Играй жестко (ЛП) - Геркулес Мишель - Страница 77

Она застегивает ремень на моей шее и использует его как ошейник. Затем она поднимает одну из своих ног и прижимает туфлю на высоком каблуке к моему плечу.

— Прикоснись ко мне.

— Где?

— Где угодно.

Я обхватываю рукой ее лодыжку и лижу ее икры. Глаза Блэр закрываются, а губы раздвигаются. Я закидываю ее ногу себе на плечо, чтобы осыпать поцелуями ее бедра, при этом задирая платье вверх, пока не становятся видны кружевные трусики.

Теперь она дышит немного тяжелее, и я продолжаю, пока мой рот не оказывается на ее киске. Я не утруждаю себя тем, чтобы отодвинуть ткань в сторону, прежде чем начать лизать ее с упоением.

Ее пальцы обвиваются вокруг прядей моих волос, и она дергает их.

— Алекс… Мне нравится, как двигается твой язык.

— Мне нравится твой вкус, малышка.

Она резко отпихивает меня, и я падаю на задницу. Я уверен, что нарушил правила, сказав хоть что-то, но, черт возьми, это будет стоить наказания. Она опускается на пол и садится на меня.

— Сейчас я оседлаю тебя, ковбой, и ты будешь хорошо себя вести.

Она обхватывает пальцем мой член, затем прижимает его кончик к своему клитору через трусики, которые уже насквозь промокли. Она использует мой член как свою личную игрушку, трется им о свое ядро. Я хватаю ее за бедра, но она сужает глаза.

— Убери руки.

Я опускаю их по бокам, но не уверен, что смогу еще долго быть хорошим мальчиком. Несмотря на то, что это чертовски сексуально, и мне нравится видеть, как она контролирует меня, она слишком соблазнительна, чтобы я мог сопротивляться. Я хочу трогать и целовать ее везде. Я хочу трахать ее до тех пор, пока она не начнет умолять меня никогда не останавливаться.

От ее легких вздохов удовольствия у меня кружится голова. Мои яйца напряжены, готовы взорваться, но речь идет о ней, и я не собираюсь все испортить.

— Теперь ты будешь вести себя хорошо, большой мальчик?

— Да, — шиплю я.

— Хорошо, — она, наконец, сдвигает трусики в сторону и опускает бедра, насаживаясь на мой член.

Я издаю громкий рык, когда ее киска обхватывает меня, горячая и тугая. Прижав ладонь к моей груди, она начинает двигаться, медленно поднимая и опуская бедра. Я задыхаюсь, изо всех сил пытаясь удержаться от толчков бедрами вверх.

— Хочешь, я буду быстрее, детка? — спрашивает она бархатистым тоном.

— Да.

— Попроси хорошенько, и я исполню твое желание, — она вибрирует бедрами, и я непроизвольно подрагиваю.

— Пожалуйста, малышка. Я умоляю тебя.

Ее губы кривятся в довольной ухмылке.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня так, как никогда не трахал раньше. Не сдерживайся.

Я сужаю глаза.

— И я могу делать все, что захочу?

— Да.

Быстрее молнии я переворачиваю нас, укладывая ее под себя. Но я хочу трахать ее не так. Я встаю на колени и снова переворачиваю ее, приподнимая ее бедра от пола. Блэр хнычет, когда я ввожу пальцы в ее влажную дырочку.

— Вот так, малышка. Постони для меня.

— Ты не делаешь того, что я тебе сказала, — жалуется она.

Я хватаю ее за бедра, впиваясь пальцами в кожу, и проникаю в нее жестким толчком.

— Как насчет сейчас?

— Да. Больше… сильнее.

Она прижимается щекой к ковру и закрывает глаза, пока я быстро и неустанно вхожу и выхожу из нее. Теперь я не сдерживаюсь. Я хочу дать ей то, о чем она просила, и даже больше. Я теряю счет времени, отдаваясь наслаждению, которое струится по моим венам. Ее стоны становятся все громче, а ее стенки сжимаются вокруг моего члена.

— Заставь меня кончить, Алекс.

Я шлепаю ее по заднице, зная, как сильно ей это нравится.

Она вскрикивает, ее тело содрогается. Я увеличиваю темп, разрушая плотину, которая сдерживала мой оргазм. Поток прорывается, как цунами, и я тоже громко стону, опустошая себя в ней.

Я теряюсь в ощущениях и возвращаюсь на землю только после того, как Блэр говорит:

— Хватит. Я не могу…

Я отстраняюсь, затем поднимаю Блэр на руки и прижимаю ее к себе.

— Ты в порядке, малышка?

Ее лицо раскраснелось и вспотело, а глаза все еще затуманены вожделением.

— Более чем в порядке. Ты такой хороший мальчик.

Я целую ее нежно и медленно, наслаждаясь ее сладким вкусом.

— Я всегда буду хорошим мальчиком для тебя, любовь моя, даже если ты захочешь, чтобы я был плохим.

— О, есть много плохих вещей, которые я хочу, чтобы ты со мной сделал.

Я прижимаюсь к ее лицу.

— Мы только начали.

ГЛАВА 63

БЛЭР

В ближайшие несколько дней мы с Алексом пользуемся зимними каникулами, чтобы доработать наше предложение для ООН. Как бы нам ни хотелось все время быть друг с другом, мы выработали систему поощрений. Каждый раздел отчета мы отмечаем в спальне, гостиной, ванной, кухне — в любой комнате, которая нам больше нравится.

Вчера вечером мы закончили проект и весь вечер праздновали, то есть почти не спали. Нам даже неважно, выиграем мы предложение или нет, хотя это было бы неплохо. Несмотря на несколько часов сна, сегодня я встала в семь утра. Алекс лежит на животе, лицом в другую сторону. Простыня прикрывает только его аппетитную попку, так что мне прекрасно видна его широкая спина и следы царапин, которые я там оставила.

Ой. Я увлеклась прошлой ночью — не то чтобы его это волновало.

Я соскальзываю с кровати и решаю принять душ в гостевой ванной, чтобы не разбудить его. Я уверена, что он будет спать допоздна, и планирую использовать это время с пользой для себя.

Прошедшие дни были замечательными, но меня все еще беспокоит один вопрос. Мне нужно поговорить с мистером Камински. Я не могу быть причиной того, что Алекс не разговаривает со своим отцом.

Я одеваюсь так тихо, как только могу, а затем начинаю рыться в ноутбуке Алекса. Мне нужен адрес его отца. Вчера вечером Алекс делал покупки в Интернете и оставил браузер открытым на этой странице. Я щелкаю на его аккаунте и без труда вижу, что он отправил несколько посылок своему отцу. Джекпот.

Я быстро записываю адрес на стикере, а затем возвращаю окно браузера на главную страницу магазина. Какими бы благими намерениями я ни руководствуюсь, я все равно вторгаюсь в его личную жизнь. Благими намерениями вымощена дорога в ад.

Перед тем как уйти, я пишу ему записку, что у меня дела и я скоро вернусь. Печенька скулит в своей клетке, заставляя меня чувствовать вину за то, что я не вывелв его на прогулку. Может быть, это неплохая идея — взять его с собой. Он мог бы помочь мне с мистером Камински. Кто не любит щенков?

Я беру его поводок, затем открываю клетку.

— Хорошо, мальчик. Мы отправляемся в маленькое приключение.

GPS приводит меня в район, где дома старые и маленькие, но я не чувствую, что это плохое место. Адрес мистера Камински ведет к близлежащему трейлерному парку. Ночью выпал сильный снег, и я понимаю, что не стоит пытаться проехать по нему на машине. Я оставляю машину недалеко от трейлерного парка и продолжаю свой путь пешком.

Я рада, что надела свое самое тяжелое пальто, но мне жаль, что на мне нет подходящих снегоступов. Печенька тянет поводок, желая поиграть в этой зимней стране чудес.

— Погоди, мальчик. Я не могу бежать так быстро.

Я стараюсь не отставать, но это трудно, когда снег доходит до моих икр.

Впереди слышен смех, потом какие-то колкости.

— Сдавайся, старик. Мы знаем, что у тебя есть связи. Разве твои сыновья не играют в хоккей в том колледже для богатых людей?

Боже мой. Они говорят об Алексе и Логане?

— И что? Это не значит, что у меня есть билеты на этот чертов плей-офф.

— Оставьте его в покое, вы, никчемные неудачники, — вклинивается женщина.

— Не лезь, старая карга.

— Не разговаривай с ней так. Прояви, блядь, уважение.

Я проталкиваюсь сквозь снег, стараясь двигаться быстро, и в то же время сую руку в сумочку и достаю перцовый баллончик. Похоже, мистеру Камински приходится иметь дело с соседями-беспредельщиками.