Играй грязно (ЛП) - Геркулес Мишель - Страница 74

— Джиа! — мужской голос зовет меня по имени.

Я оглядываюсь через плечо… и мой желудок падает вниз. Мартин бежит ко мне. Черт. Последнее, что мне сейчас нужно, это разбираться с его дерьмом.

— Неа. Мы не будем этого делать, — я возобновляю свою прогулку в более быстром темпе.

Он хватает меня за руку и что-то сильно толкает в бок.

— О, мы будем, моя маленькая шлюшка.

Я медленно поворачиваюсь к нему, мои глаза становятся все шире. Затем я опускаю взгляд на предмет, который тыкается мне в ребра. Пистолет. Я поднимаю голову.

— Какого хрена!

— Ты же не думала, что так легко от меня избавишься?

Мое сердце бьется так быстро, что может случиться сердечный приступ.

— Что, черт возьми, ты себе позволяешь?

— Я смотрел, как ты встречаешься с этим богатым мудаком, зная, что рано или поздно он облажается. Я знал, что когда он тебя бросит, ты поймешь, что я тот, кто тебе нужен. Но потом ты пошла и начала трахаться с новым красавчиком. Тогда я понял, что ты не особенная. Ты просто еще одна хоккейная зайка, раздвигающая ноги для всех хоккеистов.

Мой желудок опускается, когда я, наконец, осознаю правду.

— Это ты мне звонил.

— Верно, сучка, а теперь я собираюсь сделать с тобой то, что ты позволяла делать всем этим блядским парням. Пойдем.

Инстинкты самосохранения берут верх. Даже трясясь с головы до ног, я упираюсь ноги в землю.

— Я никуда с тобой не пойду, мудак.

Он сильнее впивается пальцами в мою кожу.

— Ты думаешь, я шучу?

— Я думаю, что ты очень запутался, но в глубине души ты не хочешь причинить мне боль.

Маршал начинает тявкать, когда я не позволяю ему бежать дальше.

— Хорошо, тогда я сделаю больно твоему щенку, — он направляет пистолет на Маршалла.

Кровь словно застывает в моих жилах, а сердце бьется все быстрее и быстрее, сопротивляясь колючей проволоке, плотно обмотанной вокруг него. Я оглядываюсь по сторонам, надеясь увидеть кого-нибудь и привлечь его внимание, но вокруг нет ни души.

Слишком холодно, чтобы находиться на улице. Я единственная дурочка, которой пришла в голову блестящая идея пойти прогуляться.

— Пожалуйста, не трогай его, — умоляю я, на глаза наворачиваются слезы.

— Привяжи его к дереву и тихонько иди со мной.

Дрожащими руками я выполняю его просьбу. В следующее мгновение Мартин утаскивает меня, и мое сердце разрывается, когда Маршал начинает жалобно скулить. Я уже всхлипываю, но не могу потерять самообладание.

— На самом деле ты не хочешь этого делать, Мартин. Подумай о последствиях своих действий. Ты талантливый танцор. У тебя блестящее будущее. Почему ты собираешься выбросить все это на ветер?

— Ты не понимаешь. Я хорош только благодаря тебе. Никому не было до меня дела, пока мы не начали сотрудничать. Все видят нашу неоспоримую химию. Мы должны быть вместе, Джиа, но все, что тебя волнует, это трахаться со своими хоккейными мальчиками.

— Это неправда.

— Это правда. Ты ничего не выкладывала неделями, а следующее видео, которое ты выложила, было с этими близнецами-мудаками и твоим маленьким щенком. Держу пари, ты трахаешь их всех сразу.

— Ты сумасшедший, — это прозвучало как шепот.

— Нет, я не сумасшедший. У меня есть глаза.

Мы пересекаем парк, затем улицу, сворачиваем в один из переулков.

— Куда ты меня ведешь?

— Туда, где я смогу показать тебе, как чувствуется настоящий мужчина. Когда я с тобой закончу, ты больше никогда не захочешь трахаться с этими мудаками-качками.

ГЛАВА 60

НОА

В груди тяжелая, ноющая боль и сколько бы я ни массировал ее кулаком, она не проходит. Джиа не ответила на мое сообщение, хотя и прочитала его. Но это не единственная причина, по которой я не могу набрать воздух в легкие. Интуиция подсказывает мне, что что-то действительно не так, а она меня еще никогда не подводила.

На столе завибрировал телефон. Это неизвестный номер — не анонимный, но он вызывает у меня такую же реакцию. Я быстро отвечаю.

— Что?

— Я ошибся. Ее преследователь — Мартин. Это Мартин! — Райдер кричит мне в ухо. Он не назвал себя, но я узнал его голос.

Я вскакиваю со своего места, привлекая внимание профессора.

— Я тебе не надоел, Ноа?

— Извините, сэр, это срочно, — с телефоном, по-прежнему прижатым к уху, я выбегаю из аудитории, не оглядываясь назад.

— Как ты узнал? — спрашиваю я.

— Неважно. Я позвонил ей, но она не взяла трубку. Она с тобой?

— Нет, я уже еду домой.

— Я в двадцати минутах езды. Увидимся там.

Я не спрашиваю, почему он едет. Мне все равно. Все, что меня волнует, — это как можно быстрее добраться до Джиа. Я не перестаю бежать, пока не оказываюсь в своем грузовике. Я был рад, что потратил лишние деньги на замену шин вчера вечером, а не ждал до сегодняшнего дня.

Я выезжаю со своего парковочного места так быстро, что жгу резину, привлекая внимание прохожих. Сердце гулко бьется в груди, когда я превышаю скорость, а дорога обратно в квартиру Джиа занимает менее пяти минут.

Я вылезаю из машины, как черт из ада, но внезапно останавливаюсь, услышав лай неподалеку. Я оборачиваюсь и вижу Маршалла, привязанного к дереву.

— Какого хрена?

Я бегу к нему, одновременно ища поблизости Джиа. Она бы не оставила его здесь одного на холоде. Но ее нигде не видно. У меня дрожат руки, когда я развязываю узел поводка, потом я кричу ее имя, но ответа нет.

Я опускаюсь на корточки и в панике спрашиваю щенка:

— Где она, малыш? Где она?

Он переходит на бег, лая на ходу. Надеюсь, он уловил ее запах. Я бегу за ним через парк и затем через улицу в узкий переулок. Маршалл продолжает тявкать, и звук отдается эхом, совпадая с барабанным боем в моей груди. Когда я добегаю до другого конца переулка, я вижу, что на улице чертов Мартин держит Джиа за руки. Он пытается затолкать ее в свою машину.

— Джиа! — кричу я.

Они оба поворачиваются в мою сторону… и тут Мартин направляет на меня пистолет. Блять.

Если бы я знал, что он вооружен, я бы не стал заявлять о своем присутствии. Я готовлюсь уклониться от его выстрела, но Джиа хватает его за руку, мешая прицелиться. Выстрел раздается в открытом пространстве, но благодаря ее вмешательству пуля пролетает мимо меня. Он отталкивает ее в сторону, и она, ударившись о машину, падает на землю.

Ярость вырывается из глубины моего желудка и распространяется по всему телу, как насилие. Я отпускаю поводок Маршалла и не прекращаю бежать, пока не оказываюсь на расстоянии удара. Прежде чем Мартин успевает прицелиться в меня, я бью его по лицу. От удара его голова откидывается назад, а вслед за ней и тело. Он падает на машину, оглушенный, а я, воспользовавшись моментом, выхватываю у него из рук пистолет и убеждаюсь что предохранитель на месте, прежде чем спрятать его в карман джинсов. Он качает головой и бросается на меня. Я уклоняюсь от его атаки и наношу ему несколько быстрых ударов в живот, после чего валю его на землю.

Тяжело дыша, я ищу глазами Джиа. Она уже поднялась на ноги и прижимает Маршалла к груди. Ее лицо покраснело и залито слезами. Ее расстроенный вид вызывает у меня желание снова и снова бить Мартина по лицу, пока не сломаются все кости.

— Тебе больно, солнышко?

Она качает головой.

— Нет.

Мартин застонал и попытался встать. Но я хватаю его за лацкан пиджака, переворачиваю на живот, сажусь сверху и держу его руки за спиной.

— Детка, у тебя есть телефон? — спрашиваю я, не глядя на нее. Мне нужно следить за этим подлым ублюдком.

— Да. Я уже звоню 9-1-1.

— Хорошо.

Выстрел, видимо, насторожил людей поблизости, и вскоре вокруг нас собрался небольшой круг зрителей. Все они хотят знать, что произошло, но никто не предлагает мне помощи. Все, чего я хочу, — это держать Джиа в своих объятиях, а не удерживать Мартина от побега. По крайней мере, полицейские не заставляют себя долго ждать. Через несколько минут несколько отрядов блокируют район, и полицейских становится достаточно, чтобы сформировать хоккейную команду.