"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 903

Кстати… А ГДЕ МАЛИНИН?

…Казак, стоя у мутного зеркала в мужском туалете, восхищался своей находчивостью. Ха-ха, его благородие хоть и умный мужик, но всё же дурак. «Хорошо, только недолго». А про фляжечкуто и забыл! Ну а Серёга – парень не промах, он нектар одним глотком прикончит, пока благородие не хватилось. Отвинтив крышку дрожащими от нетерпения руками, Малинин запрокинул голову и припал губами к живительному источнику.

Он не видел, как из кабинки вышла Раэль.

В её руке блеснул кинжал. На цыпочках приблизившись к жертве сзади, она размахнулась и с неженской силой ударила Малинина – прямо в горло…

Глава V. Antiangel

(ул. Воздвиженка, метро «Александровский сад»)

…Самый маленький отрезок времени – это секунда. Однако спроси любого человека, и он скажет – да, было нечто такое в его жизни: случившееся буквально за долю секунды. В нашем случае секунду проще раздробить на сто частей, и вот тогда получишь полное представление о том, что произошло. Именно за этот мегакороткий промежуток Малинин краем глаза увидел: что-то мелькнуло в зеркале – и резко повернулся. Это движение спасло казаку жизнь – лезвие кинжала лишь вспороло ему кожу на шее.

Перехватив руку ангела, Малинин швырнул девушку вперёд.

Тело Раэль со всего маху ударилось о зеркало. Мутная поверхность пошла сеткой крупных трещин, Малинин услышал, как сочно хрустнули крылья – словно капуста. Он пнул кинжал ногой – тот улетел в сторону, к утробно рычащим библиотечным унитазам. Раэль свалилась на грязный кафель туалета. Полы плаща разметались, в воздухе закружились перья.

– Сучий ангел, – прохрипел Малинин. – Да я тебе крылья узлом завяжу…

Сильным ударом его отбросило назад. Выбив спиной дверь кабинки, Малинин спикировал на унитаз. Тот не замедлил расколоться надвое, фонтаном ударила вода. «Телекинез, вашу мать», – вспомнил казак.

– О, правда? – Раэль поднялась с пола. – Сейчас повеселимся…

…Малинин пригнулся, и вовремя – на макушку посыпались осколки кафеля. Целая обойма из «парабеллума» продырявила стену над головой – звука выстрелов не было слышно, пули летели из дула со чмоканьем: на стволе виднелся глушитель. Блондинка выругалась, как толпа прапорщиков.

Оружия у Малинина не было – «шмайссер» остался в дорожной сумке, рядом с Калашниковым. Раэль вытащила из кармана на поясе вторую обойму. Не теряя времени, казак прыгнул на врага. Ему удалось сшибить ангела с ног, но счастья это не принесло, – девушка железными пальцами вцепилась Малинину в шею, прекратив доступ воздуха в лёгкие.

– Сдавайся, слуга Ада…

– Иди на хер, сучка крашеная!.. – прохрипел Малинин.

Ангел сдавила горло, в глазах у казака появились красные круги.

– Это я-то крашеная?! – буйволом взревела Раэль. – Конец тебе, урод!

Просунув свободную руку за спину душительнице, Малинин нащупал подкрылок, там, где рос совсем нежный пух. Собрав его в горсть, он дёрнул перья что есть силы. По ладони заструилась кровь. Раэль вскрикнула, разжала пальцы – на ту же долю секунды, но ему больше было и не надо. Казак, встав на четвереньки, с обезьяньей ловкостью метнулся к входной двери туалета и распахнул её. Две чопорные дамы в очках, стоящие возле соседней таблички (чёрный силуэт в юбке, с головой-горошинкой), в ужасе закричали. Мужчина, возникший из сортира, был с ног до головы залит водой, лицо заляпано кровью, а на шее пламенел длинный порез.

– Унитаз взорвался, – галантно объяснил дамам ситуацию Малинин.

За спиной прозвучал лязг обоймы, вставленной в пистолет.

Не теряя больше времени, Малинин поклонился мамзелькам и бегом понёсся в сторону читального зала, хрипло вопя во всю силу лёгких:

– Тикайте, вашбродь! Там ангел! Тикайтееееееееееееее!

Раэль выскочила из туалета, держа в правой руке «парабеллум».

– Подруга! Он туда побежал! – крикнула одна из курильщиц, демонстрируя гендерную солидарность в старом, как мир, вопросе: если женщина хочет пристрелить мужчину, не надо спрашивать – «зачем?», надо ей помочь.

– Спасибо… – процедила Раэль.

Уже не отдавая отчёта, что делает и какой шум поднялся вокруг, ангел ринулась вслед за Малининым, на ходу паля из пистолета. От стен отлетали фонтанчики штукатурки, она не могла нормально прицелиться. Остановившись, Раэль выхватила из-за голенища дамского сапожка второй «парабеллум» – тоже с глушителем. Бормоча отборные ругательства, быстро натянула на лицо белую маску с прорезями для глаз. Уже понятно – «по-тихому» не вышло, и ей достанется на орехи. Впрочем, при одном исходе всё будет прощено Советом Мёртвых. ЕСЛИ ЭТИ ДВОЕ УМРУТ.

За её плечами развернулись крылья цвета «металлик».

Калашников услышал вопль ещё из коридора. Он повернулся на сиденье, положив ладонь на рукоятку «шмайссера» в сумке. Грохот шагов усилился – прямо в зал влетел Малинин: в крови, мокрый, с вытаращенными глазами.

– Интересный, братец, ты туалет посетил… – поднял брови Алексей.

И вскочил с кресла – ремень от сумки врезался в плечо.

– ЛОЖИСЬ, ВАШУ МАТЬ!!! – во весь голос крикнул Калашников.

…К его страшному удивлению, зал, полный людей, никак не отреагировал на эти слова. Только один или два читателя подняли глаза от мониторов и книг, прочие же продолжали читать, не обращая на происходящее никакого внимания. Зато Малинин, не дожидаясь развязки, бросился на пол.

«Шмайссер» застучал – сухо, как треснувшее дерево. Калашников держал автомат в вытянутой руке. Бок сумки лопнул, разлетевшись лоскутами. Раэль, едва появившись в коридоре, попала под очередь. Пули вошли в крылья – болевые точки ангела, а один кусочек свинца ударил в сердце.

Раэль, обливаясь кровью, упала навзничь.

Время было выиграно: правда, совсем немного. Калашников махнул Малинину, и оба рванули к выходу, перепрыгивая через столы ловчее, чем кенгуру. Раэль приподнялась – одним движением, как кукла-неваляшка. Сидя на полу, она открыла огонь из двух пистолетов сразу:

– Твари! Твари! Твари!

Первая же пуля влетела в монитор перед молодым очкариком (на вид – конченым ботаником), компьютер вспыхнул, брызнув осколками. Три свинцовых «гостинца» угодили в книжную полку. В зале взвился вихрь из бумажных страниц, часть листов загорелась. Зал наполнил женский визг, его подхватил дружный хор воплей. «Люди, я же вас предупреждал! – разозлился Калашников. – Что ж за народ на Руси пошёл недоверчивый!»

Усугубляя обстановку, погас свет.

Патроны кончились, Раэль вставила новую обойму. Шурша, в темноте падали книжные страницы. Сорвав со лба прилипший листок, она стала пробиваться к выходу, нещадно раздавая удары направо и налево. Кто-то загородил ей путь, кажется, охранник – она дважды пальнула в потолок, и чёрный силуэт исчез, словно растворился в окружающем её мраке. Выскочив на улицу, ангел посмотрела вниз и взвизгнула – слуги Ада, миновав лестницу, неслись к метро «Александровский сад». СИЛЫ НЕБЕСНЫЕ, НЕУЖЕЛИ ОНИ УЙДУТ ОПЯТЬ?! О Голос, не допусти!

– Положи оружие на землю! Слышишь? Будем стрелять!

Раэль обернулась влево: у подножия лестницы рычала мотором бело-синяя машина с мигалкой, на Воздвиженку въезжали ещё два точно таких же автомобиля. Люди в фуражках и форме мышиного цвета целились в неё из автоматов. Она оскалилась в усмешке. Не целясь, ангел послала из обеих ладоней сильнейший энергетический импульс. Камеры наблюдения на улице треснули, осыпавшись искрами, прохожие с криком роняли плавящиеся мобильные телефоны. Яркая вспышка пламени. В лобовое стекло милицейской машины ударил сгусток огня, патрульных отшвырнуло взрывом, а сама «тачка» разлетелась на мелкие части, по Воздвиженке со свистом пронеслись горящие куски железа. Раэль повернулась вокруг своей оси (словно тогда, в зале «Хайятт»), плавно вытянула руки – ещё два сгустка пламени, ещё два автомобиля милиции превратились в шары из огня. Группа молодых людей (по виду – анархистов), греющихся у метро портвейном, дружно зааплодировала ангелу, подняв вверх большие пальцы.