Звезда по имени Зоя - Квирквелия Ольга Руслановна - Страница 2

— Только ради тебя! И я подкину кое-что: во-первых, Кирсанов разведен, бывшая жена умерла, но остался сын, хотя отношений у них почти нет. Во-вторых, имей в виду версию — которую я считаю совершенно неправдоподобной, но на всякий случай: старшая сестра Кирсанова была красоткой, имела любовников-иностранцев и была нашей осведомительницей. Она уже умерла, но вдруг… Журналист ее единственный родственник, тут возможны варианты, сам разберешься… хотя я не думаю, что исчезновение Кирсанова связано со Светланой Забелиной — так ее звали. Если все же что-то выплывет по этой части…

— Сразу информирую тебя и становлюсь послушным мальчиком! — Пауль шутливо взял под козырек. — Мартин, ты настоящий друг!

— Держи номер телефона в Италии — скажешь просто «для Мартина». И если какая информация или что-то пойдет не так, мафия там какая или что еще, позвони, но попусту номер не свети.

— Спасибо!

4. ВТОРНИК. НИ-НИ И НЕТ-НЕТ

Ночной аэропорт был тих и почти пуст. Радостно возбужденный Костик смотрел на Корнецкого вопросительно, но тот не торопился выкладывать информацию: намек Мартина заставил его гораздо серьезней отнестись к поездке.

— Пойдем покурим, — предложил он Симонову в ожидании регистрации.

Прогуливаясь вдоль здания, Пауль ввел сотрудника в курс дела и рассказал о встрече с Мартином.

— Учти: официально дело ведем не мы, а итальянская полиция. Мы как бы на подхвате, но пропавший — человек советский, так что нам не все равно! Поэтому болтаем мало, работаем много. Сейчас предвидеть ход событий невозможно, будем ориентироваться на месте. Если вылезет что-то по ведомству Мартина — сообщаем сначала ему. Но Сурин сказал, что его коллега, Джованни Абруццезе, человек заслуживающий доверия, так что без необходимости в прятки играть не будем… Смотри, началась регистрация, пошли!

— Давай попытаемся выспаться, кто знает, что день грядущий нам готовит… — Павел Петрович поерзал в кресле, стараясь устроиться поудобнее.

День грядущий встретил их ярким солнцем, пышной зеленью и упоительным воздухом.

— Осенью и не пахнет, — пробурчал сонный Костик.

— Да уж, «унылая пора» — это не про Италию… Здесь пахнет… жизнью, наверное, — Корнецкий тоже не выспался.

Но тут навстречу им выкатился маленький кругленький человечек, невероятно подвижный и бодрый для 6 часов утра. Раскинув руки, с широченной улыбкой, он кинулся обнимать Костика, потом хотел обнять Пауля, но сумел только прижаться к груди высокого москвича. Надо сказать, что они втроем смотрелись крайне комично: тощий и длинный Корнецкий, шарообразный Абруццезе и массивный куб — Симонов.

— Нинни, — представился шарик, чем ввел в недоумение приезжих. — Нинни Абруццезе.

— Вы брат Джованни? — Неуверенно спросил Пауль.

— Это я — Джованни, для друзей и врагов — Нинни.

— Пауль, — представился Корнецкий, — для друзей Паоло.

— Счастлив, счастлив! — Нинни расцвел и повернулся к Симонову.

— Константин, для друзей Котэ, — Костя решил не выбиваться из стиля.

— Счастлив, счастлив! — сообщил и ему Нинни. — Поехали домой, там и позавтракаем.

Он повел гостей к машине. И тут их ждало очередное потрясение: по их представлениям, начальник полиции пусть и маленького городка (на самом деле Нинни был начальником полиции Фоджи, центрального города провинции) должен иметь хотя бы относительно приличную машину, но Джованни распахнул дверцу старого облезлого «монстрика», изрядно побитого и проржавевшего. Нинни заметил их недоумение и усмехнулся.

На автостраде дребезжащий и поскрипывающий «монстрик» доказал, что старость и боевые шрамы — еще не повод плестись в хвосте у расфуфыренных сородичей. Свернув затем на дорогу, извивающуюся среди полей, виноградников и оливковых рощ, «монстрик» продемонстрировал, что он умеет еще и прыгать козликом и вальсировать в бешенном ритме, огибая холм за холмом.

Когда машина со скрипом притормозила у маленького уютного домика с палисадником, москвичи вышли из нее и Паоло с уважением похлопал «монстрика» по ржавому боку.

На пороге появилась женщина, такая же кругленькая и улыбающаяся, как Нинни.

— Моя жена, Нинетта, — представил ее Нинни.

— То есть Джованна? — уточнил Котэ.

— Нет-нет, Антуанетта, но для друзей — а мы ведь друзья, правда? — Нинетта. Проходите в дом, вы будете здесь жить. Это мой гостевой домик, а мы живем напротив. — Нинни махнул рукой в сторону ухоженной двухэтажной виллы. — Сейчас позавтракаем, вы отдохнете, и поедем в дом Санто, там я вам все и расскажу, что знаю.

— Санто?..

— Да, Святослав сказал, что его имя переводится как «слава Святому», «глория ал Санто», но ведь это так сложно… И мы звали его Санто.

5. СКОЛЬКО МИНУТ ДЛИТСЯ ЧАС

После завтрака супруги ушли (Джованни пообещал зайти за гостями через часик), а москвичи с удовольствием растянулись на диванах. Домик действительно был крохотный — две маленькие комнатки, величиной чуть больше двуспальных кроватей, которые в них стояли, и общая комната, она же прихожая и она же кухня. Тут было два дивана.

— Какие прикольные у них имена — Ни-ни и Нет-нет, — рассмеялся Костик. — Да и сами они смешные и милые…

— Знаешь, я уже бывал в Италии, участвовал в конференции. Их внешность может быть обманчива. Говорят, некоторые мафиози — очаровательные люди… Посмотрим, Нинни просто функционер или действительно хороший следак, как говорил Сурин.

Через 45 минут Симонов поднялся с дивана и спросил:

— Форма одежды?

— На первый выход — парадная, там посмотрим. Но ты не суетись: в Италии никому не известно, сколько минут длится час — никогда меньше 60, почти никогда 60 и редко — больше 180…

У Джованни час длился 85 минут — не так страшно, заметил Корнецкий.

Дом, в котором жил Кирсанов, притулился на крохотной площади в старом городе. На первом этаже — кухня и гостиная, она же, видимо, кабинет, на втором — спальня и терраса с огромным количеством растений.

На полу в гостиной еще виднелся очерченный мелом силуэт тела. Старательно обходя его, следователи сели в кресла и на диван. Джованни успокоил гостей:

— Не беспокойтесь, отпечатки пальцев уже сняли, обыск сделали, постарались ничего не перемещать с мест. Теперь давайте я введу вас в курс дела.

6. ИСЧЕЗНОВЕНИЕ

— Но сначала надо рассказать о жизни в нашем городке. Я был в Москве, наши Рим и Милан похожи на нее. В крупных городах все иначе — все живут своей жизнью и никому нет дела до жизни других. У нас не так. В Кастеллуччо много пожилых людей, которым совершенно нечем заняться: кино нет, клуба нет, даже библиотеки нет, хотя все равно большинство из них плохо читает. Телевизоры есть, но их очень редко смотрят. Вместо телевизоров у них окно, жизнь горожан для них — самый интересный сериал, события в котором можно обсудить с соседками или за игрой в карты. Они знают все про всех: утром зашумел нагреватель воды — это Марио принимает душ, запахло свежим кофе — Алессио завтракает, послышались крики ребенка — малыш Джулио опять не хочет идти в детский сад. Они помнят распорядок дня каждого, и любое отклонение от него — повод строить догадки и пытаться их подтвердить.

Поэтому, когда четыре дня назад, в пятницу, Кирсанов утром не распахнул окно, не включил горячую воду и не пошел в соседний бар выпить капуччино с рогаликом, соседи заволновались. И когда в полдень Санто не отправился на прогулку, соседка, делая вид, что случайно проходит мимо, заглянула в комнату и через щелку в жалюзи увидела лежащее на полу тело и море крови (тут она преувеличила — кровь была, но отнюдь не море). Валлеверде, естественно, закричала, сбежался народ, и через пять минут перед домом гудела толпа. Последней, как всегда, узнала обо всем полиция, причем по дороге к ней слухи уже обросли ужасными подробностями: напали бандиты, вырезали всю семью (хотя у Кирсанова семьи не было) и забаррикадировались, собираясь отстреливаться. В результате еще полчаса ушло на сборы полицейских: они нашли свое оружие, одели бронежилеты и каски и весьма неохотно поехали к Кирсанову. Их неохота объяснялась тем, что настало время обеда, а только негодяи отрывают приличных людей от такого святого дела.