Жестокие намерения (ЛП) - Кент Кора - Страница 12

Глава 14

Ксавьер

Я не проявляю никакого интереса к предложению Малкольма о семейном ужине, пока он не упоминает, что там будет Кей.

— Я хочу поблагодарить тебя за то, что ты сделал за меня мою работу, — с усмешкой настаивает он по телефону. — Мне даже не пришлось звонить ей по поводу открытия вакансии. Она сама явилась ко мне.

Я говорю отцу, что приду, и в отчаянии вешаю трубку. Я скучаю по тем временам, когда можно было хлопнуть по трубке, чтобы показать свое недовольство. Нажатие кнопки "завершить звонок" не дает такого эффекта.

Мне приходится с трудом вписывать семейный ужин в свой плотный график. У меня тренировка по футболу с 3:00 до 6:00; затем мне нужно принять душ, переодеться и ехать полчаса обратно в Манхэттен в надежде успеть к 7:00, когда они сядут ужинать. Но я справлюсь, если это означает, что я увижу Кей.

— Замечательно, что ты присоединился к нам, — приветствует меня Кэрри, когда я вхожу на кухню. Должен признать, она готовит лучше, чем моя мать. Виктория наняла для этого людей; Кэрри же готовит сама.

— Пахнет восхитительно, — хвалю я.

Кей прислонилась к стойке, старательно разглядывая свои ногти. Я замечаю, что они отполированы и блестят от свежего маникюра. На ней сверкающее серебряное платье в пол с черным атласным лифом и хрустальными бусинами по линии подола. Сзади платье подчеркивает изгиб ее спины, а также выпуклость бедер. Она отворачивается от меня, и я восхищаюсь линиями ее тела; она неотразима.

— Разве ты не хочешь поздороваться со своим сводным братом? — Кэрри подталкивает дочь локтем. — Будь вежливой, Кей.

Ее глаза вспыхивают раздражением, а губы сжимаются в тонкую линию. Ее грудь поднимается, когда она делает глубокий, расстроенный вдох, а затем медленно выдыхает и неохотно бормочет:

— Привет.

Голос Кэрри тверд, когда она толкает дочь локтем в бок и бросает на нее острый взгляд. Она пытается улыбнуться, но у нее ничего не получается.

— Не забудь спросить, как прошел его день, милая, — настаивает она, хотя ее рот плотно сжат от напряжения.

Мне приходится подавить ухмылку, когда Кей отворачивается от матери и показывает мне средний палец, когда Кэрри не смотрит.

— Как прошел твой день, Ксавьер?

— Отлично. Спасибо, что спросила. — Я ненавижу жену своего отца, но ее настойчивость в том, чтобы мы собирались вместе как семья, доставляет мне бесконечное удовольствие.

Малкольм врывается на кухню, как торнадо, выбивая всех из колеи. Сначала он останавливается у Кей и касается губами ее щеки, чтобы по-дружески поцеловать, но при этом смотрит мне в глаза.

— Прелестное платье, Кей. Спасибо, что переоделась. — Затем он обращает внимание на свою жену и запечатлевает на ее губах глубокий, сводящий с ума поцелуй. — Ты выглядишь великолепно, — шепчет Малкольм. — Не могу дождаться, когда сниму его с тебя позже.

— Кто готов есть? — Громко перебивает Кей, отталкиваясь от стойки и хватая салат, который Кэрри приготовила ранее. — Ксавьер, не мог бы ты взять картофельное пюре? — Она обходит меня стороной, словно прикосновение ко мне может испачкать ее новое модное платье.

Я следую ее примеру и несу миску с картофельным пюре в столовую, оставляя остальную посуду Малкольму и Кэрри. Я выбираю стул напротив Кей и улыбаюсь, когда сажусь.

— Ты выглядишь достаточно хорошо, чтобы тебя съесть.

— Если ты голоден, есть тушеное мясо, — пренебрежительно говорит она.

Прежде чем я успеваю ответить, Кэрри и Малкольм вкатывают в столовую тележку с оставшейся посудой. Они расставляют все, и гляжу на вкуснейшие домашние блюда, который соперничает с тем, что я приготовил бы себе на ужин, останься я дома. Мой желудок урчит, и я жду, пока они сядут за стол, после чего набрасываюсь на еду.

Я беру себе внушительную порцию всего: тушеного мяса, картофельного пюре, запеченных овощей — и поливаю толстым слоем густой домашней подливки. На столе вино — каберне, любимое вино моего отца, — и с каждым глотком оно усиливает вкус блюда. Я в раю. Говядина нежная, дымящаяся, приправленная травами и специями.

Но мое удовольствие омрачает бесконечная болтовня Малкольма и Кей. Кэрри наблюдает за ними, как за теннисным матчем, пока они обсуждают свободную вакансию в его офисе. Она вежлива и никогда не перебивает — мой отец хорошо ее обучил.

— Когда получишь степень младшего специалиста, если ты все еще будешь работать на меня, мы можем рассмотреть возможность повышения зарплаты, но пока у тебя нет образования, ты будешь просто выполнять секретарские обязанности. — Я был помощником юриста с обязанностями, жизненно важными для успеха организации; Кей — прославленный личный ассистент.

— Я благодарна, что ты предлагаешь мне эту должность. Надеюсь, ты не будешь возражать, если я возьму отпуск летом, чтобы пройти стажировку в других фирмах. — Она вертит в руках нетронутую ложку, лежащую справа от ее тарелки. — Я хочу получить всесторонний опыт поступлением в юридический колледж.

Малкольм улыбается ей и разрезает кусок тушеного мяса на более мелкие кусочки

— Меня это устраивает. Я понимаю, что у тебя параллельные амбиции с McCade & Manchester, и кто знает, может быть, однажды ты займешься уголовным правом или чем-то совершенно другим. Но, работая у меня, ты научишься многим основам практики, и эти навыки пригодятся тебе в любой специальности, которую выберешь.

Кей смотрит мне в глаза, когда спрашивает:

— Так ты официально нанимаешь меня? — Должно быть, она не восприняла мою угрозу всерьез; ее взгляд насмехается надо мной.

— Если ты отнесешься к этому серьезно, конечно. Не вижу причин для отказа. У нас с Ксавьером были некоторые творческие разногласия, — улыбается он, — но я всегда рад помочь семье.

Она подносит к губам кусочек тушеного мяса и говорит ‘спасибо’, прежде чем проглотить его.

Ярость в моих венах достигает неконтролируемого уровня, и мир вокруг меня приобретает оттенок красного. Я разрываюсь между желанием убить своего отца и желанием наказать Кей за ее непослушание. Но чем дольше я размышляю, тем больше формируется план, и к тому времени, как мы заканчиваем с ужином, я точно знаю, как отомстить им обоим.

Глава 15

Кей

Ночь почти закончилась. Время близится к 9:00, мы заканчиваем ужин, убираемся и болтаем в гостиной. Я чуть ли не подпрыгиваю на краешке кресла от волнения; мне не терпится рассказать Кристин, что я получила работу.

Она безостановочно писала мне в течение последнего часа. Поскольку меня непредвиденно задержали, ей пришлось завести новых друзей в столовой. Последнее сообщение я увидела, когда мельком взглянула на свой телефон во время посещения туалета. Кристин сообщила, что у нее назначено свидание с футболистом-старшекурсником. С тех пор телефон вибрирует в моей сумочке каждые несколько минут.

— Малкольм, милый, — прерывает Кэрри затянувшееся молчание, последовавшее за пересказом мужа захватывающей драмы в суде. — Я уверена, что дети хотят вернуться в общежитие. По крайней мере, Кей. — Ее щеки краснеют, когда она избегает встречаться взглядом с Ксавьером. — На улице темнеет.

Небесно-голубой оттенок дневного света начал исчезать пару часов назад, сменившись темно-фиолетовой дымкой, которая застилает последние лучи солнца. Последний золотой свет пробивается сквозь заросли деревьев вдалеке.

— Да, — спешу подтвердить я.

В то же время Ксавьер говорит:

— Мы подумывали остаться на ночь.

Я смотрю на него со смесью замешательства и ужаса.

— Что? — Я не думала ни о чем подобном.

Лицо Малкольма жестоко повторяет мое собственное, когда его взгляд задерживается на сыне. Меня охватывает дурное предчувствие, когда они смотрят друг на друга.

— Кто-нибудь хочет объяснить? — спрашивает он.

Я не нахожу слов, но все равно поднимаюсь на ноги.

— Нет, я…

— … собиралась пойти со мной на прогулку, — плавно заканчивает Ксавьер, следуя моему примеру. — У нас не было возможности поговорить о твоей первой неделе в университете.