. Насколько я знаю, следующее дело, за которое я возьмусь, может привести к гибели его и всей его семьи.

— Ты не можешь продолжать притворяться, что твои чувства к нему банальны. Ты всегда можешь перестать быть детективом. Ты сама говорила, что всегда хотела стать психологом. Признай, ты влюблена в него, и отрицание этого не принесет тебе пользы.

Я качаю головой, мой голос почти шепчет. Она не должна знать истинную причину, по которой я решила стать детективом.

— Забудь о том, что я сказала. Я стала детективом, потому что это то, чего я всегда хотела, и я не могу позволить себе влюбиться в кого-то вроде него. Это опасно, и я не могу рисковать своей работой или безопасностью. Сейчас он может быть милым, но что, если есть причина, по которой он приближается ко мне?

Выражение лица Ким смягчается.

— Я понимаю, но если отгородиться от своих чувств, они не исчезнут. В конце концов, тебе придется с ними столкнуться. Может быть, Маркус не такой злодей, каким ты его считаешь. Он может удивить тебя.

— Да, он может удивить меня и однажды всадить пулю в мой череп. — Я делаю глубокий вдох, пытаясь осознать истинность слов Ким. — Я постараюсь разобраться со всем в своей голове. Но пока давай не будем зацикливаться на этом, хорошо?

Ким кивает, утешительно улыбаясь.

— Конечно. Давай наслаждаться нашим ужином. Уже холодает, и я не хочу возвращаться домой слишком поздно.

Она тащит перед собой тарелку с макаронами и сыром и копается в них вилкой. На мгновение я отключаюсь. Я могу отрицать это и врать сколько угодно, но одно могу сказать точно.

Я думаю, что действительно люблю Маркуса.

12

МАРКУС

— Он племянник Виктора.

Я сжимаю кулак, стискивая челюсти от ярости, кипящей внутри меня, и смотрю на город через стеклянную стену в своей спальне. Нью-Йорк очарователен после наступления темноты. Даже под беззвездным небом, без луны, возвышающиеся небоскребы города освещают ночь. По улицам мчатся машины, город ревет от далекой музыки и пролетающих над головой самолетов.

И все же сегодня прольется чья-то кровь.

Я наслаждаюсь хаосом, в который собираюсь ввергнуть город, предвкушаю заголовки газет, когда до СМИ дойдут новости о жутком убийстве помощника окружного прокурора Родригеса, который пытался раскрыть дела об убийствах в Адской кухне, которые заставят меня улыбнуться. Конечно, они будут сочувствовать ему и его семье и скандировать о справедливости. Но никто из них не поблагодарит меня, да и, честно говоря, я не нуждаюсь в благодарности. Я получу удовлетворение от осознания того, что избавил мир от ублюдка, единственным достижением которого было быть домашним животным для такого человека, как Виктор Валенте, и издеваться над невинной женщиной на работе, просто ради удовольствия.