Играй грязно (ЛП) - Геркулес Мишель - Страница 39

— Оказываю ответную услугу, — она обхватывает пальцами мой член и надавливает большим пальцем на его вершину, размазывая сперму по чувствительной коже.

Я дергаюсь вперед, и мои яйца сразу же напрягаются.

— Джиа, детка, ты меня убиваешь.

— Твой член прекрасен, Ноа. Уверена, что и на вкус он потрясающий.

Вот это да. Моя девочка любит грязные разговоры. Я в раю. Я провожу пальцами по ее кудряшкам, портя ее красивую прическу, затем накручиваю пальцы вокруг пряди ее волос и слегка дергаю.

— Ты непослушная девочка с грязным ртом.

Ее губы кривятся в коварной ухмылке, заставляя меня напрячься еще сильнее.

— Я покажу тебе, каким грязным может быть мой рот.

Она медленно облизывает меня снизу доверху, заставляя меня дрожать. Это восхитительная пытка. Когда она останавливается и делает ленивые круги своим теплым языком по головке, я почти теряю рассудок.

Крепко вцепившись в ее волосы, я простонал:

— Трахни меня.

— Через минуту, — отвечает она, глядя на меня своими большими и озорными ореховыми глазами. Затем она засасывает мой член в рот, пока головка не упирается ей в горло.

— Ни хрена себе, — пробурчал я, изо всех сил стараясь позволить ей задавать темп, а не взять инициативу на себя.

Обхватив пальцами основание, она всасывает и высасывает меня, одновременно работая языком. Я никогда не испытывал такого ощущения от минета, как от настоящей киски, и я быстро выхожу из-под контроля.

Не в силах остановиться, я качаю бедрами, трахая сладкий ротик Джиа. Нити желания сжимают тисками основание моего позвоночника, а яйца напрягаются, готовые взорваться. Во всех своих самых смелых фантазиях о Джиа я и представить не мог, что впервые кончу ей в рот.

— Вот так, детка. Ты так хорошо у меня сосешь.

Свободной рукой она играет с моими яйцами, нежно сжимая их. Господи, блядь. Это моя погибель.

Я двигаюсь быстрее, гонясь за оргазмом, который уже не за горами. Джиа берет все, что я ей даю, всего меня, и вид ее, стоящей на коленях и так работающей с моим членом, — это самое эротичное, что я когда-либо видел.

— Я сейчас кончу, — говорю я перед тем, как опустошаю себя в ее рот. Я продолжаю двигать бедрами, а Джиа продолжает пить все до капли.

Я делаю последний толчок, прежде чем сознание возвращается в мое тело, и я понимаю, что, возможно, в пылу момента я зашел слишком далеко. Отпустив ее волосы, я выхожу из нее, а затем обнимаю ее лицо рукой.

— Ты в порядке, солнышко?

Она садится на ноги и вытирает уголок рта.

— Я была права. У тебя потрясающий вкус.

Я помогаю ей встать на ноги и крепко целую ее. Волна наслаждения еще не прошла, и мое тело все еще содрогается от нее. Она кладет руки на мои предплечья и позволяет мне поклоняться ее рту. Но я все еще горю от нее, и теперь настало мое время получить удовольствие.

Наклонившись назад, я смотрю ей в глаза.

— Ты потрясающая.

На ее щеках появляется румянец, но она выдерживает мой взгляд.

— Взаимно.

Ее ответ заставляет меня хихикать.

— Теперь моя очередь попробовать.

Я подталкиваю ее назад, заставляя сесть на край кровати, затем опускаюсь на колени и задираю платье до кружевных трусиков. Но на этом я не останавливаюсь, а задираю ткань до самого верха.

— Подними для меня руки, солнышко.

Она так и делает, и когда платье снято, ее пышная грудь становится отвлекающим маневром, от которого у меня перехватывает дыхание, но у меня другие приоритеты. Я скручиваю бархатную ткань, превращая ее в веревку, и связываю ее запястья вместе, прежде чем она успевает опустить руки.

— Что ты делаешь?

Я награждаю ее кривой ухмылкой:

— Просто расслабься, детка. Ты мне доверяешь?

Ее веки опускаются наполовину, и она смотрит на мой рот.

— Да.

— Хорошая девочка. Теперь ложись и широко раздвинь ноги.

Она тяжело сглатывает, прежде чем выполнить мои указания. Она дрожит, поэтому я добавляю.

— Не надо нервничать. Я сделаю так, что тебе будет хорошо. Обещаю.

— Я не нервничаю.

— Хорошо, — я кладу руки на ее внутренние стороны бедер, и ее бедра подрагивают. — Ш-ш-ш. Все хорошо.

Медленно, я провожу пальцами по ее киске, но сначала я просто прикасаюсь к краю ее трусиков.

— Ноа, зачем ты меня так мучаешь? — выдыхает она.

— Терпение, солнышко.

— У меня его нет.

— Правда? Скажи мне, как сильно ты хочешь, чтобы мой рот оказался на твоей киске.

— Я уверена, что ты и сам это знаешь.

— Я хочу услышать, как ты это скажешь.

— Просто съешь меня уже.

Трахните меня, если это не похоже на то, что она сейчас держит мой член в кулаке. У меня снова бушует эрекция, и я не могу дождаться, когда смогу окунуться в ее жар.

Не отрывая пальцев от края ее трусов, я наклоняюсь ближе и дую горячим воздухом на ее клитор. Джиа снова вздрагивает, и ее ноги напрягаются:

— Ноа, пожалуйста…

Я мог бы помучить ее еще немного, но не только у нее нет терпения. Я просовываю два пальца под ткань и прижимаю их к ее клитору.

— Ох, блять, — пролепетала она, снова приподнимая бедра.

— Скоро, — отвечаю я, повторяя то, что она сказала мне раньше.

Она уже мокрая, и я провожу пальцами слева и справа по ее клитору, заставляя ее громко стонать. Мой член дергается, умоляя позволить ему вступить в игру.

Пока нет.

Я отстраняюсь, чтобы снять с нее трусики. Я чуть не плачу, когда ее киска открывается передо мной, вся розовая, блестящая и голая, готова, чтобы ее взяли.

— О, детка. Ты такая красивая.

— Ты слишком много говоришь.

Я смеюсь.

— Но я думал, что тебе нравится, когда я говорю.

— Нравится, но…

Я ввожу указательный палец в ее киску, и она выгибает спину.

— Что ты говорила? — я дразню ее, загибая палец внутрь, ища ее сладкую точку.

Она сгибает ноги, пытаясь сомкнуть их.

— О Боже, Ноа.

— Тебе это нравится, не так ли, моя сексуальная девочка? — я ввожу еще один палец, а затем поворачиваю их.

Она подносит связанные запястья к губам и бормочет что-то, чего я не могу расслышать. Решив, что я достаточно помучил нас обоих, я кладу ее ноги себе на плечи, наклоняюсь ближе и втягиваю ее клитор в рот.

Джиа вскрикивает, пытаясь вырвать руки, и электрошок желания бьет прямо по моим яйцам. Я хочу трахнуть ее так сильно, что уже даже не смешно. Но я также хочу, чтобы она кончила на мой язык. Я попеременно облизываю и посасываю ее клитор, одновременно трахая ее пальцами. Она на вкус как нектар богов, и я не могу насытиться.

Я потерялся в этом моменте, сосредоточившись на том, чтобы моя девочка чувствовала себя чертовски хорошо. И тут я чувствую ее пальцы в своих волосах. Я не привязал ее руки к изголовью, так что она все еще может дотянуться до меня. Она дергает меня за пряди волос, и легкая боль подстегивает меня. Мне становится все труднее удерживаться от того, чтобы не разлить свою сперму по полу, но я концентрируюсь на этом. В следующий раз я кончу в ее киску.

— Я уже близко, Ноа. Не останавливайся.

Ни малейшего шанса, солнышко. Все вокруг исчезает, и я слышу только звуки моего языка, перебирающего пучки нервов, и исступленные стоны, вырывающиеся из ее рта.

Она резко дергается, выкрикивая мое имя. Ее тело бьется в конвульсиях, и ее клитор пульсирует в моем рту. Я продолжаю есть ее, пока она не расслабляется, прижавшись к матрасу. Тогда я вскакиваю на ноги и достаю презерватив из кармана пиджака, который я так и не удосужился снять. Теперь я избавляюсь от него и от рубашки.

Джиа закрыла глаза, ее дыхание неровное, но когда я разрываю обертку презерватива, она смотрит на меня.

— Мне нужно быть внутри тебя, детка. Но если ты скажешь мне остановиться, я остановлюсь.

Она нахмуривает брови.

— Попросить тебя остановиться? Ты в своем уме? Я никогда так не хотела, чтобы меня трахнули, как сейчас.

Меня охватывает облегчение.