Гранд-адмирал. Том седьмой (СИ) - Модус Илья Сергеевич - Страница 411

— Сэр, «Доминирующие» перестроились для осуществления второй фазы, — сообщил капитан Тшель.

Собственно, это я видел и сам. Тактический голопроектор демонстрировал картину сражения.

Флот перестроился, выйдя из предыдущего маневра.

Тяжелые крейсера собирались в формацию ромбом относительно горизонтальной эклиптики флагманских звездных разрушителей. Каждое соединение готовилось перейти в наступление.

Оборудованные гравитационными генераторами звездные разрушители уже проецировали гравитационные тралы в строго обозначенных секторах. Привычная картина — часть векторов служат для блокирования вражеского флота от бегства в гиперпространство, другие же — для точного выведения атакующий соединений на диспозиции согласно плану атаки второй фазы.

Раз командиры соединений сообщили о том, что они готовы к выполнению маневров, значит их авиация возвратилась в ангары, а корветы прикрытия пристыковались к главным ангарам.

Гиперпространственные прыжки, несмотря на тысячелетия эксплуатации гипердвигателей, все еще не являются точной наукой. Потерять несколько кораблей во время длительного прыжка или выйти из гипера с большим разбросом в конечной точке, отчего часть кораблей врежутся в поверхность ближайшего астероида или луны с низкой гравитацией, вполне реально.

Гравитационные колодцы позволяли минимизировать подобный риск фактически до нуля. В том числе и по этой причине как оригинальный гранд-адмирал, так и я, использовали их для корректировки своих действий.

— Скоростным бомбардировщикам нанести удары в зоне плацдарма, — распорядился я. — Кораблям прикрытия, остающимся вместе с «Доминирующими» — максимальная внимательность. Неприятель попробует прорваться за пределы ловушки.

И «Доминирующие», препятствующие этому, наиболее очевидная цель для контратаки. Поэтому они и остаются со всем своим прикрытием — по четыре тяжелых крейсера и пять корветов на каждый разрушитель-заградитель.

— Принято, сэр, — отрапортовал Тшель, передавая приказы.

Десятки «Скимитаров», устремились в свои легендарные «рывки». Теперь, когда астероидная «дробь» уже не закрывает пространство между нами и флотом противника, им не нужно делать крюк. Оттого и скорость ударов возрастает.

Благодаря системе увеличения в иллюминаторах можно рассмотреть в довольно неплохом качестве то, что делают со вражеским флотом наши бомбардировщики. Отчасти это избиение — они продолжают практически безнаказанно атаковать МЛА и крейсера неприятеля, уничтожая в зонах будущих микропрыжков все, что может представлять опасность.

После даже короткого гиперпространственного прыжка корабль покрыт радиацией. Она слепит датчики, мешает сразу поднять щиты. Эта заминка длится от нескольких мгновений до нескольких секунд — в зависимости от длительности перехода и качества оборудования.

Но она есть.

И неприятель прекрасно понимает для чего в его сторону направлены гравитационные конусы. А, следовательно, предпримет контрмеры. Обстрелять беззащитный и ослепший звездолет противника в то время, когда тебе грозит уничтожение… В этом нет ничего зазорного. Правила на войне перестают работать, когда идет вопрос о выживании.

И за выживание членов экипажей своих кораблей отвечаю лично я.

Раз так, то нанести упреждающий удар и повредить как можно больше вражеских кораблей, проредить авиацию в местах будущих плацдармов, будет весьма разумным шагом. Чем меньше наших кораблей пострадает в завязке «свалки», тем лучше для исхода боя.

— Начинаем, — скомандовал я. — Прыжок по координатам «Альфа», капитан Тшель.

— Есть, сэр! — взбодрился командир «Химеры», повернувшись к «ямам». — Прыжок по координатам «Альфа».

Пространство растянулось в световые линии.

Соединение «Химеры» устремилось к противнику первым. Не столько потому, что я уверен в эффективности экипажа этого разрушителя и команд на кораблях сопровождения. Но и потому, что даже в космической эре главное различие между сухопутными и флотскими военачальниками неизменно: генералы в бой отправляют, а адмиралы — ведут.

Впрочем, в этой галактике встретить сухопутного офицера на передовой тоже не редкость. Зачастую это даже практика.

Когда в твоей армии тысячи старших генералов, десятки тысяч полковников и миллионы лейтенантов беречь их нет большой надобности. Выживет тот, кто наиболее приспособлен к командованию. Как в той присказке: «У нас таких, как ты, за воротами толпа стоит».

Короткий переход в гиперпространстве завершился.

Мы оказались в гуще вражеского флота.

— Тяжелый крейсер противника в двадцати единицах по правому борту, курс на столкновение!

— Сбросить корвет, выпустить авиацию! — четкие приказы Тшеля выполнялись так же молниеносно. — Ударные канонерки — право на борт! Перехватчикам удерживать средний периметр!

— Сэр, крейсер справа не управляется! Двигатели уничтожены, таран неизбежен!

А значит экипаж той посудины не отвернет в любом случае. Интересно, и что же предпримет Тшель?

— Заградительный огонь прямой наводкой по крейсеру противника! — продолжал Тшель. — Обезопасить правый борт!

Стандартная реакция — уничтожить угрозу. Логичное действие. Если б между нами было хотя бы на десять единиц побольше. В текущей ситуации даже когда мы взорвем крейсер, «Химера» получит серьезные повреждения корпуса от обломков уничтоженного звездолета.

Но по виду так и не скажешь, что капитан Тшель надеется только на пушки. Любопытно.

— Ударные канонерки заходят на крейсер по правому борту, — сообщил вахтенный. — Разрешите атаковать?

— Разрешаю! — Тшель бросил на меня вопросительный взгляд. Хотел удостовериться в том, не отменю ли я приказ. Как-никак, а «Дредноуты» приказано собирать в качестве трофеев.

Но есть нюанс.

— Командуйте, капитан, — посмотрел я на молодого офицера. — Один старый крейсер не цена угрозе тарана флагманскому разрушителю и гибели сотен, если не тысяч членов экипажа.

— Я так и подумал, сэр, — на лице Тшеля не было ни намека на веселье. Как же быстро возмужал этот мальчик… — Приоритет целей, сэр. Я помню, чему вы меня учили.

Ну надо же…

— Так продемонстрируйте, капитан, — попросил я.

— С большим удовольствием, сэр, — не смог сдержаться от улыбки Тшель. — Внимание палубной команде! Запустить аварийные стартовые двигатели! Приготовиться ко вращению кораблей вдоль продольной оси по часовой стрелке! Средний вперед!

Как только «Химера» вздрогнула и начала «подниматься» эшелоном выше своего нынешнего положения, я вопросительно посмотрел на командира звездного разрушителя.

Если маневр с аварийными стартовыми двигателями логичен — Тшель выводит звездолет из-под таранного удара, то вот остальное.

Любопытно… И что же намерен продемонстрировать капитан Тшель?

— Внимание кораблям сопровождения! — отдал приказ последний. — Начать маневренный прорыв сквозь корабли противника. Выйти на точку «Бета» и обеспечить безопасность для десантной высадки.

Четыре «Мстителя-II» и пять «Крестоносцев-II» на полном форсаже устремились вперед.

Тшель бросил на меня испытующий взгляд.

Но я молчал. Было бы абсолютной глупостью прерывать маневр. Думаю, я уже понял, что он хочет сделать. Нужно лишь наблюдать за реализацией. Если у него все получится, то… Хм… А ведь интригующе. В самом деле интригующе!

Точка «Бета» — это условная область на орбите Элома, где должна была оказаться «Химера» после прорыва вражеского построения. План второй фазы заключался в том, чтобы пробиться на орбиту, высадить десант. После этого, развернувшись, мы могли запросто расстреливать вражеские корабли, прикрываясь их поврежденными кораблями.

Одновременно с этим захватывая абордажными группами самые ценные и способные к продолжению службы в минимально короткие сроки. Те, которые сильно повреждены внимания сейчас не стоят — их долго чинить, на них имеются значительные силы… Проще дать их экипажам задохнуться в вакууме. Ну или сдаться в плен от безысходности.