"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 791

– Буржуи тоже люди, Василь Иваныч, – весело сказал Баранов, булькая водкой. – Вот ты, например, сабелькой белых рубал? А теперь смотри – че толку было воевать? На том свете и красные, и белые все одно вместе.

– Обидно, – подтвердил Чапаев, вновь утирая пропитавшиеся дармовым угощением усы. – Но ты знаешь, как мне сказал здесь некогда один бродячий философ, оmnia transeunt, id quoque. То бишь, и это пройдет. Глядишь, вы скоро передумаете и решите опять коммунизьм строить.

– Нет уж, – передернуло Баранова. – Ты, дорогой товарищ комдив, водочку-то хлебай, но не каркай с прогнозами. Нам такого счастья второй раз не надо.

Эта циничная фраза Чапаеву явно не понравилась, но наезжать на своего благодетеля, не в первый раз угощавшего его беленькой, ему показалось нетактичным. Тем не менее сорваться на ком-то требовалось. Выплюнув из угла рта маленького лягушонка, Чапаев уставился на плечи Меринова.

– А чой-то у тебя погоны-то сорваны? – поинтересовался комдив, засучивая рукава и подтягивая к себе оторопевшего участкового. – Маскируешься, что ли, белая контра? Щас потащим в ЧК – в момент на чистую воду выведем.

– Э! Э! Брейк! – встал между ними банкир. – Тебе, Василь Иваныч, водки хоть совсем не наливай. Какая он тебе контра? Обычный советский мент. Ну вот, всю компанию испортил. Недаром про тебя сплетничают – дерешься постоянно. И с Врангелем по полу катался, и Колчака мочил… а Керенскому зачем рыло начистил? Дедушке ведь уже девяносто лет было! Остынь, гражданская война давно кончилась.

Чапаев помрачнел.

– И напрасно кончилась. Не всю контру добили, поэтому и жили потом плохо, – стиснув, он раздавил в пыль сушеного рака на гимнастерке. – Да и ну вас к черту, буржуев. Разве вы когда-нибудь рабочий люд понимали?

Забрав недопитую чекушку, Чапаев удалился. Меринов облегченно вздохнул – прославленный герой анекдотов оказался вовсе не таким комичным усачом, каким всегда рисовался народной молвой после фильма.

– Ну че, доволен? – заржал Баранов. – Я тоже до этого думал – ну, Чапаев, ну, типа, хохмач. А через месяц увидел, как он с тремя шахтерами махался, которые безобидный анекдот рассказали: «“Педофила привели”. – “Расстрелять!” – “Не можем, Василий Иваныч, он говорит – Ленина еще ребенком знал!”» По-человечески можно понять комдива – трудно уснуть командиром с орденом Красного Знамени, а проснуться – приколистом из Comedy Club. Классический пример черного пиара. Интересно, кому Василь Иваныч так насолил, что ему на Земле имидж кардинально испортили?

Петрович не слышал разглагольствования банкира – он подскочил на кровати и напряженно смотрел куда-то вперед. Губы его зашевелились, он протер глаза и убедился: то, что ему в настоящий момент привиделось, появилось вовсе не от залитой в организм убойной дозы водки.

– Караул! – дурным голосом заорал Петрович и полез под кровать.

К страшному удивлению Баранова, степенный Меринов, едва взглянув в том же направлении, немедленно последовал примеру Петровича – только без крика. Сидя под кроватью в неудобных позах, маскируясь одеялом, оба тряслись как осиновые листы. Банкир осмотрелся, но никого не увидел.

– Да в чем дело-то? Вы что, уже до зеленых чертей допились оба?

– Тихооо… – шипел Меринов. – Осторожно… ОНА услышит.

– Кто? – поднял брови банкир. – Кто услышит?

– Шшшшшш… – изображал аспида милиционер. – Это она самая… одна из двух девок, что нас с Петровичем… замолчи, не привлекай внимания.

– Так что она тут тебе сделает? – не мог взять в толк изумленный Баранов. – Здесь же и так одни трупы. Чего боишься-то? Вылезай давай.

– Да заткнись ты! – взревел участковый. – Мертвые не мертвые, хрен знает, чего от этой твари ожидать… На всякий случай лучше спрятаться.

Банкир покорился воле собутыльников и замолчал. Мимо него, закутавшись в голубое одеяло, ступая босиком по бетонному полу, прошла Локки. Заметив пристальный мужской взгляд, девушка кокетливо поправила волосы. Она улыбалась.

Рядом с кроватью выросла регистраторша в очках, сверяясь с бумагой.

– Антон Петрович Холмогоров, номер 224 СД 557 K здесь?

– Угу, – трубно донеслось из-под цинкового ложа.

– Вам на выход, – свернула бумагу регистраторша. – Адская электричка стоит на перроне. Пожалуйста, не опаздывайте – проверьте, все ли вещи с вами.

«Похоронили Петровича, – тоскливо подумал банкир. – А ведь привык к нему уже за неделю. Так скоро и водку станет пить не с кем».

Глава сорок первая

Разбитая лилия

(воскресенье, 22 часа 34 минуты)

Несмотря на позднее время, блондинка с платиновыми волосами по-прежнему сидела на рабочем месте, уткнувшись в компьютер уставшим взглядом. Значок в «аське» оставался непоколебимо красным уже много часов подряд – RL2 так и не появился. В принципе, появляться ему было уже незачем, ибо их взаимовыгодное сотрудничество можно считать законченным. Но уж хоть бы спасибо сказал на прощание. Сегодня днем должен был вернуться из отпуска Голос, но почему-то до сих не приехал. Ну, мало ли какие у него нашлись срочные дела – может, предотвращает Третью мировую войну. Кроме того, немного тревожило, что Локки и Раэль ни разу не ответили на ее послание, которое она оставила на законспирированном сайте. Хотя и это можно объяснить – скажем, девочки просто гуляют в баре, с размахом отмечая знаменательное событие. Осталось подождать лишь грандиозного сокрушения Габриэля, и после этого она переберется на земную виллу, где в первый же вечер в голом виде совершит торжественный заплыв в бассейне, наполненном пивом. Да, Габриэлю остались считанные часы: даже в экстренных случаях Голос задерживается в отпуске не более чем на сутки – значит, он точно вернется в чертоги Небесной Канцелярии в понедельник. А кем Габриэль станет после увольнения? Это не столь важно. В Раю после такого провала ему и пиццу разносить не разрешат. Ближе к полуночи она встретится в укромном местечке с Лаэли, осуществившей практически в одиночку ликвидацию всех мерзавцев из специально свитых ею заранее гнезд. Да уж, не зря все-таки Лаэли была лучшей в отряде ангелов возмездия – по крайней мере, убивать она научилась виртуозно и бесшумно, в ЦРУ бы локти искусали от зависти, что не наняли ее для устранения Фиделя Кастро. Вместе с ней они выпьют чего-нибудь эдакого… ну хотя бы даже давно опостылевшего ананасового сока за их победу. Какая разница? Когда ты расправляешься со своим главным врагом, даже сок превращается по вкусу в крепчайшую водку. Заодно требуется срочно решить сакраментальный вопрос: как поступить с Калашниковым и Алевтиной? Спрашивала днем раньше Раэль, но у нее на все один ответ: свидетелей надо прикончить, особенно таких, которые вызывающе отказались играть по их правилам. Может, и так – ведь если они служат Габриэлю, значит, это тоже враги. Почему бы до возвращения Голоса не нанести Алевтине визит вежливости? Конечно, ее перевезли на охраняемый остров, но в охране-то работает Лаэли, и у нее есть пропуск… И может быть, в запасе остался один заветный цилидрик…

Блондинка тронула розовым пальчиком кнопку телефона, но тотчас же резко отдернула руку – в коридоре послышались шаги. Щелкнув «мышкой», отработанным движением она вышла из «аськи»: на рабочем месте не следует много болтать в онлайне, особенно участницам заговора. Почтовый ящик, впрочем, закрывать не стала – деловая переписка никого не волнует, все знают, что ей шлют бандероли. Надев на кукольное личико дежурную улыбку, девушка сложила ладони перед собой, изображая прилежание. Кто же из сотрудников может прийти в такое время? Правда, ничего удивительного – после исчезновений ангелов многие работают допоздна. Возможно, один из служащих что-то забыл в кабинете, вспомнил, остановил колесницу и вернулся обратно. Сейчас она его выпроводит.

Шаги приближались – блондинка выглянула из-за ноутбука. Странно, но в коридоре никого не было. Она тряхнула головой. Показалось, что ли?