"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 539

— Я буду ждать твою посланницу. Гарантирую, что пока я жив, её жизни и чести ничто не угрожает. Полагаю, помощь в поддержании порядка мне не понадобится, но если произойдёт что-то неожиданное, то я сообщу об этом.

— Договорились. И раз ты выступил гарантом заключенного союза, то постарайся выжить. Иначе гарантом придётся выступить мне, а это плохо отразится на численности твоих соплеменников.

Я не стал ничего говорить на эту угрозу, а просто кивнул. Наверное, не укусить напоследок собеседница просто не могла. Что ж, такова, видать, её природа или характер, не возьмусь гадать, что именно. Кивал я уже в пустоту, демоница исчезла.

Обещанный размен баллов репутации на «жертвенные камни» производили вышедшие вперёд альвийки. На них таращились, конечно. Даже я сам не удержался, всё-таки языческих жриц мне доселе видеть не доводилось, у сарацин в мечетях служат только мужчины. Разменял восемь оставшихся баллов на восемь малых жертвенных камней, а ещё пятьдесят баллов репутации оказались «неразменными», то есть начисленными мне личным благоволением богини. Большая редкость, судя по уважительному тону жрицы. Понятия не имею за что мне такая честь, да и какого-либо благоволения не припоминаю. Шутить на эту тему не стал, да и другим рыцарям в приказном тоне посоветовал вести себя вежливо. Наш с демоницей разговор они слышали, да и зависимость от союзников все прекрасно понимали, так что мои слова упали на подготовленную почву и не вызвали возражений. В конце концов, все недовольные вольны покинуть город, отправившись ночевать на поверхность, то есть на мороз. К вящей радости обезьян, если им не повезёт ещё и их встретить.

Денежная система альвов не поражала какой-либо сложностью. Всё, что стоило менее одного очка Системы, обменивалось на магическую энергию или местные монеты. Отчеканены они оказались из неизвестного мне сплава, не являвшегося «предметом Системы», и поэтому я не смог опознать его «Подсказкой». За 1 ОС давали 1 малый жертвенный камень. Десять малых камней легко собирались в один средний, и столь же легко разъединялись. При этом более ценный камень лишь незначительно прибавлял в объёме и весе. Десять средних камней объединялись в один большой, чья стоимость равнялась ста очкам Системы. Существовали ли ещё более крупные и дорогие камни нам даже рассказывать не стали, а никто из нас не стал спрашивать. Зачем, если эти сведения здесь и сейчас бесполезны? А вот то, что 1 ОС можно разменять на 10.000 единиц магической энергии, и наоборот, я запомнил. Как и обратил внимание на то, что в таком обмене использовались в основном особые артефакты-накопители, а не кристаллы маны или те же магические сердца с убитых врагов.

Ненужные мне предметы и одежду подошедшая ко мне альвийка посоветовала продать торговцам или мастерам, сказав, что они дадут лучшую цену. А на мой вопрос о том, где можно приобрести арбалет предложила обратиться к оружейникам. Спорить я не стал. На предыдущей миссии со мной общалась непосредственно сама Лунный Свет, а это совсем другое дело. Сейчас напротив меня стоит простая жрица. Насколько языческая жрица, да ещё и нелюдь, может считаться простой.

Казармы, в которые нас провели, оказались расположенными на территории Храма. Просто он оказался не одним стоящим на особицу зданием, а целым отдельным районом города. И не самым маленьким, как нам сказали.

Проходя через площадь, мы все могли убедиться, что находимся в гигантской пещере, имеющей форму вытянутой трещины. Её дальние концы терялись в сумраке, а верхние своды уходили в такую высь, что магические огни светильников, установленных на стенах, визуально сливались со свисающими с потолка. При одной лишь попытке взглянуть на эту иллюзию звёздного неба голова начинала кружиться. Светили этих «звёзды» не слишком ярко, но окрестности освещали вполне приемлемо, а воздух пещеры казался тёплым и свежим. Наверняка это тоже какая-нибудь магия. Обычные-то пещеры тёплыми не назовёшь, да и сыро в них, и воздух тяжёлый.

Потом были хлопоты обустройства на выделенном месте. Каменные кельи не блистали даже намёком на роскошь, но были вполне комфортны и даже просторны. Мне, как командиру, и вовсе выделили отдельную комнату. Не сравнить с покоями, которые были у меня в божественном домене, но и не лежанка в углу общей спальни, которая была у меня в ордене. В стенах длинного коридора, через равные промежутки с входами в кельи, располагались проходы в сказочно роскошные уборные с настоящей проточной водой. Рядом находились маленькие неудобные каменные купальни, в которые даже вдвоём не залезть. Не сравнить с термами, но гораздо удобнее бадьи или бочки. Вода в них подавалась двух видов — горячей, исходящей паром, и холодной, ломящей зубы. Она под небольшим напором непрерывно вытекала из выходящих из стены труб, как бы даже не серебряных, и убегала в слив.

Нас предупредили, что приём пищи осуществляется в отдельном зале по установленному распорядку. Разумеется, менять его ради нас никто не будет, а кто не придёт — останется голодным. При этом огромная каменная чаша с питьевой водой доступна для желающих в любое время. Вода из неё, тихо журча, изливалась в узкий каменный желоб, уходящий прямо в скалу. Некоторые рыцари поспешили воспользоваться этой оказией для того, чтобы освежить запасы воды в своих флягах.

Для Глэйса тоже нашлось место. Причём встречать нас вышел начальник местных конюшен, а не простой конюх. На меня он поначалу обратил мало внимания, но стоило извлечь из карты Глэйса, как равнодушие мигом исчезло из его глаз. Как он сам потом признался, у него редко бывают подобные питомцы. Всё больше ездовые ящеры, химеры или вовсе нежить. Про последнее я побоялся спрашивать. Не из страха, конечно, а просто некоторых неаппетитных вещей честному христианину лучше, наверное, вовсе не знать. Впрочем, мертвечиной из конюшни не тянуло, так что, может быть, я просто что-то неправильно понял. Но уточнять и переспрашивать всё равно не стал.

Пока остальные осваивались на новом месте, командиры собрались в моей келье на совещание. Надо было организовать быт, график дежурств, назначить ответственных, согласовать планы и утрясти множество иных важных мелочей, из которых в основном и состоит жизнь. Тренировки решили не проводить, так как как перед походом людям лучше дать возможность отдохнуть, выспаться и освоиться с новыми возможностями. В конце концов, нас призвали на миссию не ради того, чтобы бесплатно поить и кормить. А значит поход на морозных обезьян, для захвата окрестных земель, состоится в ближайшее время. Скорее всего — наутро, которое в этом мире, со слов самих альвов, наступит часов через десять.

Из новых лиц, с которыми я до того почти не сталкивался, пришли два рыцаря, выбранных командирами сотен, и семнадцатилетняя девушка из числа ветеранов, назначенная на командирскую должность ещё Марией. Всего у альвов собралось три с половиной сотни человек из нашего мира. Ещё более ста избрали случайную высадку, и нам остаётся лишь гадать, скольких из них местные воины приведут живыми.

Девушку, к слову, пришлось представлять присутствующим. Она не принадлежала к числу сотников, назначать её на такую должность никому бы и в голову не пришло, но представляла интересы рыцарей-женщин. Такое объяснение полностью устроило всех, и вопрос целесообразности её присутствия на совещании командиров более не поднимался. Мне даже не пришлось оглашать её статус в миру — принцесса. Чужеземная, но Монгольская империя, как мне объяснял и показывал на карте Ангел, представляет собой самое крупное государство нашего мира, и самое многолюдное. А ещё она христианка и принадлежит Церкви Востока* — самой крупной и могущественной христианской церкви в мире.

* Церковь Востока (иногда именуемая Несторианской церковью) — древняя христианская церковь, восточно-сирийского обряда, остатки которой сохранились вплоть до нашего времени. По географическим и политическим причинам догматическое развитие Церкви Востока происходило изолированно от западного христианского мира, и тяготело к традициям Антиохийской богословской школы. В период с IX по XIV век Церковь Востока являлась крупнейшей христианской церковью мира по географической протяжённости и численности паствы. С конца XIII её стал активно теснить набирающий на Востоке силу ислам. Многие регионы, которые в 21 веке мы привыкли относить к традиционно исламским странам, в прошлом исповедовали христианство или буддизм.