Скрытый во тьме (ЛП) - Джонсон Кристал Дж. - Страница 23

— Расслабься, Вай. Я не причиню тебе вреда, — шепчу я в темноту. Убирая влажные волосы с ее лица, я кладу ее голову себе на плечо. — Я держу тебя. Ты в безопасности. Дыши ради меня, детка.

Я вижу, что она не хочет слушать, но она слушает. Она прижимается ко мне, и ее дыхание замедляется, сливаясь с моим. Я шепчу ей на ухо похвалы и провожу пальцами по ее волосам, пока, наконец, ее дыхание не нормализуется, и она не успокаивается.

— Джаггер, — неуверенно произносит она.

— Да, Вай?

— Можно мне немного пространства, пожалуйста? Я не убегу, но у меня есть вопросы. И мне нужно смотреть на тебя, пока я их задаю, — шепчет она.

Я раскрываю крылья и возвращаю их в исходное положение. Словно отпуская испуганное животное, я убираю руку с ее талии и делаю шаг назад. Я съеживаюсь от того, как испачкал ее. Кровь окрасила ее майку, а на ее идеальной коже остались багровые отпечатки моих рук. Мой ужас длится лишь мгновение, прежде чем его сменяет гордость. На ее теле красуется доказательство моей клятвы всегда защищать ее. Я никогда не пожалею о том, что сделал ради нее.

Я даже не знаю, замечает ли она отпечатки моих пальцев — настолько она отвлечена моими крыльями. Я знаю, что должен ей все рассказать, и, хотя это кажется глупым — нервничать из-за всего, что произошло, — я нервничаю.

— Джаггер, объясни мне, — она поднимает руку и машет ею в мою сторону,

— Все это. Кто ты?

Я опускаю голову и закрываю глаза, делая глубокий вдох. К этому моменту я готовился почти двадцать два года. Я знал, что настанет день, когда я буду вынужден рассказать ей правду.

Но я и представить себе не мог, что от этого будет зависеть так много.

Что я буду так сильно переживать за нее.

Проведя рукой по волосам, я говорю — Я темный ангел. Твой темный ангел, Вай.

— Темный ангел, — повторила она, покачав головой.

— В зависимости от потребностей того, кто находится под нашим присмотром, мы становимся светлыми или тёмными. Той, за кем я присматриваю, требуется немного тьмы в мире, который осыпает её вспышками света и подчиняется каждому её капризу. Мне предназначено быть тем, кто приносит ей немного спокойствия во тьме, а в последнее время я удовлетворяю её самые тёмные желания.

Я презираю себя за то, что вынужден разговаривать с ней так загадочно, но после того, что она только что пережила, ей не нужно нервничать еще больше. Она еще не осознала полностью тяжесть того, что Брэдфорд пытался сделать с ней. Когда это произойдет, я боюсь, что это сильно ударит по ней и она вернется к старым привычкам, которые она когда-то у нее были, чтобы заглушить свою боль.

На долю секунды на ее лице проступает неверие, а затем приходит понимание. — Подожди. Вот почему он не видел тебя в комнате той ночью. Никто не может видеть тебя, кроме меня.

Я молча киваю, давая ей осмыслить происходящее.

— И то, что ты сказал в тот день о том, что это всегда был ты. Ты говорил не о том, что ты мой преследователь. Ты говорил о том, что… всегда был рядом со мной. Потому что ты мой… что? Мой ангел-хранитель?

— Да, Вай. И, прежде чем ты спросишь, я буквально твоего же возраста. Родился в тот же день, в то же самое время. Я не помню свое детство, точно так же как ты не помнишь свою жизнь до определённого возраста. Каким бы ни было твое первое воспоминание, у меня оно такое же. Мы выросли вместе. Я всегда был рядом. Помнишь того мальчика, с которым ты играла в парке, пока твоя няня разговаривала с подругами?

— Помню. Это был ты.

— Я был создан, чтобы защищать тебя. Не то что тот ублюдок, который притворялся, лишь бы сблизиться с тобой. Он не с тем связался, когда посягнул на то, что принадлежит мне.

Она просто смотрит на меня так, словно я раскрыл секреты Вселенной, а я жду ее следующего вопроса, как будто это последняя крошка, которую я когда-либо съем.

— Так ты, типа… видел все? — говорит она, смущаясь и отводя взгляд, и румянец заливает ее скулы.

Я посмеиваюсь. — Нет, я всегда оставлял тебя наедине в такие моменты. Я бы никогда не предал твоё доверие таким образом. Но признаюсь, я видел, как ты проходила через свои самые тяжелые времена.

Она закрывает лицо руками, и я не могу сдержаться, чтобы не притянуть ее к себе и не сказать ей, как я рад, что был там в тот день.

— Ты видел меня в тот день, когда у меня была передозировка.

Воспоминание о том, как она лежала без сознания на полу в общежитии, преследует меня по сей день. Я пытался выкинуть это из головы, как и она, но это был мой самый большой провал. Не проходит и дня, чтобы я не пожалел, что не открылся ей раньше. Может быть, тогда я смог бы избавить ее от этой боли.

Теперь у меня есть такой шанс, и мне нужно, чтобы она знала, как сильно она мне всегда была дорога. Даже до… всего этого.

— Я видел, как все к этому шло, Вай. Я видел, какой образ жизни ты ведешь, и знал, что это ни к чему хорошему не приведет. Я хотел вмешаться и пытался, но мне пришлось позволить тебе сделать свой собственный выбор. Но кто, по-твоему, позаботился о том, чтобы твоя подруга Кейтлин стала носить с собой Наркан? Она не сама до этого додумалась.

— Ты сделал это ради меня? — слезы навернулись ей на глаза.

— Все, что я делаю, я делаю для тебя. Даже когда ты попросила меня оставить тебя в покое, я сделал это ради тебя, потому что ты этого хотела. Но я никогда не уходил. Не совсем. Я никогда не позволил причинить тебе боль. Каждую секунду, пока я был вдали от тебя, я ждал момента, когда ты снова будешь нуждаться во мне.

— Свеча, — шепчет она, и в ее ярких глазах появляется восхищение, словно она только что узнала о существовании магии.

— В этом не было необходимости, но, зная тебя, называть мое имя вслух было бы странно. Поэтому я дал тебе простой знак, чтобы ты послала его мне.

— Я не могу поверить, что это реально, — бормочет она, проводя пальцами по волосам и встречаясь со мной взглядом. — А Грейсон? Ты…

— Он мертв, Вай. Мне жаль, если это причиняет тебе боль, но я не жалею, что сделал это. Я чувствовал его намерения по отношению к тебе, я чувствую намерения каждого, когда дело касается тебя. Он изменился в тот момент, когда ты начала постоянно гастролировать с отцом. С каждым днем его мысли становились все мрачнее, и сегодня он был готов действовать в соответствии с ними, независимо от результата. Он планировал получить то, что хотел, даже если ему пришлось бы взять это силой. Ты можешь мне не верить, и это нормально. Но я не мог больше позволять ему гноиться в этом зле. Я не мог допустить, чтобы он сделал что-то с тобой. Я не могу потерять тебя.

Она не плачет, не кричит. Она даже не выглядит расстроенной. Более того, похоже, что она и так все знала, а мои слова лишь подтвердили это.

— Я просто беспокоюсь о своем отце. Это был его лучший друг на протяжении многих лет. Это будет сильным ударом для него.

— Его лучший друг пытался напасть на его дочь и даже хуже, — говорю я, и слова выходят резче, чем я предполагал.

Я выдыхаю, проводя ладонью по шее. — Прости.

Она поднимает руку. — Ты прав. Со временем он оправится. — она сглатывает и пожевывает губу, сканируя меня взглядом. — С тобой все в порядке? Я только что поняла, что не спросила тебя. Вся эта кровь… она твоя?

Мои щеки вспыхивают от ее доброты. Никто из других ангелов никогда не спрашивал меня, все ли со мной в порядке, да и я, если подумать, никогда не спрашивала их. Наша работа — защищать, а физическое и душевное благополучие не имеет значения. Это касается всех, кроме Вай.

— Я в порядке.

Она сдвигается с места и скрещивает татуированные руки на груди. Ее прекрасное лицо приобретает суровое выражение.

— Почему ты не рассказал раньше? Зачем было уходить из моей комнаты и оставлять меня без ответа? Ты мог бы легко… расправить свои огромные крылья, и я бы тебе поверила.

Последствия моих действий обрушились на меня, как тонна кирпичей. У меня была веская причина не говорить ей, и я не жалею о том, что остался в стороне после сегодняшнего вечера. Я поступил так, как было необходимо.