Разрушенная любовь (ЛП) - Браун Стейси - Страница 49

Я быстро последовала за ним, но краем глаза заметила, как Крис наклонился и поцеловал Стиви. Рождественские огни освещали ее лицо и отбрасывали мягкое сияние на волосы. Мое сердце сжалось в груди. Мне было завидно. Как все просто у них. Она нравится ему, он нравится ей. Просто. Мило. Без груза и препятствий.

Через несколько минут после меня на кухню вошли Стиви и Крис.

— Ни хрена себе. Ты была права, — Стиви провела руками по белым мраморным столешницам. — Эта кухня великолепна. Я могла бы заняться сексом прямо здесь, — она опустила голову на поверхность.

Крис уже было открыл рот, но Хантер предостерегающе указал на него.

— Даже не думай об этом.

Слишком поздно. Все мы уже об этом подумали, и на этих столешницах мы представляли кого-то другого, а не Стиви и Криса. Образ был таким ярким, что я, резко вдохнув, вышла из кухни и направилась в гостиную. Свернувшись калачиком на просторном секционном диване, я спросила себя: «Что я здесь делаю?»

Каким бы глупым я не считала свое присутствие здесь, уйти я не могла. Путь, возможно, пылал огнем, но я все равно шагала по нему, зная, что обязательно обожгусь.

— Да ладно! — Стиви подошла к раздвижной стеклянной двери и посмотрела на освещенную дорожками террасу и бассейн. Водопад, стекающий в бассейн и джакузи, ярко сиял подводной подсветкой.

Хантер дал им по банке пива и подошел ко мне, вручив бутылку сидра.

— Спасибо.

Он кивнул и сел на другой конец дивана, максимально увеличивая расстояние между нами.

— Как насчет игры на Wii на раздевание? — Крис перепрыгнул через спинку дивана, падая на подушки.

— Нет, — сказали мы с Хантером в унисон.

— Ну вы и зануды, — разочарованно протянул Крис, переводя взгляд с меня на Хантера. — Обычно ты всегда за, Харрис. Что случилось?

— Отрицание сексуального напряжения, — выпалила Стиви.

— Кстати об этом, — он схватил ее и перекинул через плечо, усадив на диван. Стиви взвизгнула и заерзала, поправляя волосы, когда села. Крис вытянул свои длинные ноги, наблюдая за тем, как она приводит себя в порядок, и хотя он не пытался ее коснуться, его глаза говорили сами за себя.

Мы с Хантером не смотрели друг на друга, но я видела, как он ерзает на своем месте.

— Ладно, давайте во что-нибудь поиграем, — хлопнула в ладоши Стиви. К тому времени, как мы наконец остановились на боулинге с выпивкой, Стиви и Крис уже практически не обращали на нее внимания. Игра быстро всем наскучила.

— Покажи, где тут туалет? — Стиви схватила меня за руку, потащив из комнаты. Я знала, что дело не в том, что ей нужна проводница. Стиви не из тех девушек, кто ходит в туалет компанией, если только не хочет поговорить.

Я отвела ее в тот, что находился на первом этаже, возле кабинета мистера Харриса. Она закрыла дверь и глубоко вдохнула.

— Что? — я сложила руки на груди.

— Ты как? — она закусила нижнюю губу. — Я имею в виду, ты не против остаться здесь на ночь? Может, ты хочешь уйти? Потому что я бы с удовольствием…

Из моего горла вырвался смешок, и я повернулась к зеркалу, отклеивая пластырь со щеки.

— Я люблю тебя, Стиви, но уйти — это последнее, чего ты хочешь, — я мельком взглянула на нее в отражении. По ее лицу расползлась мягкая улыбка, какой я никогда не видела.

— Да, это так. Но я выберу тебя, — положив руку мне на плечо, она развернула меня к себе. — Я всегда буду выбирать тебя первой.

Эти слова тронули меня до глубины души. Я крепко обняла ее.

— Спасибо, — прошептала я. Такие подруги, как она, — редкость. Я буду держаться за нее всеми силами. — Но, да, — я отстранилась. — Я не против остаться здесь на ночь.

Улыбка на ее лице стала шире.

— Я не понимаю, почему Тарзан так на меня влияет, — она замахала руками, словно веером, обдувая лицо. — Я всегда считала себя девушкой вроде Джейн5, но черт возьми…

— Думаю, ты встретила свою пару, — я подмигнула и взялась за ручку двери.

— И ты тоже, — ответила Стиви. Я на мгновение прикрыла глаза, но продолжила выходить, не отвечая.

Когда я вышла, Крис слонялся по коридору, делая вид, что потерялась.

— О, туалет там? — он указал на дверь, из которой я вышла.

— Ты не хитрый, Крис, — покачала головой я, проходя мимо него. Крис уже бывал здесь, и он знал, что Стиви все еще там.

Я ускорила шаг, чтобы ничего не услышать оттуда. Когда я вернулась в гостиную, она была пуста. Я встала, внезапно почувствовав себя потерянной и одинокой. На полке стояла фотография семьи, когда мальчики были маленькими. Они выглядели счастливыми, но я знала, что внешность может быть обманчивой. Снаружи я выглядела хорошо, но внутри была полным беспорядком. Мое согласие на предложение Стиви было не только потому, что я знала, что она хочет остаться, но и потому, что я тоже этого хотела. Ради Хантера.

Острое осознание ударило, словно молния. Меня охватила внезапная тоска по Колтону, желание чувствовать себя в безопасности, вспомнить свои чувства к нему и забыть о тех, что испытывала к Хантеру.

Ноги сами собой понесли меня к его комнате. Каждый шаг по лестнице отдавался в ушах, а на пятки словно давило предчувствие. Я толкнула дверь и включила свет. Резкая боль пронзила глаза. Все было именно так, как я помнила. Стены украшали футбольные сувениры, а стол был завален учебниками и комиксами. На его огромной кровати у стены лежало знакомое зеленое покрывало. Над кроватью на полке стояли фотографии и трофеи.

Дело было не в том, что комната выглядела по-прежнему, а в том, что она осталась ровно такой, какой он, должно быть, ее оставил, перед тем как приехать за мной в ту роковую ночь. Туфли, которые он надевал в тот день в школу, валялись прямо у кровати, футболка, в которой он был, висела на компьютерном кресле. Рюкзак на сиденье, спортивная сумка с его тренировочной формой внутри до сих пор стояла у комода.

Казалось, он вот-вот войдет. Я почти могла представить, как он выходит из общей ванной комнаты, соединенной с комнатой Хантера, вытирает волосы полотенцем и смотрит на меня с широкой глупой улыбкой. Я даже чувствовала запах его шампуня.

Обхватив себя руками, я прошла глубже в комнату. Мой взгляд упал на фотографию над его кроватью. Ту, которую я подарила ему после чемпионата штата. Такая же фотография была и у меня в комнате. На ней мы целовались. Я протянула руку и сняла ее с полки. Прижав рамку к груди, я сглотнула подступивший к горлу ком горя. Ноги подкосились от мучения, и я рухнула на его кровать, дав волю нескольким слезинкам.

Я почувствовала Хантера еще до того, как услышала, как он вошел в комнату. Это было похоже на то, как будто его присутствие коснулось моей кожи, оставляя на ней липкие, как у улитки, следы. Я уставилась на свои ноги, вытирая следы своей печали.

— От того, что я прихожу сюда, легче не становится, — тихо сказал он. — Родители не трогали его комнату с момента смерти. Думаю, они до сих пор надеются, что это какая-то ошибка, и Колтон вот-вот снова войдет в дверь, — я подняла глаза, наблюдая, как он входит в комнату Колтона. — Мне тоже потребовалось время, чтобы снова зайти сюда после возвращения домой. Когда я это сделал… — Хантер потер лоб, оборвав предложение на полуслове. — Около месяца назад у нас с дорогим папочкой состоялся серьезный разговор, когда мне окончательно надоела эта бессмертная часовня, — он подошел и встал надо мной, оглядываясь. — Его футбольная экипировка и носки до сих пор лежат в спортивной сумке. Это гребаная жесть, правда?

Я опустила фотографию, все еще прижатую к груди, и уставилась на счастливые лица.

— Боже, мы выглядим такими счастливыми, понятия не имея, что нас ждет впереди.

— Так и было, — Хантер выхватил фотографию у меня из рук и посмотрел на нее. — Это нормально. Все мы когда-то были наивными и невинными. Но наступает момент, когда жизнь заставляет повзрослеть. Большинству не приходится переживать такое, но все мы взрослеем. Потери — часть жизни.

Я уставилась на него в полном недоумении.