"Фантастика 2024-17". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Зотов Георгий Александрович "Zотов?" - Страница 905

Человек, чьё лицо один в один напоминало Кудесника, гулял по рынку открыто – лишь в Ерушалаиме он прятал глаза под повязкой. Рядом, не отставая, шли три рослых воина, вооружённые мечами. Впрочем, народ не обращал на гостя никакого внимания.

Само собой, в Парфии краем уха слышали о чудесах неведомого колдуна – вроде кормления пятью хлебами пяти тысяч человек. Но едва-едва художники популярных жёлтых папирусов Ктесифона направили стопы в Ерушалаим, дабы зарисовать лик Кудесника, – тот якобы был казнён римлянами, а тело – таинственно исчезло…

Со всех углов площади доносилось ржанье.

Те торговцы, которые уверяли, что на Конном рынке найдется лошадь на любой кошелёк, ничуть не врали. Бедняки довольствовались старыми меринами – со стёршимися зубами и отвисшей нижней губой, а также небольшими пони из табунов Скифии. Богачи (включая и самого царя Артабана) ездили на скакунах из провинции Германика – серых избалованных жеребцах, с тавром на лбу в виде звезды, небывало сильных и быстроногих. Это были культовые кони. Дороже ценились только слоны – огромные животные показывали неуязвимость для стрел, украшались дорогими попонами, но передвигались крайне медленно, да и погонщиков выписывали из Индии. Парфяне со средним достатком раскупали галльских лошадок: те потребляли мало овса – правда, ввиду маленького роста больше двух седоков на каждую не влезало. Народ хань не подвёл – они просто брали и красили коней безродных пород в цвет скакунов из Германики, а потом продавали с наценкой. Хуже всего ценились лошади из Гипербореи, с берегов реки Аракс[142]. Непонятно даже, зачем их вообще продавали. Эти лядащие клячи, еле державшиеся на копытах, доживали только до конца торга. Стоило ударить по рукам, как коняги падали на камни и с жалобными стонами испускали дух. Сквозь дым слышались крики торговцев:

– Лучшие берберские скакуны! Подковы – целый год бесплатно!

– Мерин с островов Нихон![143] Живет сто лет, никакого сносу!

– Ханьская гнедая! Один сикль[144] овса, и скачет целый день!

Рядом с самыми дорогими лошадьми, привлекая внимание покупателей, позировали девушки без туник, в одних набедренных повязках. Иногда это имело обратный эффект. Часть купцов (особенно арабские) покупала только девушек, игнорируя жеребцов.

– У нас в Парфии человек без коня – не человек… – расхохотался начальник охраны «Кудесника» – широкоплечий бородатый воин средних лет по имени Аршак. – Если следовать греческим мифам, мы не люди, а скорее кентавры – давнымдавно срослись с лошадьми в единое тело. Мой первый опыт плотской любви с девушкой состоялся на спине старого отцовского коня. Тебе нравятся лошади, о чужеземец? Хочешь размяться, проскакать пару кругов?

«Кудесник» огляделся.

– Почему бы и нет, Аршак? Давай выберем жеребца порезвее…

…Закрыв лицо пурпурной тканью до самых глаз, Алевтина подошла ближе. Темно, дым, поздний вечер… но ярко горят факелы на алтарях, огонь – в полный человеческий рост. Сейчас гость отойдёт в сторону, и… «Кудесник» проявился из тени – неподалёку, почти рядом с ней.

Зелёные глаза. Волосы падают на плечи. Бородка.

– Мы нашли его, – прошептала Алевтина, склонив голову. – Это он.

Ангел за её левым плечом предпочел оставаться невидимым. Его, внеземное существо, привыкшее к небесному благоуханию, откровенно мутило от запахов навоза, лошадиного пота и гари жертвенников. Он увидел «копию» Кудесника и невольно дёрнулся.

– О Голос всемогущий… – прошептал ангел. – Как похож… одно лицо.

– Да, – согласилась Алевтина. – Сходство поразительное. Немудрено, что Тиберий выбрал его для осуществления плана.

– Жаль, что у нас нет хайтек-оружия, – ответил ангел с досадой девушки, попавшей без денег на распродажу. – И почему херувимов всегда направляют на Землю с подручными средствами, согласно эпохе? Мама, будь у меня вертолет «Чёрная акула», я разогнал бы всю Парфию, включая сатрапов провинций и слонов. Ладно-ладно, я читал фантастику и знаю, как вредно нарушать технологический баланс в древних эпохах… кроме того, я могу использовать файрболл. Однако дорога утомляет. Плыть по морю в корыте вороватого купца, затем трястись на телеге с быками от Ерушалаима до Ктесифона… почему бы не пользоваться порталами ускорения? Увы. Я умею перемещаться во времени, но не в пространстве. Мама, это выматывает. Я ангел, а не ломовая лошадь.

Алевтина не отрывала взгляда от «Кудесника».

– Как же ты любишь жаловаться, – укорила она. – У небесных созданий нет золотой середины. Они либо брутальны, либо изнежены. Оставь свои страдания на потом – мы нашли его. И надо решить, что с ним делать… Лучше всего – прямо сейчас.

«Кудесник», улыбаясь, гладил морду жеребца из Германики. Тот косил глазом, переступал копытами и презрительно фыркал на гостя. Он всем своим видом показывал: а достаточно ли у тебя, чужеземец, треугольных тетрадрахм, чтобы ездить на ТАКОМ коне, как я?

– Жаль, убить нельзя, – расстроился ангел. – А то швырнул бы файрболл – и привет мерзавцу. Дело сделано, мы свободны – ты вёрнешься в Ад, а я – в Небесную Канцелярию, писать отчёт страниц эдак на двести. У нас жуткая бюрократия, просто кошмар.

Алевтина сверкнула глазами из-под пурпурного покрывала.

– Я поражаюсь, мальчик, – откуда в тебе столько жестокости?

– Это вовсе не жестокость, мама, – обиделся ангел. – Да, я понимаю – человеческое представление об ангелах ограничивается румяными щёчками, белоснежными крылышками и пухленькими ручками. Я получил полное небесное образование, защитил диплом херувима, имею на каждом крыле по две голубые нашивки. С первого же курса проходил стажировку в древности – а это, знаешь ли, не фунт изюму. Ты ходила на чтения Библии? Священная книга отчётливо рекомендует: время от времени все хорошие люди должны собираться и убивать всех плохих… Почитай, что сталось с филистимлянами, с Иерихоном. Я мало знаю о нашем самозванце. Мне лишь сказано, что он – за гранью добра и зла. Однако убить его я не имею права. Со времён Кудесника ангелу требуется лицензия на убийство – пластиковая карточка с подписью Голоса. А он таких карточек давно уже не выдаёт.

Алевтина подумала: как же плохо, что твой ребёнок становится взрослым. На ошибки ему не укажешь, а в угол откажется вставать.

– Не будь ты невидим, я бы врезала тебе подзатыльник, – призналась она. – Но в данном случае это может смотреться несколько странно.

У неё закладывало уши от конского ржания и топота копыт. Сложив угол покрывала, она вытерла слезящиеся глаза. Подул ветер, и дым жертвенников застелился по земле. Тёмные силуэты святилищ Ктесифона отбрасывали тени, в шуме тонули крики жрецов, одетых в оранжевые туники, схожие красками с огнём, – «Слава Ахурамазде!»

– Я поведаю, с чего всё началось, – медленно сказала Алевтина. – Однажды цезарь Римской империи Тиберий, заснув на Капри, посреди ночи увидел вещий сон – ему в красках явилось будущее. Словно воочию, он наблюдал падение статуй богов, крушение древних святилищ и обращение в пыль алтарей. На их обломках тысячами строились новые храмы, один прекраснее другого, в честь неведомого бродяги, казнённого на кресте, по прозвищу – Кудесник. Смерть обеспечит ему владычество над всей планетой, а великих цезарей, да и саму империю ждут тлён и забвение. Пробудившись, Тиберий понял: допустить вознесение Кудесника ни в коем случае нельзя. Под видом богатого купца цезарь прибыл в Ерушалаим и предложил Кудеснику корону царя Иудейского… но потерпел неудачу. Когда же Тиберий заливал горе вином в термах с первосвященниками Синедриона – Каиафой, Иезекией, Анной и Зоровавелем, к ним подошел некий банщик. Удивительное совпадение… оказалось, он видел тот же сон.

Ангел сильно закашлялся. Торговцы лошадьми в изумлении оглянулись, ища источник кашля. «Кудесник», между тем, уже ни на что не отвлекался. Подтянувшись, он легко забросил своё сухощавое тело в седло жеребца. Тот заливисто заржал, но и не подумал вырваться… чувствуя власть седока.