Играй жестко (ЛП) - Геркулес Мишель - Страница 62

— Я люблю тебя.

Позади нас сигналит машина. Черт. Я продолжаю вести машину, заставляя себя сосредоточиться на дороге, но внутри меня все дрожит. Алекс Камински любит меня. Он любит меня.

Но самое безумное во всем этом сценарии то, что я тоже люблю его.

Как я расскажу ему о своем разговоре с Ильей? Он же с ума сойдет.

— Что-то ты притихла. Я тебя напугал?

Я сглатываю комок в горле.

— Нет, я не испугалась. Я просто хочу, чтобы мы вернулись домой целыми и невредимыми.

— Домой, — он хихикает. — Мне нравится, как это звучит. Наш дом.

Бабочкам в моем животе наплевать на то, что эти отношения обречены. Они вызывают у меня головокружение. Мне нравится, что когда-нибудь мы будем жить в одном доме с Алексом. Но он уезжает играть в НХЛ, а я должна выйти замуж за Илью.

Нет. Я не могу выйти замуж за этого человека. Мой план развестись через год не сработает. В его семье у меня сложилось мнение, что ты выходишь замуж за дерьмо на всю жизнь, и единственный выход из брака — смерть.

— Я тоже, — признаюсь я.

Это единственная правда, которую я могу произнести вслух. Говорить, что я люблю его, но не могу быть с ним, нечестно.

— Когда-нибудь у нас это будет, малышка. Я клянусь.

Он прислоняет голову к окну и закрывает глаза. Я издаю вздох облегчения. Надеюсь, он слишком пьян, чтобы помнить этот разговор.

Я была рада, что Алекс заснул в машине, и нам не пришлось продолжать этот разговор. Но теперь мне придется будить его и тащить его задницу к нему домой. Они с Логаном живут в одной комнате в кампусе, похожей на квартиру Джиа. Квартира Алекса находится на третьем этаже, и он настаивает, что мы можем подняться по лестнице. Мне приходится потратить несколько минут, чтобы убедить его, что лифт лучше, поскольку он едва может идти прямо.

Оставшись наедине в металлической коробке, он прижимает меня к стене и крепко целует, прижимаясь всем телом к моему. Его правая рука уже под юбкой, нащупывает мою попку. Он пьян, но его поцелуи так же эффективны, как и превращение меня в желе в его объятиях.

Поскольку поездка короткая, у него нет времени, чтобы полностью уничтожить мой самоконтроль. Я отталкиваю его от себя, когда раздается звонок и дверь открывается.

— Мы приехали, — говорю я.

Он отшатывается назад, демонстрируя глупую ухмылку.

— Я собираюсь оттрахать тебя сегодня очень хорошо, малышка.

Я качаю головой.

— Ладно, большой мальчик. Где твой ключ? Не будет никакого траха, если мы не сможем попасть в твою квартиру.

— О, это не обязательно. Я могу прижать тебя к стене коридора и раздвинуть твою киску.

Блин, он превратил меня в законченную нимфоманку, потому что мое тело немедленно реагирует на его предложение. Мой клитор уже пульсирует.

Я протягиваю руку.

— Ключ, пожалуйста.

— Хорошо, — он сунул руку в карман и достал связку. На ней болтается несколько ключей. — Будет лучше, если это сделаю я. Эта дверь защелкивается.

Со второй попытки ему удается попасть в отверстие, и тогда ему приходится упереться телом в дверь, чтобы она открылась.

— Надо бы починить, — говорю я.

— Я знаю. Но это никогда не входило в список наших приоритетов, и мы можем открыть ее, — он пожимает плечами и с размаху распахивает дверь. — Добро пожаловать в мою скромную резиденцию.

Я не знаю, чего ожидать, когда вхожу. Обычно у парней беспорядок, но, на удивление, я нигде не вижу хаоса. И в раковине тоже нет кучи грязной посуды.

В гостиной стоит старый коричневый кожаный диван, на стене висит большой телевизор с плоским экраном. На стеллаже под ним — несколько игровых приставок. Но самое неожиданное — это растения в горшках у окна.

Звук ударов лап по полу предупреждает меня о том, что моя тезка проснулась. Она больше Печеньки. Она прыгает на ноги Алексу, виляя хвостом.

Алекс наклоняется и чешет ей голову.

— Как поживает моя милая девочка? Скучала по мне?

— У меня соперница, — говорю я.

Он поворачивается ко мне, улыбаясь.

— Ревнуешь?

— Нет. У тебя нет клетки?

— Есть, но мы не держим ее там большую часть времени. Мы могли бы избавиться от неё.

— Пожалуйста, только не говори мне, что вы позволяете ей спать в своей постели, — я снимаю пальто и вешаю его на вешалку у двери.

Он потирает затылок.

— Эмм… хорошо, я тебе не скажу.

— Ну, я иду спать. В какую сторону?

— О, детка, я тоже иду, — он поворачивается к щенку. — Ты останешься здесь на ночь. Маме и папе нужно побыть наедине.

У меня в горле поднимается взрыв смеха.

— Я не ее мама. У меня есть свой щенок, о котором нужно беспокоиться.

— А кто сейчас с Печенькой?

— Моя соседка. Я не была уверена, во сколько я вернусь, и она предложила побыть нянькой.

Алекс достает из-под журнального столика собачью лежанку и кладет на нее несколько плюшевых игрушек и одеяло.

— Не понимаю, почему ты не можешь быть мамой для них обоих.

— Тогда тебе придется изменить ее имя. Я не буду называть ее Блэр.

В ответ на это ушки щенка поднялись.

— Она уже привыкла к этому имени, — возражает он.

Я кладу руки на бедра.

— Это чертовски плохо. Это ты виноват в том, что был идиотом.

Он подходит и притягивает меня к себе. — Это был очевидный ход с моей стороны, чтобы завоевать тебя. Разве ты не знаешь, что парни выбирают девушек, которые им нравятся?

— Это самое нелепое…

Он прерывает меня своим ртом.

Я взволнована, но не настолько, чтобы противостоять силе поцелуев Алекса. Я прыгаю в его объятия и позволяю ему отнести меня в его спальню. Если бы кто-нибудь спросил меня, как она выглядит, я бы не смогла ответить. Я смотрела только на него.

ГЛАВА 50

АЛЕКС

Я знаю, что Блэр лежит в моей постели, не открывая глаз. Вчера вечером я выпил слишком много, и это было чудо, что я смог прийти в себя, когда мы вернулись в мою квартиру. Как бы я ни напивался, я никогда ничего не забываю, и прошлой ночью я сказал Блэр, что люблю ее. Она ничего не ответила, но это меня не смутило. Она ушла от родителей и пришла на вечеринку "Воинов". Это был огромный шаг для нее.

Я открываю глаза и вижу, что Блэр спит на боку, спиной ко мне. Простыня прикрывает ее до пояса, но я знаю, что под ней ничего нет. Я обхватываю ее тело руками и глажу ее, прижимаясь носом к ее шее. Она только тихонько стонет и накрывает мою руку своей.

Я уже возбужден, поэтому прижимаю свой стояк к ее милой попке и провожу рукой по ее животу, пока не нахожу клитор. Я играю с ее пучком нервов, проводя пальцем вправо и влево, пока ее складочки не становятся мокрыми.

Она выгибает спину и раздвигает ноги, облегчая мне доступ. Я переключаюсь на ее дырочку, немного потираю вход в киску, а затем ввожу в нее два пальца.

— Алекс….

— Доброе утро, малышка.

Некоторое время я трахаю ее пальцами, наслаждаясь звуками, которые она издает. Но я сгораю от потребности в ней, поэтому быстро меняю руку на член. Я прижимаю ее спину к своей груди и медленно вхожу в нее сзади.

— Блядь, как же тебе чертовски хорошо. Я никогда не устану от того, как твоя киска обхватывает мой член.

— Хорошо. Я тоже никогда не устану от того, как ты заполняешь меня и растягиваешь до предела, большой мальчик.

— Теперь это мое прозвище?

— Да.

Я целую ее плечо, а затем нежно покусываю ее гладкую кожу.

— Мне нравится.

— Что ты делаешь со мной, Алекс?

— Я собираюсь заставить тебя кончить, малышка. Разве это не очевидно? — я надавливаю пальцами на ее клитор, одновременно входя и выходя из нее.

— Это приятно.

— Да? — все еще надавливая на ее клитор, я делаю пальцами небольшие круги.

— Да! Да! Боже мой. Я кончаю.

Черт. Это было быстро. Я увеличиваю темп, трахая ее сильнее, пока она достигает своего оргазма. Наверное, я мог бы продолжать еще долго, но шум за дверью моей комнаты говорит о том, что Логан проснулся.