Сердце стального дракона. Лекарь поневоле - Кира Иствуд - Страница 3

– Спасибо, – бормочу и включаю фотик, начинаю перебирать файлы. Ну вот же! Вот же я! Мы вместе с Виктором! Поворачиваю фотоаппарат на себя и делаю снимок. Смотрю на результат…

Это всё ещё я! У меня прежнее лицо, никаких фантастических изменений. Значит, тут дело не в мистике… Или всё-таки в ней? Но не могу же я просто ничего не делать! Надо как-то спасать собственную свадьбу.

– Виктор! – зову, голос у меня дрожит и скачет. Поднимаюсь на ноги, бегу мимо гостей к дверям.

Жених оказывается в коридоре. Я нагоняю его и хватаю за рукав.

– Пожалуйста… – прошу.

Он вырывает руку так брезгливо, точно его коснулся таракан. Красивое лицо становится надменным.

– Где Алиса? – говорит Виктор ледяным тоном.

– Посмотри, тут снимки… – Я протягиваю фотоаппарат, но жених его резко отталкивает.

Фотоаппарат падает на пол. С хлопком разбивается объектив, а вместе с ним разбивается моя жизнь и мои мечты. Осколки разлетаются по полу мелким крошевом.

– Если не скажешь, где она, то я сдам тебя полиции. Хочешь переночевать в камере? Связей мне хватит.

– Виктор, прошу… посмотри хотя бы мой паспорт. Не знаю, что происходит, но если это шутка…

– Где Алиса?!

– Это я и есть! Я – АЛИСА!

Хлоп! И мою щёку обжигает унизительная пощёчина. Голова дёргается в сторону. Лицо горит, слёзы жгут. В груди пульсирует и ноет, точно мне нож в сердце воткнули.

– Не смей называться её именем! – рычит Виктор, а потом со злостью ударяет кулаком стену, да так, что в стороны отскакивает каменная крошка. Уходит прочь.

Глотая слёзы, я смотрю в его широкую спину, на творящийся вокруг бардак и вдруг понимаю, чтобы я не сказала – всё бесполезно. По какой-то невероятной причине ни Виктор, ни гости меня не узнают. Разве сумели бы они так притворяться? Да и зачем?

Но что делать мне?

А за окном между тем доносится полицейская сирена.

Глава 3

Развалившись на переднем сидении служебной машины, полицейский рядом изучает мой паспорт. Я сижу в заднем ряду тихо как мышка. На мне всё ещё свадебное платье, пусть и немного потрёпанное, фата съехала на бок, нос опух от недавних слёз.

Я прислоняюсь лбом к прохладному стеклу. Мне видно кусочек здания ЗАГСа. Там не прекращается праздник: смеются молодожёны, кто-то с хлопком откупоривает шампанское, в небо выпускают белоснежных голубок.

Говорят, они приносят счастье…

Но моя “птица счастья” оказалась бракованной. Подразнила немного, подманила… а потом нагадила и улетела в свою радужную страну. А меня оставила здесь.

Виктор стоит в десяти шагах от машины и о чём-то переговаривается со своими родителями. На меня косится как на врага. "Чумная одиночка", – горько вспоминаю я своё прозвище. Похоже, мне от рока не сбежать… Мир готов с ног на голову перевернуться, лишь бы я осталась одна.

“Пора признать – ситуация мистическая… Может, и решение должно быть из области фантастики?"

Если подумать, то я встречала фильмы с таким сюжетом. Героиню или героя внезапно все забывают… и как же они выпутываются?

Я задумываюсь.

Мне вспоминается, что обычно к нуждающимся героям приходит некто мудрый и рассказывает как быть, куда идти и что делать. Но мой "мудрец" где-то заблудился и не дошёл.

Ещё бывает, что у героев таких историй пробуждается внутреннее чутье. Ноги, как бы, сами знают куда идти.

Я с подозрением смотрю на свои, спрятанные под воздушной юбкой, коленки. Те никуда идти не собираются. Если мои ноги и обладают тайными знаниями, то с хозяйкой делиться не спешат.

“Ну, ладно, – расстроенно думаю я. – Может, позже захотят…“

Полицейский, что сидит рядом, изучает мой паспорт, крутит так и эдак. Вглядывается в фото, потом в меня.

– Что-то фотография выцветшая, – бормочет офицер. – И не разобрать вы или нет.

– Я же недавно паспорт получила, там всё нормально с фото, – говорю, но полицейский поворачивает ко мне документ. И у меня глаза лезут на лоб.

Квадратик с моим фото пожелтевший, словно ему лет сто. Краски бледные, даже глаз не разглядеть. Имя и фамилия тоже выцвели.

Полицейский недовольно качает головой, но отдаёт мне документ. Говорит задумчиво:

– Над опасными людьми, вы, девушка, решили подшутить. Зачем вам это надо?

– Я просто юмористка по жизни, – бормочу. Мне уже кристально ясно, что доказывать что-то, бесполезно. Это словно об стену головой биться, кроме головной боли ничего не получишь.

– Придётся ехать в участок, – сообщает полицейский. – Оформляться.

– Зачем? В чём меня обвиняют?

– Как в чём? В похищении, конечно. Вы похитили невесту Виктора Покровского.

– Что? – возмущаюсь я. – Но это же бред!

– Бред, не бред, но на вас платье и украшения похищенной. Это подтвердили множество свидетелей. К тому же ваш паспорт вызывает много вопросов.

Меня прошибает холодный пот. Получается, меня правда заберут в полицию? А что потом? Посадят? Или, может, сдадут в психбольницу?! Паника накатывает волной.

– Но есть и другое решение, – как бы между прочим сообщает полицейский.

Я поднимаю на него несчастные глаза.

– И какое же?

– Вы расскажете, где находится Алиса Доронина, и мы вас отпустим.

– О, боже… – бормочу я.

– Вам даже оставят украшения и платье.

– Вот это щедрость…

– Именно, – соглашается офицер, не почувствовав сарказма. – Виктор Покровский очень любит свою невесту и готов отпустить вас с миром за содействие.

Любит…

Мне вспоминается пощёчина. Лицо тут же начинает гореть, а в груди полыхать от стыда и унижения. Я закусываю губу, чтобы снова не расплакаться.

“Виктор просто не знает, кто я, – пытаюсь успокоить себя. – Он не виноват. Он любит Алису… А кто теперь я?”

– Ну так что, девушка? – торопит полицейский.

Я вновь нервно закусываю губу. Совершенно не понимаю, что делать. Отказаться и отправиться в тюрьму? Может, утром всё волшебным образом станет как прежде?

А если нет?

Если прямо сейчас мой последний шанс поговорить с Виктором?

Я ведь могу рассказать ему что-нибудь из наших свиданий. То, что кроме меня, никто не знает! Например, что он терпеть не может кукурузу и всегда выкладывает её из салата. Или, что у него на спине родинка в форме звезды. Или можно припомнить, как мы гуляли в саду с фонтанами… Мы тогда много о чём говорили. Точнее, я говорила, а Виктор слушал. О себе он не любит рассказывать… Что кстати, тоже факт не всем известный.

Может, тогда он мне поверит? Почувствует… Ведь Виктор говорил, что любит меня, а любимого человека нельзя просто взять и забыть, верно? Ведь любовь – это нечто высшее, что связывает на незримом уровне. Надо просто постараться достучаться!

– Гражданочка, вы чего зависли? – спрашивает офицер. – Вы Алису нам вернёте?

– Хорошо, – твёрдо говорю я. – Верну!

– О! Вот так бы сразу!

– Но говорить буду только с Виктором.

– Как скажете, – не спорит офицер.

Вместе мы выходим на осеннюю улицу, вместе подходим к моему жениху.

У меня замирает сердце. Я кажусь себе неловкой, нелепой. Внезапно вспоминаю, что плакала, и должно быть часть косметики размазалась… ещё и платье в беспорядке.

Виктор поднимает голубые глаза, в которых ни грамма прежней теплоты. Один холод, от которого мурашки по коже… Такого Виктора я раньше не знала. Он словно высечен из льда. Прекрасный далёкий принц, к которому я не смею прикоснуться.

– Вот, привёл, готова говорить по делу, – бодро рапортует офицер.

Виктор смотрит не на меня, но словно сквозь меня…

– Вить, – зову, а у самой голос дрожит. Почему-то вдруг становится ужасно страшно, – ты можешь меня выслушать… пожалуйста.

Жених не реагирует, его взгляд заволакивает странная пелена, он оглядывается по сторонам.

– Где эта мошенница? – спрашивает резко.

– Только что тут стояла! – волнуется офицер.

Виктор скрипит зубами и идёт к полицейской машине, заглядывает в окна. Офицер выругивается и спешит следом.