Играй жестко (ЛП) - Геркулес Мишель - Страница 72

— Я так не думаю, — говорит Райдер. — Проверь свой телефон.

Илья нахмуривает брови, затем достает свой аппарат и нажимает на экран. Его челюсть напрягается, и он скрежещет зубами. Он поднимает глаза и на несколько секунд вступает в поединок с Райдером. Затем он смотрит на Блэр и на меня с такой ненавистью, что мне хочется поставить себя перед ней, чтобы защитить ее от взрыва.

За машиной Райдера останавливается еще одна машина, на этот раз это парковщик с авто, на котором приехал Илья. Он сует деньги в руку парковщику и без лишних слов садится в свою спортивную машину. Я не дышу, пока он не отъезжает, сжигая резину.

— Райдер… что ты сделал? — спрашивает Блэр задыхающимся голосом.

Он поднимает подбородок, глаза горят решимостью.

— Я вытащил тебя из сделки с Ильей, сестренка. Ты свободна.

Я бы обрадовался его словам, если бы не знал, что за ними стоят какие-то условности.

— А что ты отдал взамен?

Он смотрит на меня напряженным взглядом.

— Это не имеет значения. Все сделано. Для твоей защиты, твоя история с Болкоскими закончена. Все, о чем я прошу, это сделать Блэр счастливой. Один из нас заслуживает этого.

Блэр отрывается от меня и обнимает своего брата.

— Я не хотела этого. Ты тоже заслуживаешь счастья.

Он поглаживает ее по спине.

— Я знаю, сестренка, но пока и этого хватит. Я буду жить виртуально через тебя и Алекса, — все еще держа ее на руках, он смотрит на меня. — Не разочаровывай меня, Камински.

— Не разочарую. Клянусь.

ГЛАВА 59

БЛЭР

— Мне лучше уйти, пока меня не застукал кто-нибудь со свадебной вечеринки, — Райдер высвободился из моих объятий.

Я все еще ошеломлена тем, на какую жертву он пошел ради меня. Мои глаза горят от слез, которые вот-вот прольются.

— Они должны знать, что ты не плохой парень в этой истории.

Его зрачки расширяются.

— Нет. Они не должны знать. Это важно, Блэр.

Я открываю рот, чтобы возразить, но Алекс трогает меня за спину.

— Нам нужно зайти, милая.

Райдер смотрит на него, и выглядит облегченным из-за того, что он прервал его. Я отступаю от брата, и тут же рука Алекса обвивается вокруг моей талии.

— Это еще не конец, Райдер. Мы поговорим, — говорит он ему.

В своей обычной манере, когда разговаривать хочется меньше всего, Райдер сжимает челюсть, мускул дергается.

— Вы двое постарайтесь сегодня повеселиться, — он возвращается к своей машине, и ни Алекс, ни я не двигаемся с места, пока он не уезжает.

В молчании Алекс направляет меня обратно в отель, и как только мы уходим с мороза, он притягивает меня к себе и крепко обнимает за грудь.

— Мне так жаль, малышка, — он дрожит, и я не знаю, то ли ему все еще холодно, то ли он нервничает.

— Тебе не о чем сожалеть.

Он сжимает мои предплечья и толкает меня назад. Я вижу, что в его глазах блестят слезы.

— Есть о чем. Больше всего я сожалею о том, что не смог защитить тебя или сделать что-нибудь, кроме как держаться на расстоянии. Ты даже не представляешь, как меня убивало то, что я не мог тебя увидеть, обнять и сказать, как сильно я тебя, блядь, люблю. А потом увидеть, как этот ублюдок наложил на тебя руки… — он задыхается. — Мне потребовалась каждая унция самоконтроля, чтобы не прикончить его голыми руками.

Я прижимаюсь к его лицу, пытаясь сдержать себя и не разрыдаться.

— То, что ты держался подальше, было самым большим признанием в любви, которое ты мог мне дать. Знание того, что ты в безопасности, было моим утешением. Я не могла вынести мысли о том, что он причинит вред тебе или Логану. Он собирался положить конец вашей карьере в НХЛ и исключить вас из колледжа.

Он берет мое лицо в свои руки.

— Ты думаешь, меня это волнует, малышка? Неужели ты думаешь, что я готов все это променять, чтобы защитить тебя, чтобы ты не вышла замуж за чудовище? Деньги, статус — все это бессмысленно, если я не могу получить самое дорогое, что есть в моей жизни. Тебя.

Мои губы дрожат, и первая слеза скатывается по щеке.

— Я не смогла бы жить, зная, что разрушила твою жизнь. А Логан… он в конце концов возненавидел бы тебя за то, что ты лишил его мечты.

Алекс вытирает слезу большим пальцем.

— Единственный способ разрушить мою жизнь — это не быть в ней. Что касается Логана, то у него самое большое сердце, и он и глазом не моргнет, если все бросит.

— Йо, что вы, ребята, делаете? — спрашивает парень. — Я вас повсюду ищу, — мы поворачиваемся к нему, и он не упускает, что Алекс берет меня за руку. — Что случилось?

— Илья ушел, — говорю я.

— Навсегда, — добавляет Алекс.

Брови Логана изгибаются.

— Мне потребуется больше объяснений, но позже. Репетиция ужина уже началась, и меня ждет горячая подружка невесты.

— Кто? София? — спрашиваю я.

Он кривит губы в кривой ухмылке.

— Мне всегда нравились рыжие.

Алекс фыркает.

— И блондинки, и брюнетки…

Его глаза сужаются, и я боюсь, что он собирается напомнить нам, что Алекс тоже когда-то был игроком, но, к счастью, он этого не делает. Я знаю, что у Алекса есть прошлое, но меня волнует только его настоящее и будущее.

— Ты ведь знаешь, что у нее есть парень? — спрашиваю я.

Он засовывает руки в карманы и пожимает плечами.

— Раньше меня это никогда не останавливало.

Есть еще одна деталь, которая могла бы остановить его — тот факт, что ее брат играет за Клейтон. Но я решаю дать ему возможность самому разобраться в этом. Он разворачивается и направляется обратно в ресторан.

Я делаю шаг вперед, чтобы последовать за ним, но Алекс останавливает меня.

— Что?

— Мне нужно это сделать, — он берет мое лицо в свои руки и накрывает мой рот своим, жадно, собственнически. Как будто он вкладывает в этот поцелуй все, что у него на душе.

Я обхватываю его за талию, придвигаюсь ближе, пытаясь слиться с ним в единое целое, и целую его в ответ с той же страстью, повторяя каждое движение. Мою кожу покалывает, я чувствую себя воздушной, легкой как воздух. Я чертовски соскучилась по нему и боюсь, что если отпущу его, он исчезнет.

Алекс отстраняется, прижимаясь лбом к моему.

— Если мы не остановимся, мне придется потратить все свои сбережения и снять номер в отеле.

— Или мы можем найти пустую комнату для встреч, — я улыбаюсь.

— Не искушай меня, малышка.

Я откидываюсь назад, чтобы заглянуть ему в глаза.

— Я всегда буду искушать тебя, большой мальчик. Я не хорошая девочка.

— Но я могу сделать из тебя хорошую девочку. Он приближает свой рот к моему уху, — на самом деле, может быть, она выйдет поиграть сегодня вечером.

Я вскидываю бровь.

— Правда?

Он ткнул меня в нос указательным пальцем.

— Ага.

— А если я хочу, чтобы ты был хорошим мальчиком?

Его брови взлетают к небу.

— Это… черт… Мы можем сейчас пойти домой?

Дом. Мне неважно, где он находится — у меня или у него, но когда он произносит это слово, по моему телу разливается безумное чувство эйфории. Я как бы шутила, что поменяю роли. Я не ожидала, что Алекс будет настолько согласен с этой идеей. Теперь я буду думать об этом весь ужин.

Потом я вспомнила, что остановилась в Эвергрине, а Печенька все еще в доме моих родителей. Выражение моего лица падает.

— Что случилось? — он касается складки между моими бровями.

— Мне все еще нужно разобраться с родителями. Илья, может, и не при делах, но это не значит, что я в ладах с ними, особенно с мамой.

— Она может забыть о своих сватовских замашках. Единственный мужчина, за которого ты выйдешь замуж, — это я.

— Что? — пискнула я, сердце чуть не выпрыгнуло из груди. — Это предложение?

Лицо Алекса окрасилось во все оттенки красного.

— Конечно, нет. Когда я сделаю предложение, это будет грандиозно. Я просто хочу закрепить это в камне. Ты моя, малышка, и я твой.

Я обхватываю пальцами лацканы его пиджака.

— Именно так, большой мальчик. Ты мой.