"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Геярова Ная - Страница 426

— Но как ты собираешься их подтягивать? — удивился полковник. — Ведь даже я понимаю, что между вами бездна различий.

— Анатолий Михайлович, в нашей системе есть уровни секретности, — усмехнулась Катя. — Так вот Сергей Пономарёв и ваш сын будут иметь уровень три нуля-бис. Поэтому то, что узнают они, вам доступно не будет. Вообще, приготовьтесь к тому, что в вашем отделе будет определённая иерархия по уровням секретности. И не на бумаге, а в реальности. Понимаете, Новосибирский узел будет вторым по значимости в СССР. На него будут завязаны все региональные управления азиатской части страны.

— Теперь понятно, почему вы привезли с собой такую гору оборудования и потребовали отдельное здание под эту контору, — вздохнул тот.

— Именно так, — кивнула она. — Пожалуйста, озаботьтесь условиями бесперебойного электропитания в том помещении. Потребуется, поставьте дизель-генератор. Если даже в Новосибирске пропадёт электричество, в этом помещении оно должно быть всегда. И ещё… — она выжидающе посмотрела на полковника. — Анатолий Михайлович, эти люди будут подчиняться мне и руководству КГБ напрямую. Приказы от нас будут важнее ваших. Они, по сути, станут служить семь дней в неделю и двадцать четыре часа в сутки. У них даже система связи с нами будет оперативнее.

11 апреля 1984 года. США. г. Нью-Йорк. 13 часов 35 минут местного времени

В истории нашего мира эта провокация была названа идиотской практически всеми крупными политиками мира, однако не дала никаких явных результатов. А вот здесь ей дали ход — просто совместили часть оборудования с выходом в прямой эфир. Естественно, Комитет начальников штабов США не мог оставить без последствий, по сути, прямое указание президента, и система «Цербер» начала свой отсчёт времени. Казалось, что Третья мировая неизбежна, однако к этому времени Артём Соколов уже находился в ЦУПе.

— Аделина, запускай протокол соединения «Стражей» с американскими «Корсарами».

— Выполняю… «Стражи» Четыре, Семь и Двенадцать осуществили соединение…

— Запускай протокол «Зет».

— Главный администратор, это приведёт к непредсказуемым последствиям. Вы подтверждаете команду?

— Подтверждаю.

— Выполняю активацию протокола «Зет»… Выполнено.

Советские «Стражи», соединившись с американскими спутниками «Корсар» в одну минуту подавили управляющие коды и передали на все центры управления пусками ядерных ракет команду к самоликвидации. Нет, ракеты не взрывались — просто выгорала вся управляющая начинка каждой из них, превращая грозное оружие в бесполезный кусок железа. Американцы не сразу поняли, что произошло — кто-то сжимал кулаки, кто-то молился всем святым, понимая, что судный день начался. Общее душевное напряжение внезапно сменилось шоковым состоянием — показания автоматики говорили о тотальной ликвидации всех наводящих и не только, систем. Непостижимым образом «Цербер» вдруг умер, оставив после себя груду бесполезной и частично сгоревшей электроники. Самые ретивые исполнители не поленились и добрались до доступных их вниманию ракет, где воочию убедились, что хвалёной и непробиваемой системы больше не существует. Естественно, пошли доклады наверх, и Комитет начальников штабов стал постепенно понимать всю трагичность создавшейся ситуации — они бессильны перед русскими, перед любой другой страной, наконец, перед всем миром. Нет хвалёного ядерного щита. Всё, что создавалось не один десяток лет, во что вложены такие гигантские средства, что и сказать страшно — всё это в один миг кануло в пропасть, став бесполезным мусором. Эта волна шока медленно подминала под себя все узлы управления американской военной системой. Кто-то молился заново, благодаря бога за то, что мирное сосуществование двух сверхдержав не перешло в открытую конфронтацию, кто-то доставал НЗ спиртного и, невзирая на оперативное дежурство, заливал стресс, напиваясь до свинячьего визга.

Общественные организации, получив такое шокирующее известие о провокационном спиче Рейгана, кидались в истерику. И было отчего — шаг за шагом нормализуя отношения с Советским Союзом, сейчас, по сути, всё скатывалось в тартарары, к гонке вооружений и противостоянию, возможно, грозившему перейти в открытый конфликт. Ожидая реакцию русских, замер весь мир… кроме Сэма Джонсона. Именно он дал команду скупать продовольствие во всех магазинах сразу после 14:00. Каждая группа его людей знала свой сектор. Каждая из них вывозила практически все продукты питания долгосрочного хранения. Подъезжали несколько микроавтобусов, их всклянь забивали консервами, печеньем и прочими съестными припасами, после чего старший группы доставал «дипломат» с долларами и расплачивался с директором магазина наличными. За трое суток в Нью-Йорке почти не осталось рабочих точек, торгующих провизией. Кафе и рестораны, мелкие забегаловки и частные уличные торговцы сразу взвинтили цены. Люди метались от одного магазина к другому, не находя продуктов первой необходимости. И такое происходило не только в Нью-Йорке — почти все крупные города штатов попались на эту удочку.

Понятное дело, такой коллапс начисто выбил почву из-под ног администрации Рейгана. Демократы, умело используя давнишнюю вражду с республиканцами, грозились объявить импичмент президенту от республиканцев. Для спасения президентского авторитета 13 апреля была организована открытая пресс-конференция в одном из больших скверов Нью-Йорка. Но во время её проведения из окна одного из домов раздался выстрел, разворотивший голову Рональда Рейгана как гнилую тыкву. Стрелка нашли, правда, с пулей в голове — тот не стал ждать, когда за ним придут, и свёл счёты с жизнью таким радикальным способом.

В один миг США получили развал экономики и отсутствие верховного главнокомандующего и лидера страны. Раздрай в Комитете начальников штабов добавил свою часть масла в огонь безысходности. Естественно, это не могло сказаться на котировке доллара — она стремительно полетела вниз. Настолько стремительно, что через неделю за стодолларовую бумажку давали не больше одной советской копейки. Народ метался между грабежами с насилием и психушками, частенько сводя счёты с жизнью от безнадёжности.

Помощь пришла, откуда не ждали. Мгновенно просчитав все за и против, инициативная группа социалистов и коммунистов решила попытать счастья в этой передряге. Узнав, что в Огайо мгновенно отказались от доллара и вбросили русскую валюту, инициативная группа во главе с Анжелой Дэвис выступила по одному из крупных информационных каналов.

— Дамы и господа! Многие из вас знают, что в штате Огайо губернатором является человек, который симпатизирует русским. Некоторые республиканцы и демократы в Конгрессе открыто называют этот штат красным. А теперь посмотрите, как Сэм Джонсон вышел из ныне сложившейся ситуации. У него в штате НЕТ инфляции, его люди не кидаются друг на друга, в надежде отобрать лишний кусок хлеба для себя и своей семьи. Его предприятия не остановили работу. Ни одно не остановило. Всё это говорит о том, что выбрана правильная система экономики. Я предлагаю использовать опыт Джонсона для всей страны. Нам не нужны популистские лозунги демократов и республиканцев — их беспомощность говорит сама за себя. Давайте формируем новую партию — Народного доверия, в которую войдут все прогрессивно мыслящие люди, а не популисты. Если Сэм Джонсон смог добиться удачной экономической модели для целого штата, почему нельзя применить эту модель для всего государства? Я за то, чтобы мистер Джонсон стал президентом Америки!

И лёд тронулся. На следующий день перекрашенные под эмблему «Феникс Индастриз» фургоны ринулись обратно в те же самые города, только с другой миссией. Привозили консервы, печенье, крупы… привозили даже котлы и заранее приготовленные ингредиенты для варки похлёбок и прямо на улицах начинали готовить их. Стекались все — белые, негры, латинос. Жёсткий контроль над очередью выполняли местные полицейские, вооружённые огнестрельным оружием. Самим силовым ведомствам — полицейским и пожарникам, выделялись продуктовые наборы.