В постели сводного брата - Найт Саша - Страница 4

Мой голос звучит громче, более требовательно, когда бросаю в ответ неумолимое:

– О моём будущем стоило заботиться до того, как ты уехала.

– Как я сразу не поняла… Он что-то сделал с тобой? – мама подступает ближе, хватая меня за плечи, а в голосе, поднявшемся на несколько октав, слышится тревога. – Поэтому приехал так спешно?

– Он?

– Твой отец! Расскажи мне, не скрывай!

– Издеваешься?

Хмурюсь, с возмущением глядя на мать. Уже было собираюсь высказать всё, что так давно и назойливо вертится на языке, но меня прерывает звук отпирающейся двери, и неуверенные, тихие шаги. Оборачиваюсь, чтобы на секунду столкнуться взглядом со сводной, которая молча топчется на месте, кусая губу и не сводя с меня глаз.

– Что-то случилось? – заботливо спрашивает мать.

– Там… В общем, ещё доставка приехала. Требуют твою подпись, – мямлит дочь Романова.

– Ах, конечно, Ариночка. Уже бегу!

Ариночка, значит. Даже имя какое-то до бесячего подходящее этой пай-девочке. Она всё ещё неуверенно жмётся на месте, как будто хочет что-то добавить, но меня стесняется. Ладно уж, сжалюсь над ней в первый и последний раз. Избавлю на сегодня от своего общества.

– Полагаю, на сегодня мы закончили, – отталкиваюсь от стола и встаю на ноги. Бросаю на маму быстрый взгляд. – Мне нужно вернуть тачку Даве и присмотреть себе новую. Так что на счастливый семейный ужин не жди.

Последним, что я вижу, когда вылетаю прочь из кабинета, задев сводную плечом, со всей дури захлопывая за собой дверь, это ошарашенное лицо девчонки. И Арина Романова ещё пожалеет о том, что влезла в нашу с матерью ссору и стала свидетелем моей уязвимости.

Глава 4.

Арина.

Утро понедельника. Мой путь в институт лежит через «Вегас Кунцево» и «Старс кофе». Не самая лучшая кофейня, но в разы приличнее, чем кофе в наших кафешках. После Италии в принципе сложно найти приличный кофе в Москве. Ставлю латте «Лимонный курд» в подстаканник, переключаю плейлист и ещё минут двадцать стою в пробке на МКАДе, до съезда на Мичуринский проспект.

И вот, наконец-то въезжаю на институтскую парковку. Нахожу местечко между красным спортивным «Порше» и чёрным «Бентли континенталь». Хорошо, что владелицы «Порше» и след простыл. Не испытываю симпатии к этой одногруппнице. Быстро подкрашиваю губы гигиеничкой, поправляю волосы и, забрав кофе и сумочку, выбираюсь из своего «Лексуса РХ». Машина – совместный подарок родителей на восемнадцатилетие. Папа настоял на такой большой машине, опираясь на то, что она безопаснее. Поэтому отец выбрал и модель, и комплектацию. Я же выбрала визуальную составляющую: кузов в цвете светло-бежевый металлик и салон цвета слоновой кости.

На улице всё ещё очень тепло, но уже с завтрашнего дня обещают дожди, поэтому стоит насладиться тёплым осенним солнышком. Я не могу назвать МГИМО архитектурно красивым решением, даже новый корпус. Да и главный вход выглядит не так помпезно, как у того же МГУ. Зато на заднем дворе имеются красивые маленькие аллеечки с милыми лавочками, где в хорошую погоду приятно посидеть во время «окна».

– Арин! – слышится со спины звонкий девичий голосок. – Ты чего застыла как памятник? Я тебя уже пять минут зову!

Поворачиваюсь, улыбаясь подруге. С Таней Зарницкой мы учились в одиннадцатом классе. Сразу подружились и поступить удалось вместе. Песочного цвета глаза девушки внимательно осматривают меня с ног до головы, хитро прищуриваясь.

– Ты точно моя родственная душа, – смеётся Танька. – Мы даже в одной цветовой гамме оделись!

А правда. На ней стильная бежевая юбка с высокой талией. Настолько короткая, что страшно представить, если подует ветер. Белый топ с внушительным декольте и бежевый пиджак. На ногах кремовые аккуратные туфельки. А на мне белое платье-блуза длиной до середины бедра с объёмными рукавами, поверх блузы бежевая короткая вязаная жилетка. На ногах короткие белые ботильоны с острым носом.

– Нужно срочно записать историю! Подписчики тебя любят. Зря не открываешь свою страницу, – тараторит Зарницкая, тут же доставая телефон.

Печально вздыхаю: подруга-блогер, иногда та ещё беда на голову. Таня перекидывает свой длинный блондинистый хвост на левое плечо и пару минут выбирает наиболее удачный ракурс съёмки. Затем включает запись и радостно приветствует свою аудиторию, желая им хорошего дня. Мне остаётся только молча помахать в камеру. Она почти завершает запись, как вдруг резко вскрикивает, хватая меня за рукав и дёргает в сторону. С губ подруги тут же слетает отборная брань, летящая в спину какому-то двинутому парню на чёрном спортивном мотоцикле. Но он, конечно же, её не слышит, на огромной скорости скрываясь за поворотом.

– Собака сутулая, что б тебя! – всё ещё кричит Танька в пустоту.

– Таких я ненавижу даже больше, чем идиотов на спортивных машинах, – фыркаю я, соглашаясь с подругой.

– Блин! – она смотрит на часы. – Время! Мы так опоздаем на лекцию по политической теории!

– Филимонов нас прикончит. Он же ненавидит опоздунов. Бежим скорее!

– Если бы не пары, точно нашла бы его на парковке и проколола колесо! – уже на бегу продолжает ругаться подруга.

Несусь за ней по улице, а потом и по корпусу, пытаясь не расплескать на себя кофе. И мы успеваем. Преподавателя в аудитории ещё нет, да и пара не началась. Зато наша староста Люся на месте. А возле её парты, как всегда вертится Лика Скавронская.

– Видела, как эта жирная ботаничка с самого утра поглощала бутерброды на лавке, – злобно чеканит Анжелика своей подруге Руслане Олейник, склоняясь над Люсей. – Эй! Ясенева, тебе худеть не пора? И как такое отребье только берут в наш универ?

– Ох! Достали эти нищие, – наигранно печально произносит Руслана, чуть ли за сердце не хватаясь. – Видела этих ущербных деревенщин, которые блоги ведут о МГИМО? Позор, да и только! Они портят репутацию нашего института! Моя младшая даже поступать сюда не хочет из-за них!

Как говорится, доброе утречко. На самом деле, сейчас очень модно у первокурсниц, живущих в общежитии, снимать студенческие влоги и короткие видео об учёбе в МГИМО. Особенно на факультете зарубежного регионоведения, там больше всего бюджетных мест. И я в отличие от многих наших однокурсниц совсем не осуждаю это рвение. Эти девочки много учились и трудились, чтобы попасть сюда. Проходной балл у нас слишком высокий, даже для платных мест. А для бюджета вообще конские условия. Даже мы с Таней, выходцы из обеспеченных семей, много учились и сдавали экзамены на общих условиях. Но всегда есть те, кто попадают по связям или за взятки, а не за свои труды.

Девчонки приезжие, простые стипендиатки из общаги в корне отличаются от приезжих девчонок учащихся за плату и снимающих дорогие студии на Арбате или Патриках. У последних гонора хоть отбавляй, но даже они никогда не сравнятся с москвичками. Такими, как Лика Скавронская, она же владелица спортивного «Порше», мнящая себя представительницей дворянского рода. У неё даже семейное древо есть, которым она не забывает тыкать всем в лицо.

Люся же, наша третья подруга, с которой мы познакомились первого сентября, достойна своего места больше многих тут находящихся. Она победитель многих олимпиад, а главное – заключительного этапа Всероссийской олимпиады школьников. Учится по стипендии, уже ведёт активную учебную деятельность и стала любимчиком многих преподавателей. Ясенева очень умная. И я уверена, что её ждёт блестящее будущее. Вот только нашим самопровозглашённым «королевнам» она мозолит глаза.

– Ой! – Таня проходит мимо Лики, задевая ту плечом. – Прости, Анжелка. Совсем тебя не заметила. Не надоело доставать других? Может, сходишь, перепроверишь свою родословную. А то я что-то сомневаться начала, что представитель дворянского рода может изъясняться как дворовая крестьянка.

– Зарницкая! Ты офигела? Решила заделаться защитницей обездоленных? – ревёт Анжелика. – Иди, куда шла!

– Анжелка, ты слишком нервная. Это вредно для кожи, – продолжает издеваться подруга, зная, насколько одногруппница бесится из-за такого варианта её имени. Залезает в свою сумку, доставая блистер с таблетками. – Вот, попей пустырник. Авось легче станет.